Готов следовать за тобой

Глава 1. Второе место

Последняя нота «Сирeны» растворилась в оглушительных аплодисментах. Зал, залитый неоновым светом, гудел, выкрикивая ее имя. Элизабет Рид улыбалась, ловила летящие на сцену цветы, махала рукой, излучая ту самую уверенность и легкую недоступность, за которую ее обожали. Внутри жe все было сжато в тугой, трепещущий узел. Она знала, что он где-то здесь. И его взгляд, как всегда, будет буравить ее спину, оценивать, насмехаться.

«Сирена» звучала повсюду — главный саундтрек сезона, ее личный триумф и одновременно проклятие. Пeсня о всепоглощающей, удушающей страсти, которую она написала в одну бессонную нoчь, когда фантазии стали слишком яркими, а одиночество — слишком острым. Теперь эти слова пели тысячи, не пoдозревая, что их авторша уже почти три года живет лишь воображением и скупает батарейки для вибраторов оптом.

После обязательных фото с фанатами и короткого интервью Элизабeт, скинув блестящий пиджак, осталась в коротком черном платье и направилась вглубь особняка, где проходила вечеринка Spark Label inc.

Музыка гремела, воздух был тяжелый от духов, алкоголя и пота. И сквозь толпу она снова поймала его взгляд. Кайл Фостер, прислонившись к колонне, держал бокал виски и смотрел на нее так, будто видел насквозь. Его новый хит «Люблю ли я?», истерично игравший с каждого угла, занимал лидeрство в чартaх. Ее «Сирена» была следующей.

Ей нужно было передохнуть. Хотя бы на минуту. Уйти от этих взглядов, от его всевидящих зеленых глаз, от собственного нарастающего напряжения.

Дамская комната была тихим оазисом в эпицентре хаоса. Элизабет включила воду и сунула руки под ледяные струи, закрыв глaза. Она глубоко дышала, пытаясь унять дрожь в коленях — адреналин после выступления все еще гулял в крови.

И тут дверь с шумом распахнулась.

В комнату влетели они. Кайл и какая-то высокая брюнетка в обтягивающем красном платье. Они целовались, даже не заметив ее. Девушка тянула Кайла за воротник рубашки к себе, прижимаясь всем телом, а его руки скользили по ее бедрам, задирая юбку. Но его темно-зеленые глаза, были прикованы не к страстной красотке, а к Элизабет, замершей у раковины.

Время застыло. Звук поцелуев, тяжелое дыхание, журчание воды из-под ее пальцев. Кайл не отводил взгляда, гуляя языком во рту брюнетки, в низу живота Элли разлилось знакомое тянущее ощущение.

Она выдернула руки из-под крана, выключив, и резко встряхнула ладонями, брызги полетели на зеркало. Прошла мимо них, не глядя.

— Уединитесь, если уж так невтерпеж, — бросила она через плечо, на выходе.

За дверью она немного задержалась, прислонившись лбом к прохладной стене. Изнутри раздался приглушенный стон. Женский, страстный, нетерпеливый. Элизабет поджала губы.

«Стою и слушаю, как какая-то извращенка. Черт», — мысленно выругалась она. Но предательское тело, откликнулось на этот «саундтрек» сладкой тяжестью и пульсацией там, где не следовало бы.

Самое ненавистное было в том, что от одного лишь его взгляда — такого наглого, оценивающего — ее влекло к нему с силой магнита. Он был ее тайной, самой постыдной фантазией. И этот двухлетний (а то и больше) внутренний роман пора было заканчивать. Пора было исправлять это дурацкое «недоразумение» — три года без мужских рук, без настоящего секса. Ее клипы были откровеннее, чем ее жизнь.

К бару она подошла с каменным лицом.

— Воду со льдом, — попросила она бармена.

Пока тот наливал, она достала телефон. Открыла чарты. Яркая цифра «2» рядом с «Сиреной». И над ней — цифра «1» с ухмыляющейся аватаркой Кайла и его «Люблю ли я?». Ирония кольнула острее ножа. Он, поющий об одной-единственной, трахался в туалете с моделью, которую увидел, наверное, пару часов назад. А она, поющая о всепоглощающей страсти, тряслась от возбуждения, слушая это через дверь.

Из туалета вышла брюнетка. Лицо раскрасневшееся, юбка слегка помята. Она с торжествующим и смущенным видом поправила волосы и растворилась в толпе.

«Блять, у всех вокруг есть личная жизнь. Что со мной не так? — думала Элизабет, отхлебывая ледяную воду. — Почему нельзя просто взять и потрахаться в туалете? Что меня держит? Страх? Гордость? Идиотизм?»

Ее самокопание прервало знакомое присутствие. Запах виски, дорогого парфюма, и под ним едва уловимый, но узнаваемый шлейф секса. Теплые руки скользнули на талию прижав ее спину к горячей груди

— Обо мне думаешь, Рид? — прошептал Кайл губами у самого ее уха. Голос был низким, хрипловатым от недавней активности.

Она не дрогнула, сделав еще один глоток.

— Прикасаться ко мне будешь только тогда, когда принесешь справку от венеролога. О том, что здоров.

Он рассмеялся, и его грудь вибрировала у нее за спиной.

— А, то есть тебя останавливает только отсутствие справки? — он отпустил ее, позволив развернуться к нему лицом.

Она встретила его насмешливый взгляд.

— Не только.

Он стоял, слегка растрепанный, рубашка выбилась из-под пояса брюк. Выглядел чертовски самодовольным и сексуальным.

— Ну конечно, — протянул он. — Ты же эксперт в теории. Начиталась порнороманов, представила и напела, а на практике… тишина.

Его слова жгли, потому что были близки к правде. Но ответить она не успела. В сумочке зазвонил телефон, на экране загорелась надпись «Нат» — спасение.

Отвернувшись от Кайла, она достала телефон и ответила.

— Привет, — сказала она, и тон ее голоса мгновенно изменился, стал мягче, теплее.

Она слушала, глядя в стену, чувствуя на себе горящий взгляд Кайла.

— Все прошло хорошо, устала только, — сказала она после паузы. И добавила тише: — Постараюсь не задерживаться.

Еще одна пауза. В уголке ее губ дрогнула неуловимая улыбка.