Граница Пустоты

Глава 15. Призраки, терзания и посвящение

Практически весь следующий день я просидел за книгой по основам безопасности развития магии. Это позволяло находиться рядом с ним и не бояться. Я только потом понял, что за весь день мы с Везларом не разговаривали. Я пропустил обед, ужин, завтрак, обед и ужин, потому что боялся встречаться с людьми. Я не знал, что мне делать и как себя вести, мне казалось, что на мне висит табличка с надписью «чудовище». Пусть в этом не было моей вины, я оставался таким, и с этим ничего не поделаешь. Чем дольше я безвылазно сидел в комнате, тем страшнее мне становилось.

- Ты со вчерашнего дня ничего не ел, - заметил Везлар. – Я понимаю, на голодный желудок мозги лучше соображают, но тебе не кажется, что это слегка перебор? Такими темпами ты просто не доползешь завтра до экзамена. Вот возьми, я принес тебе твою порцию ужина.

Я проследил взглядом за тем, как он ставит тарелку на стол. Был бы он так же добр ко мне, если бы знал обо мне всю правду? Конечно же, нет. Я не мог открыть ему правду, просто не мог, как не смог тогда признаться Ваффе, что я чудовище.

- Твой демон совсем около тебя пригрелся, - усмехнулся Везлар.

Киза лежал у меня в ногах на кровати, свернувшись калачиком, и спал практически весь день, точно кот. Я усмехнулся, глядя на него.

Я сполз с кровати и подошел к столу со стоящей на нем тарелкой.

- Спасибо.

Везлар только отмахнулся.

Отказ от еды для меня был таким способом самоистязания, от которого я получал некое болезненное удовлетворение, но, несмотря на это, я смёл все с тарелки меньше чем за минуту. Возможно, я просто хотел, чтобы меня пожалели?

- Что-то плохое случилось позавчера, да? – спросил Везлар, глядя на меня.

- Мы можем об этом не говорить? – попросил я.

Вместо ответа Везлар втолкнул меня в ванну.

- Приведи себя в порядок, скоро общая встреча в гостиной.

- Я не пойду! – испугался я.

- Еще как пойдешь, - заявил Везлар. – Хотя бы умойся, а то я вытяну тебя в таком виде, в котором ты сейчас.

Я подошел к зеркалу и сам себя не узнал: бледный, под глазами темные круги, как будто я не спал трое суток. Сегодня ночью я действительно практически не спал. В моем сне кричала женщина. С таким страхом, болью и безысходностью, что мне самому захотелось закричать, лишь бы перекрыть этот крик, лишь бы не слышать ее. Потом полночи просидел на кровати, глядя в окно. Кажется, моя реальность трещит по швам.

 Я умыл лицо и снова глянул в зеркало. По моему лицу медленно стекали холодные капли воды. Так хотелось заплакать, но я не помнил, чтобы когда-либо плакал с тех пор, как умерли родители. Везлар так и нашел меня в этом положении, бездумно глядящего в зеркало.

- Я думал, что я сильнее, - прошептал я. – Искупить свою вину – просто глупые слова.

Везлар молча взлохматил мне волосы водой и потащил прочь из комнаты, где я обрек себя на добровольное затворничество.

Внизу все играли в бой подушками. Со всех сторон летели перья, подушки и даже пуфики. В меня кто-то запустил подушку, и я включился в игру, как самый обычный первокурсник. Реальность снова надломилась. Мне стало трудно понять, что я делаю. Роксана сбила меня с ног, и мы с ней покатились по гостиной. Я впился в ее губы жарким поцелуем, и кажется, она была очень довольна.

Мы продолжили бой подушками, и на этот раз Везлару пришлось меня вытягивать отсюда. Он вывел меня на улицу, в одной майке здесь было достаточно прохладно.

- Что ты делаешь? – возмутился Везлар.

- А что я делаю? – не понял я.

- Ты набрасываешься на все с такой силой, как будто делаешь это в последний раз!

- Я просто отдаюсь моменту.

- Ты просто объясни мне, что происходит!

Я не мог этого сделать. Я просто не знал как.

- Я сегодня переночую у ректора, - решил я. – Передай Кизе, что со мной все в порядке.

Я зашагал прочь от общаги.

- Ты совсем спятил? – кричал мне вдогонку Везлар. – Ну и иди!

На улице был настоящий дубак. Я шагал к главному корпусу, и меня все чаще посещали мысли, что не дойду, замерзнув где-нибудь по дороге, и до весны будет стоять безымянная статуя, память о глупом первокурснике. И ректора посадят за жестокое обращение со студентами, хотя он тут ни в чем не виноват. И почему я не мог находиться рядом с Везларом? Сейчас моя сила духа как будто бы снова возвращалась ко мне. Я прошел мимо храпящего дивана, по молчаливой лестнице и свернул к кабинету ректора. Меня посетила мысль, что если в кабинете его нет, то назад я не дойду – памятник студенту перенесется под двери ректорского кабинета.

Кабинет оказался открыт. Я вошел, дрожа как осиновый лист на ветру, и, не говоря ни слова, встал поближе к камину. Вазмор на секунду прервал свой монолог, чтобы глянуть, кто вошел, а потом продолжил так, будто меня здесь и нет.

- Ты хоть понимаешь, насколько это нереально? Стоит только чуть ошибиться в расчетах, и все пойдет прахом! Не просто пойдет прахом, мы погибнем!