Green Eyed

Джудит: Изнанка жизни примерного ученика

Небо в мире, где не было солнца, всегда оставалось одного и того же цвета. Темное и насыщенное индиго. Как будто света не существовало изначально, всё небо под ним было совершенно непроницаемым.

Джудит стояла на растрескавшемся асфальте. Сквозь трещины густо прорастала пепельная трава. Сам способ существования всего живого в этом мире был неправильным.

Она крепко сжала пенал, висевший на талии. Текстура мягкой ткани. Внутри послышался приятный стук сталкивающихся друг с другом ручек. Этот пенал был не просто школьной принадлежностью. Он был единственным оружием, которое она использовала, ставя на кон свою жизнь. И цена выживания с этим оружием была высока.

92 балла. Оценка по математике за обычный пробный тест в хагвоне была выведена красной ручкой. Это был блестящий результат, которого он не достигал с самого поступления в старшую школу. Красное число казалось настоящим чудом в жизни Хёнджу, который долгое время никак не мог вырваться за пределы средних и верхних позиций в рейтинге. Чем дольше выживаешь, черпая ману из этого мира, тем яснее становится реальность.

Джудит шагнула в переулок, ступая по пожухлой траве. Внешние стены зданий были разрушены, от них остались лишь остовы. В каждом окне зияли черные дыры. Ночной ветер тихо задувал в щели. Воздух на кончике носа был холодным и влажным. Джудит сделала глубокий вдох. Холодный воздух проник в легкие и резко ударил по ребрам. Это ощущение повторялось каждый раз, когда она ступала в этот мир.

Руины, копирующие ландшафт реальности. На месте жилого комплекса остались только пепельные обломки. Там, где должна была находиться торговая улица, возвышался сгоревший каркас здания.

— Сегодня ночью новой цитадели Альянса ничто не угрожает.

Джудит пересекла переулок. Три дня назад Руин взял штурмом крепость Альянса. Двое членов Альянса потеряли ману. И их воспоминания исчезли вместе с ней. Теперь они не знают о существовании этого мира. Как люди, которые с самого начала не ведали об этом мире, они снова стали обычными прохожими. Джудит вспомнила лица своих перепуганных товарищей. Там, где исчез Руин, повисла гнетущая тишина.

Джудит остановилась. Воздух изменился. Температура не упала, но что-то невидимое начало сгущать атмосферу в этом переулке. Сердце тревожно забилось. В конце переулка темнота была самой густой, и она почувствовала чьё-то присутствие.

Оно не двигалось. Она затаила дыхание. Существо стояло так, словно с самого начала было частью тьмы. Джудит достала шариковую ручку из пенала. Белая мана собралась на кончиках её пальцев. Тонкая и тихая, ненавязчиво утонченная.

— Не смей двигаться. Пока нет.

Существо подняло взгляд. Лица не было видно. Темнота была слишком густой. Но глаза выделялись. Два зеленых огонька ярко сияли под темным небом.

Мана Джудит застыла на кончиках её пальцев. Она тоже была зеленой. Глаза существа, того же цвета, что и её собственная мана, смотрели на Джудит из темноты.

Оно двинулось. Медленно и подавляюще. Один шаг, два шага. Не было слышно ни звука. Шагая по руинам этого мира, существо не издавало ни единого звука. По спине Джудит пробежал холодок.

В следующий момент... Из темноты вылетели черные закладки. Джудит резко изогнулась всем телом. Прохладный ветер мазнул по ушам. Уклонилась.

Но за ней последовала вторая. Затем третья. Скорость уклонения уступала скорости их полета. Одна из закладок задела лодыжку Джудит. Этого оказалось достаточно.

Мана хлынула потоком. От лодыжек к пояснице, от талии к ребрам. Чужая, холодная мана стремглав понеслась по кровеносным сосудам. Джудит стиснула зубы. Ей нельзя было падать. Не ради этого она набрала эти 92 балла. Возврат. Прямо сейчас.

Она ударила по ядру маны в своем сердце. Один раз. Дважды. Возникло ощущение, что пространство искривляется. Темнота перед её глазами начала рассеиваться. Три раза.

Зеленые глаза сместили взгляд. Кто-то потянулся к ней, но тело Джудит уже начало исчезать. Последнее, что она услышала, был не голос. Это было тихое дыхание. До боли знакомое, будто она уже слышала его раньше.

Потолок над кроватью. Хёнджу открыл глаза. Стук сердца отдавался в ушах. В его руке была зажата шариковая ручка. Он заснул в позе, готовой в любой момент нанести удар. Следы от ручки на его ладони горели красным.

За окном только начало светать. Для пения птиц было еще слишком рано. Лишь свет уличных фонарей просачивался сквозь щели в занавесках. Хёнджу посмотрел на потолок и тяжело выдохнул.

Тело казалось свинцовым. Пока сознание находится в том мире, физическое тело в реальности спит, но использование маны каждый раз отзывается ужасной усталостью. Это было не состояние между сном и явью, а ощущение тяжелейшего похмелья.

Лодыжка пульсировала от боли. Хёнджу откинул одеяло и осмотрел ногу. Никаких видимых следов не осталось. Но кости ломило так, будто они промерзли насквозь.

— Эти глаза...

Они были зелеными. Хёнджу прикрыл лицо руками. Свет уличного фонаря все еще пробивался сквозь веки. Он не видел лица. Не знал имени. Но давление, исходившее от этого существа, было пугающе острым.

О его присутствии было известно с самого начала. Дыхание, услышанное в конце, лишь подтвердило это. Хёнджу взял телефон, лежавший у кровати. На экране высветилось: 2:00 ночи. В том мире прошло 20 минут, но в реальности минуло всего десять. Время в двух мирах текло по-разному.

Хёнджу поднялся с кровати еще до того, как прозвенел будильник. Ему нужно было учиться.

Ближе к вечеру в классе хагвона воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом шариковых ручек. Хёнджу, который досрочно закончил самостоятельную работу всего с парой ошибок, взял свою сумку и вышел в коридор.

Ученики толпились перед доской объявлений. Там висели результаты регулярного пробного тестирования хагвона. Итоги напряженного соревнования сотен местных школьников теперь были у всех на виду. Хёнджу был невероятно доволен своим местом в рейтинге. На его губах скользнула едва заметная улыбка, о которой никто не знал.