Гостья лесного князя. Удержать ветер. том 2

Глава 4. В которой все становится запутаннее, чем было  

Ксения Хадерсон

Начало осени, разве это плохо? Изматывающая жара сменилась осенней прохладой. Начали желтеть листья, но не все, а так, кое— где, светлой полосой раскинувшись по кронам деревьев. Словно в какие-то дни солнышко светило не везде, а только избранным.

Стоя перед зеркалом, я поправила вязанную ажурную пелерину, и произнесла, обращаясь к бабушке, которая сидела в кресле с задумчивым видом:

— А ты действительно не хочешь со мной прогуляться по городскому саду? Ветра нет, дождя тоже. Может быть, составишь мне компанию?

— Дитя мое,я бы с радостью, но ты же знаешь, приглашение Клариссы это та самая просьба, которую не отвергают.

— Просто у тебя осенняя хандра, — ласково добавила я и присела рядом с бабулей, нежно обняв ее, — а еще дедушка с Ником уехали. И ты уже скучаешь.

— Может быть,— проворчала она,— только как подумаю, что Ник где-то там и без меня! И ведь понимаю, мальчику почти тринадцать, он совсем взрослый! Пора приучать его к мысли о будущем и о том, что он станет опорой и заменой своему отцу. Потихоньку показывать, как и что…Но ведь я мать!

— Все будет хорошо, не переживай!— попыталась я успокоить ее и поцеловала в щечку. Рука бабушки тут же опустилась на мою голову:

— Ох , Ксюша… Не видела я, как росла Яра, зато ты мне как дочка и даже больше!— произнесла бабуля, а ее голосок дрогнул.

— Я тоже тебя очень люблю!— призналась в ответ и заплакала..

Несмотря на пролитые слезы, из этого состояния нам удалось выйти довольно быстро. И, подправив косметику, помахав друг на друга платочками, мы решили, что нечего мне одной в сопровождении охраны гулять по городскому парку, когда у Клариссы такой замечательный цветник. Да и фонтанчики в это время выглядят очень мило.

Спустя некоторое время мы с бабулей сидели в карете и ехали по отполированной булыжной мостовой. Размеренное цоканье копыт казалось привычным, как и сам визит во дворец. Бабуля была вполне спокойна, да и я тоже. Гулять по императорскому саду было дозволено многим аристократам, поэтому я не сомневалась— любоваться красотой уходящего лета я точно буду не одна. Поговаривали, что аравийский посол преподнес монархам пару черных лебедей в махровом оперении. И я была намерена их увидеть.

— Ксения!— радостно воскликнула Кларисса, едва мы с бабулей предстали перед ее очами,— Ксюша, какой приятный сюрприз!

— Ваше величество!— произнесли мы с бабушкой одновременно, синхронно присев в отточенном реверансе.

— Ах, моя дорогая подруга!— со страданием в голосе произнесла Кларисса, обращаясь к бабуле, едва не заламывая свои руки,— мне с тобой очень нужно посоветоваться! Мon cœur, Augustus (мое сердце, Август), покинул меня…

— Qu'est— il arrivé, mon cher( что случилось, дорогая)? –тут же обеспокоенно отозвалась бабуля, с тревогой заглядывая в глаза своей подруге— императрице.

— Тогда...если вы не возражаете, я оставлю вас? Прогуляюсь по саду,— вежливо предложила я, делая вид, что не желаю мешать их столь личному разговору. На самом деле сидеть и слушать новости столицы и прочие дамские разговоры мне не хотелось. Как и вздохи на тему, куда делся император. Более чем уверенна, он просто решил отдохнуть от семейных и императорских обязанностей. А у Клариссы были на это время свои планы, которые не совпали с планами ее мужа.

Я шла по чисто выметенным аллеям, любуясь запоздалыми цветущими кустами роз и такими же нарядными низкорослыми кустарниками, решившими присоединиться к встрече осени. Иногда навстречу мне попадались придворные, неторопливо прогуливающиеся по тем же аллеям. А кое— кто, присев с книжкой на скамейки, зачитывался проникновенными дамскими романами…

Уныния не было, но присутствовала какая-то сонливость. Наверное, это просто осень намекала всем живому, что пора готовиться к зиме, а, может быть даже к спячке…

На миг мне показалось, что из-за раскидистых кустов боярышника, красующихся своими яркими красками, на меня кто-то смотрит. Я увидела яркую вспышку, полыхнувшую золотом... Сердце мое заколотилось, часто— часто. То же самое было на прошлой неделе, когда мы с Ником катались на каруселях. Я попросила остановить качели, что было немедленно выполнено. И потом бросилась туда, в толпу людей, пытаясь увидеть того, кто отчаянно напомнил мне оборотней из Белогории..Я расталкивала зевак, пробиралась к нужному мне месту.. Но нет, никого, напоминающего рысей мне не попалось..

Это было тогда, но сегодня, в императорском саду.. Может быть у меня начались видения ..Может быть я схожу с ума? Вроде бы рано..

Усмехнувшись собственной шутке, я прищурилась и приподняв платье, направилась к кустам боярышника. Но то ли тот, то привиделся не захотел меня ждать, то ли этот незнакомец и вовсе не существовал, к моему сожалению, но я точно никого не нашла. И постояв под ярким кустом, я вздохнула и совсем уж было собралась вернуться обратно на аллею, как за моей спиной раздался смешок:

— Только леди Ксения могла сойти с дорожек, — раздался знакомый голос над ухом.

Я резко обернулась и, кажется, не сдержала разочарованного вздоха. И если принц это понял, то не подал вида.

— Вы?— произнесла, жадно всматриваясь в карие глаза Огюста, пытаясь увидеть в них хоть маленькую каплю любимого меда или манящего янтаря. На худой конец, хоть толику сияющего золота. Но тщетно. Снова показалось. Еще год и я определено сойду с ума.

— А кто же еще?— удивился принц, оглядываясь по сторонам, — мне кажется по близости никого нет. Разве что только белки!

— Белки?

— Да, они тут водятся. А хотите их покормить? — вдруг предложил принц и полез в карман своего камзола, достав оттуда горсть лесных орехов.

— Вы кормите белок? — усмехнулась я, приняв от принца несколько орешков.

— Да, иногда, — Версальский улыбнулся мне в ответ. И не было в его улыбке ни высокомерия, ни какого-то напускного нахальства. Только добродушие и живость, присущая молодым в душе людям.— А ладонь— то надо держать не так! И вообще, кто так кормит белок? — шутил он, показывая взглядом на мои руки. –Этак только ветряные мельницы крыльями машут.