Границы существующего-1

Глава 7

Группа А

Пётр

Я сидел в автобусе, прислонив голову к стеклу. Стекавшие капли дождя напоминали мне дерущихся змей. Между двумя стёклами образовалась полость, которая заполнялась водой, и когда автобус трогался с места, приходила в движение. Я смотрел, как жидкость переливается туда-сюда, и думал о своей проходящей жизни. Голос, приведший меня в состояние реальности, исходил из динамика сверху и напомнил мне стрекот сверчка. Видимо от дождя контакты отсырели. Голос, объявлявший остановки, показался мне очень забавным. Если бы человек тоже мог тереться ножками и издавать такие звуки, интересно, как бы ему пригодилось это в жизни? И, несмотря на непогоду и общее положение вещей, я улыбнулся, когда представил, как человек запрыгивает в офис, подобно саранче, которая прыгает на колосящиеся поля. Сегодня моя поездка была, пожалуй, необычной. Я держал курс в абсолютно незнакомом мне городе. Хотя, нет, я не прав. Город-посёлок. А сейчас я должен был проехать его, чтобы оказаться на полигоне испытаний. Я был рад, что успел распрощаться с мегаполисом, в котором я провёл 15 лет. Долгие 15 лет, которые я провёл будто во сне. Дни летели настолько быстро, короткие встречи с друзьями, а также мои вылазки на природу, казались мне безумными приключениями, только они давали мне свободу. Учёба в институте казалась мне пыткой, где я был зверем, попавшим в капкан. Да и, по правде говоря, в свои тридцать я неплохо оброс, чем действительно, напоминаю медведя в период линьки. Я не женат, да и детей я не слабо пугаю, особенно в последнее время. Размышляя об этом, я выехал за город. Спустя пятнадцать минут я вышел из автобуса и был немало удивлён. Я стоял посреди поля, которое перерезала дорога.

Я, было, дёрнулся обратно к автобусу, но он закрыл дверь и двинулся с места. Моя обувь погрузилась в грязное месиво сельской дороги, тут же мой рюкзак зацепил немного грязи. Но мне было всё равно, я крутился на месте, пытаясь увидеть поблизости поселение или хоть какое-нибудь здание, но не рассмотрел ничего. Дождь уже успел закончиться, однако осадков выпало нехило и, если бы я пересёк поле, это было бы равносильно тому, что я прошёл бы реку вброд. Я чертыхнулся. Компания мне обещала сопровождение до места. Я достал мобильный и увидел на дисплее зачёркнутый кружок и понял, что связи мне ждать не стоит. Рации у меня не было, да и с кем я мог бы связаться? Пятнадцать минут автобус шёл очень быстро, не делая ни одной остановки, я предположил, что до города мне далеко, да и не запомнил я, как именно я ехал. Но если автобус уехал в определённую сторону, то я, логично предположить, должен двигаться в противоположную. Я и пошёл. Спустя 5 минут я завяз в грязи. Ума не приложу, как здесь мог проехать автобус. Я взбесился, лямки рюкзака врезались мне в плечи, я стоял по колено в грязи и рыл её как крот. Спустя ещё минут 10 я огляделся. Ситуация не изменилась. Ни одного человека, та же самая обстановка. Поле, я и наметка дороги. Я нехило вспотел. И я решил свернуть с дороги и пойти полем. Всё же вода имеет меньшую плотность, чем грязь, может быть, так мне удастся пройти большее расстояние. Чёртов водила, наверняка обманул меня, заработал свои деньги и был таков. Я ругался вслух так, что мне бы позавидовал любой зек. Я шёл всё дальше и через некоторое время совсем потерял дорогу из виду. Теперь я отчаялся. Ни одного деревца, ни солнца, ни компаса. Вдруг я почувствовал руку на своём плече. Я резко развернулся. Передо мной стоял мужчина лет тридцати в абсолютно чистой серебристой униформе. Как он здесь оказался, если вокруг не было ни души? Он улыбнулся, за что мне хотелось его ударить и обнять одновременно.

-Вы Пётр Викторович?- он протянул мне руку. – Мы вас давно ждём.

-Я,- я подал руку для рукопожатия.

-Я Георгий Петрович. Будьте любезны, покажите карточку «Силикат».

Я похлопал себя по карманам. Потом вспомнил, что карточка у меня в рюкзаке. Плюхнув его в грязь, порылся в нём, Григорий терпеливо ждал, а я в душе негодовал, потому что не увидел по близости машины, на которой мой знакомый мог бы довезти меня до места. Наконец, я нашёл эту чёртову карточку и торжественно вручил Григорию. Он покрутил её в руках, провёл указательным пальцем по моей фотографии, признал, что это действительно я и вернул карточку обратно. Затем возникло нелепое молчание, Григорий напомнил мне человека, который надолго залипает в одну точку. Он стоял, смотрел вдаль, а я стоял и смотрел на него. Затем он будто проснулся и произнёс:

-Вы ведь знаете как строятся осиные гнёзда в лесу?

Что? Чёрт возьми, что? Куда я приехал? Он чокнутый? А вслух произнёс:

-Конечно, знаю.

-Так вот, вы как раз на нём стоите. Отойдите.

Я отпрыгнул. Я почему-то не сразу сообразил, что я в поле, а он спросил про лес, да и вообще слякоть… Но на том месте, где я только что стоял, начала бугриться земля, будто гигантская землеройка вскапывает себе лаз на свет. Я увидел огромную дыру, внизу которой будто магматическая порода, горели огни.

-Вы уже на месте,- произнёс Григорий. – По-простому мы называем тоннель – норой. Вы привыкнете, если чуть-чуть поработаете у нас. Не беспокойтесь, проходите.

И мы с Григорием зашли в «нору».

***

Я очень устал из-за этой поездки, я был вымотан, однако, как только попал в свою комнату, бросил вещи и сам свалился на кровать, я долго не мог уснуть. Внутри не было и намёка на своды, как у пещер. Столоктиты или стологниты.

Хотя Григорий сказал, что глубже формируются именно пещеры, в полостях между пластами земли, где раньше были грунтовые воды. Я был очень удивлён, что эту воду используют гидроэлектростанции внутри пещер.