Госпожа следователь, или Мария Сергеевна снова в деле

Глава 8.

Вчера Дюбуа проводил меня до самой двери этой съемной конуры, несколько раз пробурчав, чтоб я не вздумала высовывать нос до утра. Клятвенно пообещала. Куда мне! Умоталась как собака. И пусть не думает, что я совсем дурочка.

А сегодня вот он уже колотит в дверь, чтоб везти меня в следственное управление.

– И чего так рано? – я еще толком не проснулась.

– Чтоб вы, Мари, не упорхнули с утречка пораньше, – отрезал он.

– Да куда ж я денусь, – проворчала я, плетясь умываться, пока он хозяйничает у буфета. – А вы мне чего-нибудь съестного принесли? – вспомнила я, что вчера в последний раз ела на скачках, и то больше глазела по сторонам, чем ела. Ночью решила, что сон важнее, да и не было ничего в моей каморке. Так что легла голодной, и мой желудок теперь об этом вовсю вопил.

– Не верю я вам больше, – ответил Дюбуа и развернул сверток, от которого вкусно пахло пирожками.

– Если вы мне каждое утро будете такую вкуснятину приносить, то обещаю: всегда буду вас дожидаться и никуда не сбегу, – улыбнулась я и присела к столу. Оказалось, у Дюбуа был и термос с крепким кофе.

– Обещаете? – улыбнулся он, ставя передо мной чашку.

– Клянусь! – и я накинулась на завтрак.

– Ну что ж, тогда ловлю вас на слове, – ухмыльнулся Жофрей.

Позавтракали на удивление быстро, и он деликатно удалился, чтоб я могла привести себя в порядок. Натянула свой модернизированный наряд, соорудила что-то на голове и выскочила из комнаты. В коридоре меня подкараулила мадам Жибер.

– Милочка, – окликнула она, – напоминаю вам про правила этого дома. Их следует соблюдать.

– А какое я нарушаю? – я нахмурилась.

– Мужчин не водите, даже если это ваш начальник, – ухмыльнулась дама.

– Не понимаю вас, – опешила я. Может, я что-то не так поняла? – То есть даже в комнату нельзя пригласить на кофе?

– Не надо тут комедию ломать, моя дорогая, – мое уточнение ее взбесило. – Поите его кофе сколько влезет, но ночевать господин Дюбуа должен у себя дома.

– Он не ночевал у меня, – отчего-то я улыбнулась. Забавно слышать такое от бывшей содержательницы борделя. Не похоже, чтоб мадам Жибер так пеклась о моей чести. Значит, дело в Дюбуашечке. Не ревнует ли она его ко мне? – А приехал утром.

– Дюбуа и в такую рань? – она манерно расхохоталась.

– Хотел успеть меня застать, – я одарила ее самой лучезарной улыбкой и выскочила из дома. Запрыгнула в карету, не дав Дюбуа проявить галантность.

– За вами кто-то гонится? – пошутил начальник.

– Мадам Жибер, – и я рассмеялась, представив эту парочку вместе.

Дюбуа нахмурился, явно не разделяя моего веселья.

– А она тут при чем? – подозрительно поинтересовался он.

– Ревнует, наверное, – пожала я плечами. – Запретила мужчин водить, даже начальников. А уж ночевать – тем более.

Жофрей побагровел.

– Мари, я вас умоляю, – процедил он сквозь зубы, – давайте не будем это обсуждать.

– Как скажете, – решила я его пока не добивать. В конце концов, не каждый день бывшая содержательница борделя отчитывает тебя за аморальное поведение.

В управлении нас уже ждал граф. Выглядел он, надо сказать, весьма потрепанным. Видно, ночь выдалась не из легких. Он нервно теребил в руках свою шляпу и избегал смотреть на меня. Дюбуа усадил его за стол и принялся что-то оживленно обсуждать. Я же старалась не лезть в разговор и делала вид, что рассматриваю кабинет босса, хоть и видела его уже.

Ничего особенного – стол, стулья, шкаф с бумагами. Все как у всех. Вдруг мой взгляд упал на коробочку с колье, лежащее на столе. То самое, из-за которого разгорелся весь сыр-бор.

– Понимаете, это же сущее недоразумение! А я тут всех на уши поднял, – тараторил мужчина и извиняюще смотрел то на меня, то на Дюбуа.

– Граф, Мари в курсе всех деталей, – прервал Жофрей словесные излияния посетителя. – Можете сказать ей спасибо за то, что колье вернулось в семью.

– Спасибо, – промямлил мужчина. – Я думал, что вы всего лишь секретарь господина Дюбуа, не думал, что он посвятил вас в такое щекотливое дело, – вроде и спасибо сказал, а вроде на голову кучку сделал.

– Расскажите, что вчера произошло? – Дюбуа смотрел выжидательно, но было видно, что граф не горел желанием делиться рассказом о грязном белье своей семьи.

– Ничего особенного, – пожал плечами мужчина.

– Понимаю ваше нежелание, но это необходимо, – твердо произнес Жофрей. – Для закрытия дела.

Граф вздохнул и начал свой рассказ. Графиня дала колье Ришелье, чтобы тот смог его заложить и купить лошадь для скачек. Расчет был на то, что он выиграет скачки и выкупит колье.

– Но он же проиграл, – я нахмурилась.

– Не знаю, где он взял деньги, но колье он выкупил и вернул моей жене, – ответил, недовольно поглядывая на меня, мужчина. – Если на этом все, я, пожалуй, покину вас.

Дюбуа подсунул графу документы на подпись, а после чего проводил его на вход.