Говорящая с камнем

***

Я и Эри пробирались сквозь толпу. Не знаю, что в этом нашла подружка, а лично я не испытывала удовольствия блуждать среди людей. Эри же считала, что ярмарки – лучшее развлечение.

-- Ух ты, бусики! – растолкав двух здоровых мужиков, девушка окунула руки в коробку с украшениями.

-- Ханна, посмотри какая красота! – восхищенно воскликнула Эри, перебирая в пальцах камушки.

Я удостоила их лишь беглого скупого взгляда. Янтарь – это не камень, а гнусный обман. Никакого величия!

-- Ой, Ханна, что же ты такая невеселая? Уже и бусы тебе не нравятся, -- запричитала подружка, выбирая из всей кучи кулон и примеряя его. – Все девушки любят украшения, а ты равнодушна к ним. Сколько стоит такой? Ханна, тебе хоть что-то из этого нравится? Как вы развлекались в своем захолустье?

Я немного оскорбилась, услышав, как было названо место, в котором выросла. Хрустальный дворец точно не захолустье! Но рассказать правду я не могла, а поэтому не стала акцентировать на этом внимание, все мои мысли улетучились домой. Я скучала по родным…

-- У нас часто проводились вечера поэзии, -- мечтательно проговорила я, предаваясь воспоминаниям. -- Мы собирались вместе…  

-- Фи, скукота какая! – оборвала меня Эри, крутясь перед маленьким зеркальцем. Я обиженно на нее посмотрела, но подружке было не до меня. Все ее внимание занимал выбор между низкой ценой мелкого янтаря и кулоном с крупной каплей.

-- Нет, давайте эти, -- наконец определилась она, протягивая продавцу монетку. – Как тебе, Ханна?

Я пробурчала нечто неразборчивое, не желая обидеть подругу. Янтарь – это не то, что может мне понравиться.

-- А ты не хочешь и себе что-то присмотреть? – полюбопытствовала подружка, не в силах отойти от лавки ярких украшений. – Они все такие прелестные!

-- Не думаю, -- отозвалась я, желая поскорее уйти и найти более спокойное место.

-- Почему?

Я вздрогнула, когда над моим ухом раздался голос Эвина. Он аккуратно отстранил меня, подходя к лоточку с украшениями. Наклонился, внимательно рассматривая их, иногда перебирая рукой.

-- Янтарь – это слезы дерева. Природа оплакивает беды, которые испытывает земля. Это символ нашей стихии. Янтарь дает энергию и в то же время напоминает, как драгоценно все то, что даровала нам природа.

Я замерла с открытым ртом, слушая Эвина и не зная, что сказать. С такой точки зрения на янтарь никогда не смотрела. Пожалуй, это самое интересное, что я когда-либо слышала.

-- Я бы хотел что-то выбрать тебе…

Смущенно попыталась отказаться, ведь сама могу их купить, но Эвин не пожелал слушать.

-- Это дар от меня… -- здесь он на миг замер, запуская в гущу украшений руку и извлекая одно. -- Я хочу, чтобы этот камень напоминал обо мне. Символизировал мое раскаяние. Мне стыдно за то, что так некрасиво повел себя, не поверил тебе.

В его раскрытой ладошке оказался кулон со слезой, в которой покоилась белая бабочка. Не спрашивая моего мнения, он заплатил продавцу нужную сумму и подошел ко мне, близко-близко, аккуратно застегнул цепочку на шее. Я ощутила холодный металл и смущенно отвела взгляд, глядя на Эри. Подружка только хитро улыбнулась, тихонько стоя в сторонке. Ее лукавые взгляды в нашу с Эвином сторону неприятно удивили.

Эвин с неохотой отстранился, и я смогла рассмотреть подарок в зеркальце, касаясь пальцами теплого янтаря. Действительно, это украшение очень красивое и необычное. Застывшая бабочка в камне завораживала.

-- Эта бабочка как ты, -- неожиданно прошептал Эвин.

Я украдкой посмотрела на него, замечая, что его щеки, как и мои, пылают ярким румянцем.

-- Нравится?

Кивнула, снова рассматривая кулон. На этот раз я не врала – он в самом деле мне нравился.

-- Только я бы не хотела оказаться на месте этой бабочки, -- весело улыбнулась, поднося янтарь к глазам, чтобы посмотреть, как лучики солнца играют внутри

-- Как ни посмотрю, ты все меняешь возлюбленных как перчатки?! – ехидный голос Франа над ухом заставил поежиться.

Не знаю зачем, но я быстро запрятала кулон в лиф платья, только потом осознав, как глупо со стороны это выглядело.

-- Фран, что ты здесь делаешь? – невежливо осведомился Эвин, собственнически заводя меня за спину. – После того, что ты сделал, и на десять шагов не имеешь права подходить к ней!

-- Так я же исключительно из лучших побуждений, – на удивление Фран не стал как-то оспаривать слова Эвина, а сменил тактику, изображая из себя саму невинность.

-- Тебе лучше уйти, иначе…

-- Иначе что? – грубо оборвал пепельноволосый, в его голосе послышались знакомые стальные нотки.

Это разозлило Эвина, и он, сжав кулаки, двинулся в сторону Франа, но я остановила его, повиснув на локте. Мне не очень хотелось, чтобы мальчики из-за меня подрались. У Эвина могли быть потом проблемы.

А вот кому вся ситуация доставляла удовольствие – это Эри. Она с любопытством переводила глазами то на одного, то на другого юношу, ожидая яркого скандала. Даже достала из кармана купленных сладких орешков и теперь уплетала за обе щеки, чувствуя себя зрителем уличного вертепа. 

-- Доказательств нет, так что не смей меня в чем-либо обвинять. Я даже и близко к ней не подходил, -- умело соврал Фран, даже не краснея от своей наглости.

-- Но ведь я все слышала своими ушами! – тут уже я вспылила.

-- Это еще доказать надо. Никто не будет разбираться без доказательств. Иначе, это означает принять сторону одного из учеников и оскорбить другого, показав свою предвзятость, -- осадил меня пепельноволосый, заставляя смущенно отвернуться. Как ни прискорбно осознавать, но он прав.

-- Однако, я готов попросить прощение, -- вдруг произнес маг воздуха, совершенно другим тоном.