Госпожа-Рабыня или Эльфы не влюбляются

Пролог

Проклятая папка, из-за которой мне пришлось ехать за город.

Как я могла ее забыть, если точно помнила, куда положила?

Барабаня накрашенными ногтями по рулю, я гнала свою малышку по хайвею, понимая, что если опоздаю на встречу, ещё один клиент уйдет к мужу.

Было странно конкурировать с Ноа: у них — больше штат, больше опыта и связей.

Но я всё равно пыталась.

Казалось, вот-вот я получу его клиента и наконец дождусь, что меня похвалят.

— Молодец, Милана, — проговорила я вслух то, что мечтала когда-то услышать от мужа.

Но нет. Раз за разом он смотрел на меня с той же смесью жалости и презрения и говорил, что нужно развиваться.

Из воспоминаний о карих глазах мужа меня выдернула занятая парковка у дома.

— Он же должен быть в офисе… Что-то случилось? — тихо пробормотала я себе под нос, направляясь к входу.

Что именно случилось у Ноа, стало ясно, как только я приблизилась к лестнице.

Только вот поверить своим ушам я не могла.

Не после того, как он поучал меня о приличиях и запрещал носить бикини.

После всех попыток соблазнить его красивым бельём или коротким халатом.

Мотнув головой и отгоняя неприятные воспоминания, я медленно поднялась по лестнице.

Хотелось убедиться наверняка, что это он. Хотя кому ещё быть тут, если машина мужа стоит у двери?

Медленно, стараясь не шуметь, я приоткрыла дверь в спальню — и приросла к полу.

Всё выглядело именно так, как звучало.

Наша кровать жалобно поскрипывала, непривычная к такой активности, а на моём законном супруге “играла в пони” голая блондинка.

Я даже не знала, что он способен издавать такие звуки.

Обычно холодный и отстраненный Ноа был поглощен страстью и стонал под женщиной, которая явно доставляла удовольствие не только себе. Огромные ладони крепко удерживали тонкую талию, скользили к бедрам и тогда его стоны становились громче.

Он был так увлечен, что даже не заметил ни звука припарковавшейся машины, ни хлопнувшей двери, ни вошедшую в спальню жену.

Закрыв дверь и приглушая звуки разврата, я направилась на кухню.

“Я не смогла найти папку, перенеси встречу”, — написала я Кати и включила чайник.

Пока мой муж предавался страсти с другой женщиной, я успела выпить чай и даже съесть всё печенье из вазочки на кухне.

Это было странное чувство — будто в один миг весь мир рухнул, а внутри поселилась пустота.

Даже скандал устраивать не хотелось.

Как ни странно, я не злилась на блондинку — скорее, завидовала.

Со мной он таким никогда не был.

Со мной его уже давно не было.

Максимум звуков, которые Ноа издавал в нашей постели, — шумный выдох в конце.

Что испытывала я, его не особо волновало.

Закончив то, что считал нужным, он молча шел в ванну, а потом заваливался спать.

Но даже такие отношения теперь мне были недоступны. И теперь я понимала почему.

Чашка опустела. На лестнице послышался смех, и я побрела к выходу.

Как раз успела застать страстный поцелуй, которым Ноа наградил свою любовницу.

— Как мило. Может, вернётесь в спальню и продолжите? — спросила я, не узнавая собственного голоса.

Девушка замерла, слегка отстранилась от моего мужа и принялась изучать меня. На её лице не мелькнуло ни тени смущения или сожаления — скорее, любопытство.

Наличие у Ноа жены её ничуть не смутило. Как и моё предложение вернуться в спальню.

— Вив, подожди меня в машине, — произнес мой муж, стирая с лица улыбку.

Оказалось, он умеет улыбаться вполне искренне. Но только не в тот момент, когда смотрел на меня.

Хлопнув любовницу по пятой точке, он указал мне на гостиную.

— Полагаю, ты всё слышала, — холодно сказал мужчина, мазнув по мне безразличным взглядом.

Я молча кивнула. Ни намёка на сожаление.

— Ясно, — выдохнул он и достал телефон, что-то записывая.

Я ждала, что вот-вот Ноа очнется, поймёт, что совершил, и хотя бы попытается оправдаться.

Но нет. Сунув телефон в карман, мужчина направился к выходу.

— Я написал своему юристу. У нас брачный договор. Он свяжется с тобой и назначит встречу.Заявку я заполню сам. Мою фамилию можешь оставить, чтобы не морочиться с документами, — сказал он, замирая в дверях.

— Вот так просто? — спросила я, понимая, что никаких попыток извиниться или что-то объяснить не будет.

Ему всё равно. Совершенно всё равно.

Больше того — Ноа будто ждал этого момента и не собирался проводить рядом со мной ни минуты дольше, чем необходимо.

— Ты вот так просто уйдешь? Без объяснений? — тихо спросила я, чувствуя, как внутри рушится что-то важное.

Ноа вздохнул и пожал плечами. Вид у него был такой, будто ничего особенного не произошло.

Словно сейчас рушился не наш брак, а велось обсуждение зимней резины.

— Я не настроен на скандал, Милана, — безразлично произнес он. — Все условия развода были заранее прописаны в договоре. Оправдываться или что-то объяснять нет смысла, как и пытаться сохранить наши отношения. Мне жаль, что ты узнала всё вот так. Но к этому всё шло. Ты всё та же милая девочка, которая так и не сумела пробудить в себе женщину. Думаю, я дал тебе достаточно, чтобы мы смогли мирно разойтись. До встречи у юриста.

Он говорил монотонно — как заранее подготовленную презентацию. Смотрел куда-то вдаль, будто даже один взгляд на меня был для него чем-то неприятным. А потом спокойно развернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Я слышала, как стихли его шаги, как хлопнула дверь машины, как зашуршали шины, выезжая на дорогу. Но всё ещё стояла на месте, пытаясь осмыслить эти жестокие слова.

Вот так просто Ноа Мур перечеркнул восемь лет наших отношений — потому что я не сумела пробудить в себе женщину.

Ни капли раскаяния.

Ни грамма сожаления.

Только холодный расчёт.