Государство в государстве

Глава 2. Трое из ларца.

Но у меня было еще три имени обладателей авторского права на мир Фанэка, упомянутых в моей строй статье. Теперь эту статью можно действительно назвать старой, так как информация в ней была скорее исторической справкой о зарождении, чем о том, что же такое сегодняшний Фанэк.

Еще два тогдашних студента — Петр Кудасов и Вадим Исупов, и преподаватель Иван Павлович Зорин. И снова здравствуй, интернет!

Но интернет меня на этот раз подвел. Про Кудасова и Исупова не было никакой доступной информации. Точнее, именно про этих Кудасова и Исупова я не смог найти ничего вразумительного, кроме своей же статьи пятилетней давности. Оказалось, кстати, что статью несколько раз цитировали в разных изданиях, естественно, не спрашивая моего или редакционного разрешения. А это уже нарушение моего авторского права. Мысль об авторском праве натолкнула меня на другую мысль. Я полез в открытые реестры и после долгих поисков нашел патент на Фанэк. И каково было же мое удивление, когда в разделах «Автор» и «Правообладатель» я увидел только фамилию Зорина! Как так? Получается, что истинные изобретатели отказались от правообладания?

А вот с поисками Зорина получилось все гораздо проще. Он работал все в том же институте, все на той же кафедре и по сей день. Личных контактов, правда, я не нашел, но зато теперь знал место его работы. Был лишь номер кафедры, но первую встречу я все же решил провести лицом к лицу.

На следующий день я с утра поехал в тот самый институт, где зародилась вся эта история. Без труда найдя нужную кафедру, я поинтересовался, где мне найти Ивана Павловича, но оказалось, что у него идут занятия. Выяснив номер аудитории, я направился на ее поиски, прикидывая, сколько времени осталось до конца занятий.

С момента повторного знакомства с Фанэком меня не покидало ощущение, что я занимаюсь ерундой. Ну или точно занимаюсь не своим делом. Ведь изучение содержания сайта — это не журналистика. А вопросы контроля его содержимого у нас в стране решаются просто цензурой. Ну или принудительной блокировкой в случае неугодности. Зачем было привлекать журналиста, который просто когда-то написал интересную статью об интересной идее трех молодых людей.

За этими размышлениями меня и застал звонок перемены. Из аудитории повалили студенты, а я все пытался высмотреть в потоке людей кого-то постарше, отличающегося от пестрой толпы подростков. В проем двери я увидел преподавателя, который оставался за своим столом, собирал в портфель бумаги и не спешил покинуть аудиторию.

Иван Павлович был немолод. Я не удосужился выяснить его возраст заранее, но на вид ему было уже около шестидесяти. Когда я писал свою первую статью о Фанэке, а историю ее создания мне рассказывал Голубев, точно помню, что Иван Павлович Зорин мне представлялся молодым и энергичным преподавателем, разделяющим веяния молодежной культуры, так как он увидел будущее в такой нетривиальной задумке. Сейчас я увидел полноватого человека, не спеша убирающего бумаги в старомодный кожаный портфель, и медлительность его движений говорила об ошибочности моих давних представлений.

- Здравствуйте. - сказал я с порога аудитории.

Иван Павлович поднял на меня взгляд и внимательно посмотрел, немного прищурившись. Видимо у него были проблемы со зрением.

- Здравствуйте. - ответил он и слегка улыбнулся. - А я вас помню: вы писали когда-то статью, в том числе и обо мне. Я даже помню, что вас зовут Михаил Плотников.

Я не стал скрывать, что удивлен:

- Весьма удивлен! - сказал я. - Иван Павлович, но мы же не встречались. Как вы могли меня узнать?

- Не удивляйтесь, молодой человек. У меня просто хорошая память на лица. А ваша фотография была в той самой статье вашего журнала. Да и не часто про меня где-то писали, что бы не запомнить. - он улыбнулся еще раз. - Чем обязан вашему визиту?

- Иван Павлович, у вас есть время поговорить? Вы не поверите, но я опять с теми же самыми вопросами, что и несколько лет назад — меня интересует Фанэк.

Зорин снова посмотрел на меня, прищурился. «Сканирует» - подумал я.

- Ну почему же не поверю, вполне себе поверю. Давайте прямо тут и присядем. - и он сделал приглашающий жест рукой напротив своего стола, где стоял стул.

Мы сели. Он за свое преподавательское место, а я на стул, видимо предназначавшийся для студентов. При таком раскладе не он мне что-то расскажет, а я начну пересказывать материал по его лекциям. И он молча ждал, пока я начну.

- Вы знаете, мне снова пришло редакционное задание написать статью про необычный мир Фанэка. Я попробовал собрать информацию на сайте, но он сильно изменился. Если раньше там было много учебного материала по имитации экономических отношений, то сейчас там просто много всего обо всем. Появились ви-ар-технологии, анимация. Я хотел связаться с Алексеем Голубевым, с которым тогда несколько лет назад разговаривал о вашем изобретении, но узнал об этой ужасной трагедии.

Глаза Зорина потускнели, он как-то осунулся. Теперь он уже смотрел не на меня, а в стол. Не самое удачное начало разговора я выбрал. Но Зорин все так же глядя в стол сказал:

- Давайте я за вас продолжу: вы еще хотели найти Петю и Вадима, но не нашли никаких их данных. Наверняка, вы посмотрели патент на изобретение и увидели, что я остался единственным правообладателем. Поэтому вы пришли ко мне. - он вздохнул. - У вас тогда была интересная, честная статья. Мне оказалось, что вы так же как и я увидели в этом их проекте нечто большее, чем очередной интернет-сайт. Я читал, да, внимательно читал. Мне понравилась статья. А вот сегодня вы пришли не по своей воле.