Грани Любви и Мой «млечный путь»

X.

Покончив с «Нобелевским обедом», мы заказали экскурсию с персональным гидом на английском языке. Сказать по правде я уже не в первый раз была в этом грандиозном строении архитектора Рагнара Эстберга, которое является гордостью Стокгольма, но мне по-прежнему было очень интересно снова пройтись и полюбоваться архитектурой и художественным оформлением этого шедевра. Почти каждое помещение в ратуше имело своё название и предназначение. Синий Зал, где ежегодно 10 декабря проводиться банкет по случаю вручения Нобелевской премии, и лауреаты вкушают блюда, которыми мы наполнили свои желудки в ресторане — вот только, был наполнен торжественной обстановкой. Даже не закрывая глаза, я представила атмосферу, которой наполняется Синий зал ежегодно. Золотой Зал, получивший своё название за стены, которые выложены сверкающей золотой плиткой, даже при слабом солнечном свете северного солнца ослеплял взгляд. Нам повезло, что сегодня не проводилось никаких мероприятий, и мы смогли посетить место заседания муниципального совета Стокгольма – Зал Советов.

Несмотря на то, что посещение башни ратуши не включалось в экскурсию в зимний период, после просьбы Алекса для нас почему-то сделали исключение и наш гид, проводив нас на лифте до половины башни оставил нас наедине пробираться по лестницам и тесному спиралеобразному коридору. Моим личным проводником во время восхождения стал Алекс. Он нежно взял меня за руку и, не отпуская всю дорогу, уверенно вёл по коридорам старинной башни. По уверенности его шагов сложилось впечатление, что он уже не впервые проходит эти лабиринты. Добравшись до верхней смотровой площадки башни «Три Короны», перед нами открылся захватывающий вид любимого мною города. Описывая круг по смотровой площадке, Алекс продемонстрировал свои знания о Стокгольме. Он кратко и лаконично рассказал мне историю объектов, лежащих в обзоре нашего взгляда.

— Откуда ты так хорошо знаешь историю этого города? – полюбопытствовала я.

— Я же говорил. Я люблю этот город, как и ты, – ответил Алекс, смотря мне в глаза.

Сильный холодный ветер, гулявший на высоте более ста метров, быстро начал пронизывать меня до костей. Прожив почти всю свою жизнь в северной стране, я стала привыкшей к любым холодам, но находясь рядом с крепким мужчиной, мне хотелось ощутить его заботу обо мне. И словно прочитав мои мысли, Алекс расстегнул свою объемную куртку и обнял меня сзади, крепко прижимая к себе. Тепло, исходящее от Алекса, которое я чувствовала спиной, и крепкие объятия привели меня в состояние духовного и физического блаженства. Я чувствовала себя защищённой, как ощущает себя маленький цыпленок под крылом своей мамы-курицы. Я была уверена, что никто и ничто не сможет меня потревожить и обидеть, когда рядом был Алекс. Даже северный ветер был беспомощен перед силой тепла этого жилистого мужчины.

С интересным человеком приятно даже помолчать, подумать и почувствовать…. Покачиваясь из стороны в сторону, в замке крепких объятий, мы потихоньку передвигались по краю смотровой площадки, в абсолютной тишине и только наше дыхание и северный ветер нарушали её. Обращая свой взор на прекрасный Стокгольм, мы проделали ещё один круг по часовой стрелке. Вернувшись туда, где Алекс обнял меня, он нарушил шепот северного ветра и также негромко сказал мне прямо на ушко:

— Лена, спасибо тебе за всё. За то, что оказалась рядом вчера в торговом центре и помогла, за то, что почтила своим присутствием на моей скромной вечеринке, за то, что согласилась использовать свои дизайнерские способности во благо моего комфорта. И тем более спасибо, что составила мне компанию во время сегодняшнего времяпрепровождения. Ещё раз спасибо тебе за всё это, но мне необходима еще твоя помощь. Мне нужен гид по Стокгольму, который искренне любил бы этот город, да и просто компания в прогулках по городу. Ты согласна, мне помочь и в этом?

— Да, Алекс. Хотя гид, наверное, из меня будет плохой, но я с удовольствием составлю тебе компанию, – ответила я, повернувшись к нему лицом. Алекс не ослабил своих объятий, и я уже всем телом чувствовала его тепло. В изложении его благодарности и просьбы я почувствовала сильное чувство его одиночества и с трудом смогла удержаться от вопроса.

Ещё несколько мгновений мы простояли, молча, смотря, друг другу в глаза. Его выразительные серо-зеленые глаза говорили о грусти и боли, лежащих глубоко в душе, и в тоже время на поверхности чувств выражалась явная радость. Не берусь судить о том, что вызвало эту радость, но мне почему-то показалось, что это связано со мной. На какой-то миг меня тоже охватило чувство грусти, но блеск в глазах Алекса через мгновение полностью стёр чувство печали.

— О’кей, Лена, пока ты не передумала быть моим гидом, я буду эксплуатировать тебя по полной программе, и мы завтра же отправимся на парковый остров «Королевский Юргорден», где я надеюсь, проведем весь день, – в голосе Алекса не осталось ни капли печали. Он был бодр и весел.

— Превосходно! – я была рада каждой минуте, проведенной с этим мужчиной, и целый день был для меня настоящим подарком.

— Я вот о чём подумал: в какой половине дня мне будет лучше использовать тебя как гида, а в какой как дизайнера? – уточнил Алекс.

— Самые лучшие работы в институте я делала либо вечером, либо ночью. Такая особенность моих мозгов – по ночам они работают лучше. Так что лучше, если ты будешь расшатывать их с утра прогулками по Стокгольму.

— Замечательно. Только вот что получается, что я нанимаю тебя, чуть ли не на круглосуточную работу. Меня уничтожат шведские профсоюзы! – улыбаясь, сделал вывод американец.