Госпожа своего счастья

Глава 10. Ужин на Гибралтарском проливе.

Мы проехали немного вдоль берега, вышли из экипажа и выбрали приличную таверну «Бархатный песок» для проезжавших мимо путешествующих высших слоев. Дорогая, вся из бархата, со швейцарами больше напоминала ресторан, но все-таки статус у нее был “летнего кафе”. Пройдя сквозь здание за официантом, который усадил нас за столик в глубине веранды, выходящий на вечерний порт, мы заказали еды. Я действительно оказалась безумно голодной, а от запахов еды я ни о чем больше думать не могла.  

-что вы будете пить? - спросил официант. 

-мне двойной ром, а даме бокал вина. - сказал Кастанеда, не задумываясь. Я уничтожающе на него посмотрела, но опять была вынуждена промолчать. Черт бы побрал мою роль дамы из высшего общества, которой мало того, что разрешено только некрепкое вино, но его поди еще и качественно разбавляют водой!  

Кастанеда стянул свой камзол и вольготно устроился на плетеном стуле. Я сняла шляпу и устало посмотрела на горизонт.  

Вид и правда был прекрасный. Хоть вечерних огней было не так много, как в век электричества и технологий, но это не меняло сути. Средиземное море раскинулось со всех сторон, обнимая берег Испании, отовсюду раздавались песни и музыка, жизнь в порту кипела. Я уже давно заметила, что начала чувствовать все гораздо острее, что музыка волновала мою новую душу, что я заслушивалась напевом гитары, с наслаждением вдыхая морской воздух. Первое время мы долго молчали. С удивлением я заметила, что с Кастанедой приятно молчать. Он закурил сигару и тоже наблюдал за жизнью в порту. Его лицо было настолько непроницаемым, что я не смогла что-то считать с него. Счастлив? Несчастен? Загружен? Задумчив определенно.  

-как думаешь, они отправились на экскурсию на башню? – внезапно спросил меня Кастанеда. 

-Оливер джентльмен. - сказала я. - он заявил это при всех, вряд ли возьмет свое приглашение назад. Какой же сложный век! Джентльмен, приглашения, ухаживания годами. Знали бы они, как проходят знакомства в веке, к примеру, двадцать третьем, вот это у них волосы бы дыбом встали! - я с ухмылкой посмотрела на своего собеседника. Он понял, о чем я: в двадцать третьем веке время на знакомства, приглашения, свидания не тратится. Люди встречаются, могут назвать свои имена, спят вместе – если все устраивает, то вот вам новая ячейка общества, если нет, то схема начинается заново. Никто не разбирается в душевных тонкостях друг друга, в мнениях, интересах - на это совершенно плевать.  

Кастанеда тоже усмехнулся этому и спросил: 

-послушай, Марго, а если ничего не выйдет? Ты же тоже за ними наблюдаешь, это же насилие в чистом виде! Они не нравятся друг другу. Парень глаз с тебя не сводит, девчонка в своих мыслях.  

-должно получиться, Диего. - я посмотрела на него. - у нас просто нет другого выхода, ты же знаешь это.  

Принесли наш ужин. Я сразу накинулась на еду, но тут заметила, как Диего взял мой стакан с вином, выплеснул все вино в стоявшую рядом растительность и налил в опустевший бокал ром из своего стакана. На мой вопросительный взгляд соизволил пояснить: 

-что? Я знаю, что с вина у тебя болит голова. Впрочем, как и у меня. - спокойно объяснил он, поставив мой стакан уже с ромом на место. – как вообще можно сознательно пить вино?  

-откуда ты это знаешь? Не припомню, чтобы мы хоть раз вместе отдыхали... 

-ты рассказывала это Миранде, когда она звала тебя с собой на посиделки с подругами. Они же часто их устраивают, пьют там вино, шампанское -всю эту бабскую тему проворачивают. И ты на это сказала, что пьешь только крепкие напитки, на что Миранда ответила, что такого у них на вечеринках нет. 

-да, я специально так сказала, зная, что это не их конек. И у меня нет подруг, Кастанеда. - сказала я, начав с наслаждением потягивать ром, который так напоминал мне родной виски. 

-и это я тоже знаю. Кстати, почему ты так с ней? Она хорошая, даже терпит тебя несмотря на то, что ты ее ни во что не ставишь. Я слышал, как ты ее иногда гоняешь из кабинета, как кричишь на нее, чтобы она перестала к тебе лезть. Она настолько лезет в душу? -он усмехнулся.  

-Я домениса, мне это ни к чему. - я принялась за салат. - ты ведь тоже всегда один, даже от наставника отказался. Первое время от тебя шарахались почти все доменисы, кроме Дерека.  

-а мне никто и не навязывал свое общество. – заметил Кастанеда, тоже поедая огромный кусок мяса.  

-ты бы еще страшнее выглядел в начале своей деятельности! - заметила я, снова вспомнив его первоначальный стиль молодого хиппи. - что это, кстати? - я указала на его побрякушку на шее, рядом с кулоном Высшего домениса. 

-это? - он повертел в руках кулон в форме монеты, которую словно разломали пополам. С одного бока она была гладкой и закругленной, а с другого - в зазубринах. Раньше я никогда его об этом не спрашивала, но любопытство брало свое. - это единственное, что было со мной, когда я стал доменисом. Дерек хотел забрать, но я не позволил.  

-почему? – удивилась я. 

-Все равно не помнил, что это, но знал, что оно должно быть со мной. Это мое единственное напоминание о прошлой жизни. Не знаю, что это. Оно ни на что не похоже, вроде не монета, просто кусок железки, но это было на мне. 

-надо же! - удивилась я. - при мне ничего не было. Даже если и было, то Даката все забрала. Очень плохо помню первые дни в канцелярии. Но, думаю, если бы было что-то важное, она бы мне оставила. Хотя она всегда учила меня не быть подверженной вещизму и что ничто не имеет цену. Не стоит привязываться.  

-по разговорам, у тебя была строгая наставница? – Диего повел бровями. 

-да, очень. Но она научила меня всему, что я сейчас умею, дала много полезных советов. Она очень усердно меня тренировала, брала с собой на сложные сделки, показывала, как нужно находить общий язык. Она вкладывала в меня очень много сил, думаю, я даже была единственной ее ученицей в тот период. После девяноста лет обучения она сказала, что я способная и больше в ней не нуждаюсь. Но признаюсь честно, ни капли по ней не скучаю! А ты? Как ты справился один?