Графиня и фермер

Глава 13

Устроившись у слабо освещенной стены шатра, Нейтан беседовал со старостой деревни. Рядом болтали о чем-то своем Эбби и Мейбл. Народ уже вовсю веселился, слышался смех и тосты, многие уже кружились парами в центре шатра.

Стараясь говорить как можно тише, фермер посвятил главу в чудесное событие, произошедшее с полем. Рассказал об удобрении и земле, добытой у Белой горы.

– Так ты говоришь, что полил этим снадобьем поле, и ростки ожили? – удивленно переспросил староста, изумившись услышанному.

– Да, все до единого, – кивнул Нейтан.

– Это удивительно, крайне удивительно, – задумчиво почесал бороду глава деревни. А фермер продолжил:

– Нужно поскорее рассказать остальным, чтобы они успели спасти урожай.

Староста нахмурился, подумал немного, после чего молвил:

– Вот как мы поступим. Сделай мне точно такое же удобрение, и я испытаю его на своей земле. Если все повторится в точности, как у тебя, мы расскажем остальным. А если нет, то не будем никого тревожить. Мы не знаем точно, что тебе помогло. Земля у тебя лучше вспахана или семена были иного качества. А может и то и другое. Люди, итак, сейчас на взводе, могут насочинять всякого и ополчиться против тебя.

– Вы правы, – согласился Нейтан. – Давайте сделаем по-вашему.

– Хорошо, а теперь оставим заботы до завтра и насладимся праздником, – сказал староста, хлопнув фермера по плечу, – повеселитесь как следует!

Он кивнул Эбби и Мейбл, махнул рукой кому-то из старейшин и скрылся среди толпы.

– Что он сказал? – поинтересовалась сестра, приблизившись.

– Для начала сам хочет все проверить.

– Что ж, это правильно, – согласилась она.

Мейбл встала совсем рядом, сжав на груди бант:

– Нейтан, ты пойдешь танцевать?

– Нет, не сейчас, – нахмурился он, опустившись на скамью.

Эбби оглядела шатер, заметила сестер и оживилась:

– Тогда я пойду к девочкам, увидимся позже!

Нейтан одобрительно качнул головой, и Мейбл, воспользовавшись моментом, тут же присела рядом.

– Не против, если я посижу с тобой?

– Конечно, нет.

– Скажи, тебе и правда удалось спасти пшеницу?

– Правда. Только прошу, держи это пока в тайне, – попросил он.

– Конечно, ты можешь на меня рассчитывать, – заверила та. – Знаешь, вчера мы с подругами поспорили, смогу ли я надоить больше предыдущего дня. Они говорили, что корова наша после урагана беспокойная стала и, как прежде, доиться не сможет. А еще, мол, руки у меня жесткие. Ну, я и сказала, что к утру надою раза в два больше! Но они лишь посмеялись. Сказали, что ежели не смогу, то не должна подходить к тебе весь вечер на празднике! Смешно, правда? – Мейбл усмехнулась. – А я смогла, представляешь? Потому что выспросила рецепт у жены старосты. Приготовила мешанку, как она посоветовала: налила теплой воды с солью, добавила сухого клевера и солода. От подобного угощения у моей коровки враз пищеварение улучшилось и спокойнее она стала. В общем, надоила я в два с половиной раза больше! Так Сэлли и Труди разом языки прикусили!

– Это замечательно, – улыбнулся ей Нейтан, но скорее вымученно. – Ты постаралась на славу и спор выиграла.

– Спасибо, – смущенно опустила ресницы Мейбл, теребя в руках оборку платья. – Завтра собираюсь отблагодарить жену старосты, испеку для нее ягодный пирог. Если бы не она, сейчас бы мы рядом и не сидели.

Нейтан кивнул.

Мейбл опять принялась рассказывать ему про корову, затем про свинью, что принесла восьмерых поросят в ночи, и как потом у них поломалась дробилка для корнеплодов. Но он почти не слушал ее. Кроме того, он вдруг осознал, что ее болтовня, зацикленная на одном и том же, начинает раздражать. Но каждый раз, когда он пытался переменить тему и поговорить, к примеру, о книгах, она снова съезжала в любимую колею.

В детстве Нейтан мечтал о дальних странах и путешествиях. Он с упоением зачитывался книгами о приключениях, которые ему привозил из города отец. Мечтал, что однажды он покинет родную деревню и отправится исследовать мир за ее пределами. Но после трагедии с родителями и старшим братом Джоуи все надежды Нейтана обратились в прах. Он больше не мог позволить себе мечтать. Вместо этого покорно взвалил заботу о хозяйстве, братьях и сестрах на свои плечи и больше не брал книги о приключениях в руки. Он никогда не роптал. И в конечном итоге справился.

До сего момента ему действительно было все равно, какой должна быть его невеста. Он был помешан лишь на работе и считал, что общие интересы с будущей женой совсем не важны. Главное, чтобы каждый выполнял свою задачу. Но вот он здесь, и ему невыносимо скучно и душно сидеть рядом с девушкой, далекой настолько, что проще бездонный овраг преодолеть, чем найти с ней соприкосновения.

Гвендолин же была полной ее противоположностью. Он не хотел их сравнивать, и тем не менее, это получалось само собой. Гвен пришла из иного мира, и по рассказам он сильно отличался от его родного. В нем были неведомые их веку технологии, иная мораль и культура. И это привлекало, притягивало.

Гвен была той непостижимой загадкой, разгадывать которую можно было бы до конца жизни. И даже тогда непременно обнаружилось бы что-то, способное его удивить.