Гранатовый сад, или Как соблазнить дракона

Глава 1 Попала

Сознание возвращалось мучительно долго. Темнота отступала неохотно, затягивая обратно, словно вязкое болото. Было так просто сдаться и пойти ко дну, но какой-то первобытный инстинкт заставил меня барахтаться и вынырнуть на поверхность.

«Как же всё осторчетело! Даже после в посмертии не дадут отоспаться», — мелькнула в голове раздраженная мысль.

Чувства включались со скрипом, как если бы кто-то с силой проворачивал заржавевшие вентили механической конструкции.

А тело, казалось абсолютно чужим...

Сперва ударил по ушам приглушенный, искаженный звук, похожий на треск поленьев, и чье-то тяжелое дыхание совсем рядом. Затем вернулось осязание: жесткая ткань под спиной и удушливый, приторный запах сухих трав, от которого запершило в горле. И только потом разомкнулись веки.

— Вот сколько раз твердила: следи за языком! Накликаешь беду, а мне потом разгребать. Бестолковая... — бубнил незнакомый мне голос.

Мне уже и думать было запрещено?

Комната с трудом обретала очертания. Бревенчатые стены слабо выхватывало пламя единственной оплывшей свечи. Жуткие, пляшущие тени ползли по низкому потолку, сплошь затянутому густой паутиной. Я не боялась даже представить, что за тарантулы могли создать нечто подобное.

Если это галлюцинация, то у моего мозга отвратительный вкус.

— И-ик…

Я попыталась сесть, но каждый вдох отозвался резкой болью в ребрах. Тело не послушалось. Оно было слишком истощенным. И слишком... худым. Паника ледяной волной прокатилась по позвоночнику, волосы на загривке встали дыбом. Интуиция буквально вопила: всё вокруг — неправильное!

— Наконец-то, — сухо прошелестело из темного угла.

Преодолевая ломоту в шее, я скосила глаза.

— Извините... не могу подняться, всё затекло, — прохрипела я, сама не понимая, зачем оправдываюсь перед плодом своего бреда.

— Ещё бы! — цыкнула тень. — Скажи спасибо, что я вовремя подоспела. Померла бы как пить дать!

— Спасибо... — нервно сглотнула я. Мозг в состоянии шока отчаянно цеплялся за привычные правила приличия. — Мама учила быть благодарной.

Незнакомка вдруг расхохоталась. Смех оказался неожиданно молодым и звонким, но от него, кажется, задрожали стены.

— Надо же, мать она вспомнила! А сколько раз твердила, что сирота! Нашла проблему...

Пока она говорила, доски подо мной вдруг мелко завибрировали. Я охнула: деревянная кровать сама по себе прогнулась, подстраиваясь под контуры моего тела. В щелях пола мелькнули и тут же растворились зеленые искры.

— Это что еще за чертовщина?! — вырвалось у меня.

— Цыц! — оборвала она.

— Прошу прощения, — машинально проговорила я.

Теперь я могла рассмотреть её лучше. В углу, кутаясь в потрёпанную шаль, сидела женщина. Седые, спутанные пряди, глубокие морщины и хищный нос с горбинкой никак не вязались с её молодым голосом. Кожа отливала болезненным зеленоватым цветом, словно она годами не видела солнца.

Но глаза...

Они гипнотизировали. Пронзительно-зелёные, с золотистыми крапинками, они светились во мраке, точно два изумруда, и, казалось, потрошили саму душу. Если ведьмы из детских сказок существовали, то одна из них сейчас пялилась на меня.

От женщины веяло могильным холодом, хотя в комнате было душно. Она наблюдала за мной с живым интересом, но так, словно я была подопытной зверушкой, выжившей после опасного эксперимента.

— Кто вы? Где я? Что творится? — слова с трудом царапали горло.

Я попыталась дотронуться до онемевших губ, неловко подняла руку — и замерла, уставившись на свои пальцы. Идеальной формы ногти были покрыты темным лаком.

— Я что... покрасила ногти? Когда успела? Это вообще не...

Ведьма криво усмехнулась, и в этой улыбке скользнуло нечто зловещее.

— Сколько вопросов. Раньше нужно было их задавать, раньше! — холодно отрезала она. — Это твое наказание. Отныне будешь следить за языком. Радуйся, что вообще рот не зашила за такую пакость!

— За какую пакость? — вжалась я в скрипучий матрас. — Вы точно ведьма... Что происходит?

— О чём ты бредишь? — склонила она голову набок, прищурив светящиеся глаза. — Ты в своём доме, девочка. Или отшибло память?