Грачев. Во власти воды

Глава 2

"ВОДОВОРОТ."

Федор Литвин.

"Во власти воды."

Глава 2

"С верою в вечное."

Московская Зона Отчуждения, пос. «Корсунь»

17 Июня 2017-го года.

Служба закончилась. Все расходились по делам. Коля, одетый в спецназовскую зимнюю форму, шел в мастерскую. Была зима. Снега, как и всегда в Зоне, не было. Ребра еще побаливали, хоть с ранений и прошло уже почти три недели. Нога уже давно не болела, но Коля иногда все-таки прихрамывал. Спустившись до рабочей территории, Коля через ворота прошел туда. Коля только с ночной смены на периметре, но работать надо. Когда только все началось, здешние мужики первым делом свезли абсолютно все машины к границе села. От города отделились просто мешками с пешком. Потом очистили от тел и остатков всю территорию.

От города к селу шел только один мост, а вот с обратной стороны была дорога и поле. Но там был неравномерный ряд машин. Люди были вооружены всем, что смогли найти. У некоторых было и оружие, но таких было мало. В основном это были бывшие менты. Некоторые вспомнили детство и понаделали луков. Но больше ценилось конечно огнестрельное оружие.

Коля подошел к деревянной двери мастерской и вошел в тамбур. Повесив куртку на свое место, он зашел внутрь. Мастерская была немаленькая. С двух ее сторон были отделены комнатушки. В одной из них была сделана комната для переодевания персонала. Во второй сначала хотели сделать малярку, но потом ее отдали под комнату художника. Коля прошел мимо стола и круглопильного станка в кандейку. Он открыл дверь и зашел в натопленную комнату.

– Привет, Коляня.

– Здравствуй, дядя Миша.

– Доброго утра, сынку.

– Здаровеньки булы, дядя Саша.

Потом он поздоровался с остальными ребятами из столярки. Когда он уже пил чай, в мастерскую зашел мужчина лет пятидесяти, одетый в рясу, поверх которой висел крест.

– Отец Александр идет, – сказал Коля, ставя кружку.

Священник зашел в «кандейку». Всем теперь стало труднее поместиться. Коля первым подошел под благословение. Батюшка благословил его и сказал:

– Поправился, Коля?

– Да. Все хорошо, батюшка.

– Тебя там Станислав искал.

– Хорошо. Я сейчас пойду, – сказал Коля, допив чай.

Он вышел в тамбур и одел бушлат. Если Савельич вызывает, надо идти. Шапку на голову одел уже автоматически. Дверь начала открываться. Коля резко развернулся. В мастерскую зашла медсестра.

– Коля. Я как раз за тобой.

– Перевязка?

– Ну а что же еще? Тебе еще полмесяца так ходить. Ну, если не уйдешь из монастыря, конечно.

– Хорошо. Только там Савельич вызывает. После него приду.

– Ну хорошо. Только быстрее давай.

– Ты в дальней перевязочной как всегда?

-Да.

– Ну любоньки. Туда и подойду.

Коля выпустил девушку вперед и потом, закрыв дверь, посмотрел на уходящую девушку. На ней, поверх ее комбинезона, был одет бушлат черного цвета. Явно перекрашенный кустарно. На голове шапка ушанка. Красивая девушка.

Коля тяжело вздохнул и пошел наверх. Он вспомнил Свету. Как она там, интересно. Вышла замуж, наверное. Или ждет еще. С такими тяжелыми мыслями он подошел к вагончику. Подойдя к двери, он постучался. Потом зашел в натопленное помещение.

– Здравия желаю, товарищи начальники, – сказал Коля.

Оба начальника сидели за столом. Большую часть помещения занимал как раз этот стол. Сзади справа стоял пятиполочный шкаф.

– Здравствуй, Николай. Садись.

Коля сел за стол справа. Шапку он держал на коленях.

– Как твои ребра, Коль? – спросил Сергей Иванович, сидящий напротив Коли.

– Нормально. Побаливают. Куда смотаться надо? – спросил Коля.

– Сразу к делу, значит, – сказал Савельич.

– Не люблю рассуждений. Вы это знаете.

– Ну да.

Савельич достал из шкафа письмо передал его Коле.

– Почитай.

Коля посмотрел на начальство. Затем открыл письмо. "Настоятелю монастыря имени Корсунской Иконы Богоматери. Просим вас прислать нам из вашего монастыря двоих ваших электриков. Корнеева Павла и Сапина Евгения. Нужна их помощь. Комендант Олимпии, Вячеслав Удальцов. "

– Что-то впервые Вячеслав Саныч помощи у кого-то просит. Странно, – задумчиво проговорил Коля, кладя письмо на стол.

– Они лишились большой части своей охраны и разведки во время того, как их попытались тевтонцы штурмом взять. Тогда их только в жилых отделениях смогли откинуть. Потом очищали от них территорию долго.

– Капец.

– Это они после истории с конвоем обозлились. Они ведь тогда специально катер рванули. Думали, чертеж рубежей обороны унести успеют. Но не успели. Он у «олимпийских».

– Повезло. А сколько их там полегло? Во время штурма.

– Очень много. Человек двадцать точно. Это только охраны. Еще торговцев там положили почти всех. У них командир разведки, Алексей вроде, теперь совсем седой стал. Он, как друга потерял, седеть начал. Теперь вот совсем. Семью свою хочет к нам сюда отправить.

– Всех?

– Да, свою жену и дочь. Да еще племянницу с сыном. Она тоже одна осталась. Парень ведь ее, отец который, пропал.

Коля вздрогнул. Света одна. Слезы сами по капле потекли из глаз. Он вспомнил Свету. Как она там.

– Коль, ты чего?

– Ничего, просто вспомнилось кое-что, – отговорился Коля. Но все же спросил. – Племянница замуж значит не вышла?

– Нет. Живет одна. Дядя пытался замуж отдать, не верит, что парень погиб.

– Неправильно. Ей нужно было выйти замуж. - сказал Иваныч.

– Ну, ей же всего девятнадцать. Пусть верит в лучшее.

– Это хорошо, – сказал Коля. – Дает силы. Давайте не будем о грустном. Когда едем?

– Сегодня. Вас отвезут до точки на нашей «Газели», а там уж на своих двоих до пристани. Там уж объяснять не надо.