Государство в государстве

Глава 10. Всплеск.

Прошло несколько дней, прежде чем Фанэк снова коснулся меня. Нет, я не забыл о нем, не бросил свое расследование. Просто период активных действий, который длился со звонка Ольги Владимировны до беседы с Варварой, как-то сам по себе закончился, и наступил некий штиль в моих исследованиях. Я просто не знал, куда шагать дальше. В принципе, у меня уже сформировалось мнение о Фанэке не как об игровом государстве, не как об учебном материале, каким я его увидел пять лет назад, а как о неком теневом инструменте, который кем-то используется для создания альтернативного, двоякого восприятия государственности. Вопрос — кем и зачем?

Помимо этого Фанэк еще использовали и как инструмент моделирования и прогнозирования, для чего он изначально и создавался. Этим занимался Голубев, но его не стало. Так что эту его функцию или кто-то должен перехватить, или она угаснет. Перед смертью он похоже успел создать пять дата-центров в разных городах, а вот с какой целью, я не понимал.

Так же Фанэк продолжал развиваться как популярная виртуальная социальная сеть, в этом её будущее видели как минимум Кудасов и Исупов, сидящие на своем заводе в Китае. Выпуск доступных по цене виртуальных шлемов поднимет популярность Фанэка до небывалых высот. Тем самым обеспечит приток пользователей-граждан в виртуальное государство. Это могло бы сыграть на руку Голубеву в его расчетах, так как увеличивало поле статистических данных, хотя у него и так все получалось.

Фанэк все еще был учебным материалом для Зорина для демонстрации экспериментов в различных дисциплинах, но эта функция Фанэка уже уходила в тень, так как лишь Зорин ей и занимался. Эта роль Фанэка наоборот должна была пестоваться авторами, так как увеличивала бы социальную значимость и легитимность сети. Но они хором отказались от прав и вышли из поддержки учебного процесса, если верить Зорину.

И вот какой-то неизвестный игрок сделал из Фанэка еще и средство достижения неких политических целей. Это качество для меня сейчас выходило на передний план. И все предыдущие аспекты его существования — хорошая база для расчетов, ожидаемый приток пользователей в вирутал, легитимность учебного материала — складывались в удобный и законный комплекс влияния на мнение огромного количества людей. Снова я задавал себе вопрос: что же ты такое, Фанэк?

Я вернулся на работу, повинился перед шефом о том, что не смогу в ближайшее время доделать ту самую интересную статью, которую ему обещал. Вячеслав Эдуардович решил, что у меня апатия видимо из-за того, что материал оказался пустышкой. Я хотел было поспорить, но передумал и не стал переубеждать и объясняться что либо. И мы совместно пришли к выводу, что нужно вернуться к работе через какое-то время, авось и получится.

Из штиля ежедневной рутины и фоновых размышлениях о государстве в государстве меня выдернул звонок мобильного.

- Алло, Миха. Это Сергей. Есть пару минут поговорить? - я узнал голос Бобренкова. Он говорил быстро и деловым тоном.

- Привет, Серега. Какими судьбами? - удивился я. Вот от него я точно не ожидал звонка, хоть и оставлял ему свой номер.

- Константиныч поручил тебе позвонить. Ты же сам сказал, что связь через меня, забыл? - тоже удивился Бобренков.

- Нет, конечно, что ты. Как раз ждал твоего звонка. - сказал я вяло. Я решил, что Серега позвонил из-за какой-то ерунды, лишь бы выслужится перед шефом и загладить свою предыдущую ошибку.

- Ждал? Ты уже в курсе что ли? - в тоне Бобренкова появилось еще больше удивления.

- В курсе чего? - насторожился я.

- Ну всплеска активности.

- А поподробнее? Кто там активно плещется? - уже подобравшись на стуле и взяв карандаш спросил я. Я как раз находился на рабочем месте.

- Все самовыдвиженцы Голубева начали активную работу по продвижению своих политических программ. Разом. Все, понимаешь? Со вчерашнего дня пишут письма, депутатские запросы, проводят встречи с избирателями, кричат с трибун на заседаниях. Хотя до этого в основном молчали в тряпочку.

- Сколько их? Что они требуют? И как определили, что это Голубевские клиенты? - набрасывал я ему вопросы, а сам на листке конспектировал его рассказ.

- Да чего их определять-то? У нас кто не партийный, те сразу под колпаком фэйсов, не знал что ли? - начал Бобренков с последнего вопроса. - А после засвета Голубева в политических играх все депутаты разных уровней, с которыми он пересекался, на особом карандашике.

- За Голубевым следили что ли?

- Напрямую, насколько я знаю, нет. Да сейчас все проще делается. У всех есть мобильные телефоны, можно не выходя из-за компьютера отследить движение и точки пересечений интересующих людей. Вот что я тебе объясняю? Ты журналист или кто? - Серега не замечал, как опять мне сливал информацию. Хотя я для него скорее был уже коллегой по команде. Да и то, что он рассказывал, я уже слышал. Что мол существует специальный отдел в одной из структур исполнительной власти, который имеет доступ к комплексам СОРМ провайдеров связи. Бобренков был из Минцифры, так что скорее всего понимал в этом больше моего.

- Продолжай. - сбил я его нападки, что бы вернуть в русло разговора.

- А что ты там спрашивал-то?

- Сколько их? - напомнил я.

- Тринадцать человек. Все в разных областях.