Граф Верховцев. Задача - выжить

Глава 10

За считанные минуты я добежал до двери спальни Прокофия Андреевича. Громко постучал и прислушался. Мне никто не ответил. И из комнаты не было слышно ни единого звука. Перешел на магическое зрение — все чисто. Никаких заклинаний не было.

Аккуратно повернул ручку, и дверь распахнулась. Я осторожно заглянул внутрь. Кровать не тронута, пиджака нет, домашняя обувь на месте. И где Вяткин? Он, получается, не ночевал здесь?

Я спустился на кухню, в надежде найти его там, но встретил лишь уставшую Анну. Она с устало посмотрела на меня:

— Ваше сиятельство, доброго утра, — она низко склонила голову. — Желаете позавтракать?

— Доброе утро, Анна. Вы не видели Прокофия Андреевича?

— Он... он... — она замялась, сцепила руки в замок. — Разве не у себя? — выдавила она из себя.

— В том то и дело, что нет. Думал, он уже здесь.

Горничная еще ниже наклонила голову.

— Мне кажется, что вы не все рассказываете, Анна. Отвечайте! — угрюмо сказал я, но потом мягче добавил, — пожалуйста.

Она подняла на меня глаза, полные слез.

— Ваше сиятельство, — Анна рухнула мне в ноги, — не губите! Он всю ночь провел у меня.

Мои брови взлетели. Провел и провел, что с того. Мужчина он видный. Хотя, конечно, я бы предпочел не знать об их связи, да и что Лизонька подумает? Мне тут скандалы и разборки влюбленных не нужны.

— Прокофий, — затараторила Анна, — Он... плохо себя почувствовал, дошел до нашей каморки и упал. Всю ночь его выхаживала.

Я вгляделся в темные круги у нее под глазами. Этого еще не хватало!

— И все?

— И все, ваше сиятельство!

— Поднимись с пола, пожалуйста, — я упал на стул. — И где он сейчас?

— Когда я встала, он еще спал.

— А что с ним приключилось?

— Отравление, — она вытерла лицо ладошками, — слабость, тошнота, высокая температура. Я постаралась его подлечить. Вроде получилось. Все было очень прилично, ваше сиятельство!

Переживает за моральный облик моего учителя. Я с трудом сдержал усмешку, но потом задумался. То, что она описывала, действительно были симптомы отравления. Это у нас такие груши в саду выросли? Или то был супчик? Я постарался припомнить ужин, и память услужливо показала мне Вяткина с половником. Он сделал все, чтобы я не попробовал тот суп. Внутри все заледенело. Меня хотели отравить?

— А насколько все было плохо? — я поднял на нее глаза.

— Смертельной опасности не было. Скорее всего, съел что-то испорченное. Хотя откуда в доме такое. Так вам принести завтрак?

— Вы уже сами-то ели?

— Да, ваше сиятельство.

— Неси тогда то, что сама ела. И проверь Прокофия Андреевича, как он там себя чувствует.

Она ловко выставила на стол миску с кашей и ломоть хлеба с маслом, и поспешно выскочила из кухни. Я не стал привередничать и за несколько минут смел все. А потом пошел искать Михаила. Сколько уже времени не могу до него дойти! Все время кто-то отвлекает.

***

Старший по дому мирно дремал в своей кровати, когда я постучал в его спальню. Резко распахнув ее, он переменился в лице, будто с трудом сдерживая ругательства, и растянул губы в улыбке.

— До-оброе утро, ваше сиятельство. Не ждал вас так рано, — затараторил он, кутаясь в роскошный халат. — Я сейчас, мне нужно одно мгновение, чтобы привести себя в порядок. Не могли бы мы с вами встретиться в моем кабинете через час?

У меня дернулось веко. Михаил понял это по-своему и заметался по комнате, хватая, то штаны, то рубаху.

— Я подожду, — сказал я и закрыл дверь.

Делать мне больше нечего, чем смотреть, как этот человек переодевается.

Ровно через десять минут. Дубский выскочил из комнаты и повел меня в свой кабинет.

— Ваше сиятельство, что вас интересует?

— Хотел узнать, как дела в имении. Раз у меня нет магии, хочу, чтобы вы научили меня разбираться в управленческих делах.

— Как неожиданно!

Михаил засуетился, начал перекладывать бумаги с места на место. Я рассматривал количество толстых тетрадей, торчащие из них записки. Всюду пыль, корзина забита мусором. Зацепился взглядом за резную подставку для карандашей на столе. Она очень нелепо выглядела посреди бардака.

— Не знаю, получится ли у меня выкроить для вас время... — продолжил Дубский.

— Я готов начать прямо сейчас.

И кто меня дернул за язык? Зачем мне вообще это нужно?

— А как же ваши занятия с Прокофием Андреевичем? — он покосился на меня. — Но как скажете, ваше сиятельство. У меня как раз есть дело, — он на мгновение задумался. — Проверить количество продуктов и полотенец.

— А зачем считать полотенца?

— Как же! — всплеснул руками Михаил. — Со временем они ветшают и приходят в негодность. Их нужно менять. А чтобы знать, сколько нужно заказать новых, нужно пересчитать старые. Пройдемте в кладовую.

Мы так ходили еще пару часов, занимаясь, по моему мнению, откровенной ерундой. Петр Николаевич, управляющий в моем имении, собирал всю информацию от прислуги, ловко сводил данные и делал заказ поставщику. В остальное время ходил с важным видом по дому и протирал белыми перчатками полки. А потом сквозь свои лошадиные зубы выговаривал прислуге за чистоту и порядок.

Михаил же постоянно говорил про важность подсчета каждой мелочи. В общем, морочил мне голову, нежели действительно показывал работу старшего. Но я не вмешивался, в какой-то момент даже стало интересно, насколько у него хватит терпения. Лишь когда время подошло к одиннадцати часам, я остановил Дубского.

— На сегодня достаточно, спасибо Михаил. Распорядитель о коляске, я уезжаю в город.

Старший замаскировал вздох облегчения за кашлем. Я сделал вид, что поверил ему.

— Как скажете, ваше сиятельство. Сию минуту.

***

Василий уже меня ждал возле крыльца. Приоделся, гладко выбрил лицо. Видно, что на свидание собрался. Ох, держись, Фекла! Надо будет переговорить с тренером о его моральном облике и поведении. Не уверен, конечно, что меня он тут же расстанется с той барышней, но предупредить я обязан.