Грань. Цена её крови

Глава 10. Отвлекающий манёвр

Прежде чем двое мужчин успевают что-то сделать, Идан действует. Он не вступает в драку в прямом смысле. Он говорит.

— Вам здесь ничего не нужно. Вы ошиблись номером. Уходите, — его голос звучит тихо, но властно.

Громилы на секунду замирают, их агрессия улетучивается. Но лишь на секунду. Один из них трясёт головой, его лицо искажает гримаса. На него не действует внушение. Они подготовлены.

В этот момент в дверном проёме, из-за их массивных спин, появляется третья фигура. Он не похож на них. Он элегантен, одет в дорогой, идеально сидящий тёмный костюм, на его лице — лёгкая, хищная, почти ленивая усмешка. Но аура, исходящая от него, заставляет Аврору похолодеть до костей. Это сила совершенно другого порядка — тяжёлая и абсолютно безжалостная. Она чувствует себя не просто жертвой. Она чувствует себя кроликом, на которого смотрит удав. Она инстинктивно, на уровне самых глубинных страхов, понимает: этот вампир гораздо сильнее Идана.

— Идан. Как предсказуемо, — говорит незнакомец, и его голос — бархатный, спокойный, но в нём звенит сталь. — Всегда пытаешься решить проблемы самым простым способом. Как видишь, твои дешёвые трюки не действуют.

— Райнер, — выплёвывает Идан, становясь между ним и Авророй. — Я должен был догадаться, что «Корпорация» пришлёт на это дело именно тебя, свою цепную, выдрессированную собаку.

— А вот и наша пропажа, — Райнер полностью игнорирует его выпад, его взгляд скользит по Авроре, которая медленно поднимается с пола. Он оценивает её, как коллекционер смотрит на редкий, бесценный, только что найденный экспонат. — Голубая кровь, да ещё и с таким необработанным, диким потенциалом… Идан, ты же знаешь, что не сможешь её защитить. Ты слабее. Ты всегда был слабее.

Слова Райнера подтверждают её собственный инстинктивный страх. Идан напряжён. Он в заведомо проигрышной позиции, и это видно по тому, как напряглись его плечи.

Вместо ответа, Идан хватает со стула свой рюкзак и, потянув за собой Аврору, вышибает плечом хлипкую раму окна. Стекло с оглушительным звоном разлетается на тысячи мелких, сверкающих в свете осколков. Он выпрыгивает вместе с ней на узкий карниз пожарной лестницы. Райнер не спешит за ними. Он достаёт из-под пиджака изящный, серебристый пистолет и неторопливо, с усмешкой, идёт к разбитому окну.

Они бегут вниз по скрипучей, ржавой, шатающейся под их весом пожарной лестнице. Ночной воздух, холодный и влажный, бьёт в лицо. Сверху слышатся выстрелы. Пули со злым, пронзительным визгом рикошетят от металлических ступеней рядом с ногами. Райнер не пытается их убить. Он загоняет их, как дичь, играя с ними.

Они спрыгивают в тёмный, вонючий, заваленный гниющими мусорными баками переулок.

— Не смотри назад! — кричит Идан, таща её за руку.

Они бегут по узкому, почти лабиринтообразному переулку. Но на выходе, под тусклым светом одинокого фонаря, их уже ждут. Те двое громил, материализовавшись из тени, перекрывают им путь. Они в западне. Идан резко толкает её за большие мусорные баки.

— Сиди здесь! Что бы ни случилось! — шипит он.

Аврора прижимается к холодной, влажной стене, её сердце колотится, как пойманный в клетку зверь. Сверху по лестнице медленно, неспешно спускается Райнер, его силуэт чётко виден на фоне светящегося окна. Она видит, как Идан, прижавшись к стене с другой стороны, ищет выход. Но его нет.

Её захлёстывает чувство вины. Горячее, едкое, как кислота. Это она. Она открыла дверь. Это из-за неё они сейчас в этой ловушке. Она должна помочь. Она должна что-то сделать.

Пока Райнер приближается к их укрытию с одной стороны, она видит, что двое громил отвлеклись, смотря в его сторону, ожидая команды. Это её шанс. Шанс создать отвлекающий манёвр.

Она ослушивается приказа Идана, срывается с места и бежит. В противоположную сторону, вглубь переулка, в спасительную, как ей кажется, темноту.

— Аврора, нет! — яростно шипит Идан, но уже слишком поздно.

Райнер, не колеблясь ни единой секунды, мгновенно переводит пистолет на новую, движущуюся, беззащитную цель. На неё. Вспышка. Глухой хлопок выстрела.

Но в последнюю долю секунды Идан выскакивает, отталкивая её с такой силой, что она летит на землю. И пуля, предназначенная ей, с отвратительным звуком входит ему в плечо. Он падает рядом с ней на колени, его лицо искажается от боли.

Шум выстрелов привлекает нежелательное внимание, и Райнер с его людьми исчезают так же внезапно, как и появились. Просто растворяются в тенях переулка. Вдали слышатся звуки полицейских сирен.

Аврора бросается к Идану. Кровь на его плече — тёмная, густая, голубая, — быстро расплывается по ткани.

— У тебя тоже… — шепчет Аврора в шоке. — Голубая кровь.

Она пытается помочь ему, дрожащими руками разрывая свою ветровку на импровизированные бинты.

— Прости! — всхлипывает она, пытаясь зажать рану. — Прости, это всё из-за меня! Я… я такая дура! Почему ты не остановил меня?! Почему не подчинил своей воле, не заставил сидеть на месте?!

— Поверь, я пытался, — хрипит он, морщась от боли и пытаясь встать. — С того самого момента, как ты рванула. Но ты не поддаёшься влиянию. Вообще.

Аврора замирает от осознания. Она невосприимчива. Это как хорошо, так и плохо в данной ситуации.

Идан, превозмогая боль, дотягивается до своего рюкзака.

— Как знал, что пригодится…

Он достает небольшой герметичный пакет с тёмной жидкостью — донорской кровью, — разрывает его зубами и залпом, с жадностью выпивает содержимое. На глазах у изумлённой Авроры края его раны начинают очень медленно стягиваться, кровотечение останавливается.

Вой сирены становится ближе. Громкий, пронзительный.

— Нам нужно убираться. Сейчас же, — цедит Идан.

Он опирается на её плечо. Они, хромая и спотыкаясь, добираются до своей машины, припаркованной в соседнем, ещё более тёмном переулке. Он запускает двигатель как раз в тот момент, когда в начало их переулка въезжает полицейская машина с мигающими огнями. Идан резко выворачивает руль, и они с визгом шин срываются с места, уезжая в противоположном направлении, в лабиринт ночных улиц.