Грани заблуждения

Глава 2. Беседа

Терей

Сегодняшний день обещал быть знойным, но пока раннее утро баловало лёгкой прохладой и запахом свежести, приносимой со стороны моря. После обеда, как обычно в летний период, ветер снова сменится на горячий, наполненный ароматами специй, что дует с материка и наверху станет слишком жарко, поэтому я спешил.

Арахниды не любят без нужды покидать свои пещеры. Да, мы делаем это для защиты алаиды, помощи людям, или когда преследуем шурхов, но необходимости любоваться утренним солнцем, наслаждаться лёгким дуновением ветерка или многоголосым пением птиц мои братья не испытывают, в отличие от меня.

Впрочем, я не только этим отличался от Вейса и Сауда.

Под лапами тихонько шуршали мелкие камни, отвлекая меня от философских мыслей. Идти по тропинке, незащищённой тенью деревьев, было жарко. Не переношу зной, но люблю лето за то, что местные сурхи уходят на это время глубоко под землю и засыпают до самого сезона дождей. В это время у меня появляется время на вот такие вылазки в Обитель.

Древний белокаменный храм стоял на одной из самых высоких точек скального плато. Даже сотни лет запустения оказались не властны над этим удивительным местом.

Я немного ускорился, спеша спрятаться от солнца под раскидистыми ветвями священных деревьев шиоры, росших в саду при храме. По традиции в этом месте жили человеческие мужчины, решившие уйти от мирской суеты. Они служили гнезду – готовили пищу для гнездовых и для аллаиды, а мы заботились, чтобы обеспечить их продуктами и золотом.

Разместившись на мягкой прохладной траве, я просто наслаждался минутами свободы.

– Здравствуй, Терей. Давненько тебя не было видно, – сказал человек, появления которого я, если честно, ждал.

– Доброе утро, лорд Феросс. Не было времени заглянуть. Вы же знаете, что мы постоянно заняты либо в подземельях, либо помогаем с охотой людям, – ответил я, улыбнувшись давнему другу нашего гнезда.

– Знаю. И я же сто раз тебе говорил, что остался только один лорд Феросс – мой отец. Я просто послушник при храме. Ну, если ты настаиваешь, то для тебя могу быть дядюшкой Сантосом, – подмигнул мне маг. – В конце концов, я знал тебя, когда ты в прямом смысле под стол ходил, – пошутил мужчина.

– Мама говорит, что вам пора вернуться на Нимею и подарить лорду Ластону пару наследников рода Феросс. Насколько мне известно, императрица – ваша сестра – давно простила вас за тот несчастный случай, при котором погиб её супруг. Полагаю, отец уже сообщил вам эту радостную новость, Сантос, – отозвался я, заставляя мага скривиться.

– Мне нечего делать при дворе Алисии. Да и у герцогства Феросс есть наследник, а точнее наследница. Покойный Андариэл хоть что-то в своей жизни сделал хорошего, а именно – подарил моей сестре замечательных двойняшек Андара и Риэлу. Теперь племянник займёт трон, а моей матушке есть куда направить свою неуёмную энергию – на воспитание истиной леди Феросс. Да и нет второй такой женщины, как Алла, а на меньшее я не согласен, – ответил мне Сантос.

– Надеюсь, вы не будете произносить подобных признаний при нашем отце. Он до сих пор дико ревнует её к вам, хотя внешне старается этого не показывать, – усмехнулся я.

– Я знаю, но господину Арахни не о чем волноваться. Ваша мама подарила своё сердце Сэпию полностью и без остатка, – грустно улыбнулся Феросс.

– Согласен. И всё же странно, что из всех человеческих недостатков отец подвержен именно ревности. Ему первому и пока единственному повезло быть настолько любимым аллаидой, – сказал я.

– А, по-моему, это вполне естественно. Он боится потерять своё счастье, и это очень по-человечески. Я много думал о вас – гнездовых арахнидах. Как думаешь, почему вы совмещаете в себе и человеческую и паучью часть? Питаетесь как люди, имеете потребность в общении, особенно с аллаидой. Ведь проще было бы, если бы вы были такими, как воины или ткачики. Чтобы не остаться без защиты, мы бы всё равно приносили вам в жертву женщин, когда это было бы необходимо, но природа распорядилась иначе, – высказал интересную мысль Сантос.

– Предки считали, что мы созданы именно такими, чтобы арахниды не закрылись от нужд людей. Чтобы мы понимали, сопереживали и поддерживали ваш народ. Именно поэтому так важны именно чувства, а не просто магическая энергия аллаиды. Из-за необходимости привлечь женщину и наши внешние особенности, и пищевые предпочтения. Не думаю, что девушку мог бы очаровать мужчина, поедающий сурхов, – сообщил я о том, что подсказала мне память, полученная от многих поколений арахнидов.

Сам я пока не задумывался об этом, но был рад, что Сантос поднял вопрос.

– Кстати, об аллаиде. Я слышал, что было принято решение о необходимости поиска матери нового гнезда, – осторожно поинтересовался Феросс.

– Да, это так. Через два месяца я изменю облик на полностью человеческий и выйду в город, – сообщил я.

– Даже не знаю, что тебе на это сказать. Надеюсь, что ты найдёшь девушку, похожую на свою маму. Иначе, мне будет больно лишиться наших с тобой бесед, – растеряв всякую весёлость, сказал Сантос.

– Кто знает. Может, мне нужна совсем другая аллаида. В книгах я читал, что притягиваются противоположности. Очевидно, это так и есть. Отец флегматичный, немного угрюмый. Ему идеально подошла яркая и порывистая, как пламя, мама, – улыбнулся я, вспоминая своих родных.