Грех

Глава 1.

— Ты совсем охренел?..

Голос прозвучал тихо.

Слишком тихо для женщины, которая только что увидела собственного мужа в постели со своей младшей сестрой.

Наверное, именно поэтому Максим не сразу понял, что я стою в дверях спальни.

Он продолжал целовать Леру.

Мою сестру.

Господи.

Я ведь ещё утром отправляла ей мемы в телеграме.

Мир качнулся.

Не красиво и драматично, как в кино.

Нет.

Будто мне резко дали под дых, а потом ещё и голову окунули в ледяную воду.

Я сжимала пакет с продуктами так сильно, что ручки впились в ладонь.

Чизкейк.

Я купила ему его любимый чизкейк.

Смешно.

До боли смешно.

Максим наконец повернул голову.

И первое, что я увидела в его глазах — не вину.

Раздражение.

— Ева…

Он резко отстранился от Леры.

Та медленно натянула одеяло до груди.

Я смотрела на них и не могла заставить себя моргнуть.

Потому что тогда это станет реальностью.

А пока я будто всё ещё могла проснуться.

— Ты должна была прийти позже, — выдохнул Максим.

Я уставилась на него.

Потом нервно рассмеялась.

— Серьёзно?..

Он провёл рукой по лицу:

— Не начинай истерику.

И вот тут внутри меня что-то лопнуло.

— Истерику?

Я шагнула в комнату.

— Ты трахаешь мою сестру в нашей кровати, а я не должна устраивать истерику?!

Лера поморщилась:

— Не ори.

Я резко повернулась к ней.

— Ты вообще рот закрой.

Она вздёрнула подбородок.

Красивая.

Уверенная.

Как всегда.

Лера с детства умела выглядеть так, будто весь мир обязан её любить.

А я была «удобной».

Правильной.

Той самой старшей сестрой, которая всегда уступит.

Только, видимо, до сегодняшнего дня.

Максим встал с кровати, натягивая джинсы.

— Давай спокойно поговорим.

— О чём? О том, как давно вы спите вместе?

Тишина.

И почему-то именно эта тишина ударила сильнее всего.

Потому что честный ответ мне уже не понравится.

— Полгода, — спокойно сказала Лера.

У меня внутри всё оборвалось.

Полгода.

Полгода она приходила ко мне домой.

Пила мой кофе.

Обнимала меня.

Называла «сестрёнкой».

Полгода.

Меня затошнило.

Я швырнула пакет на пол.

Апельсины раскатились по комнате.

Чизкейк перевернулся прямо на светлый ковёр.

Отлично.

Просто идеально.

— Ева, прекрати драму, — устало сказал Максим.

Драма.

Конечно.

Это ведь я здесь проблема.

Я медленно посмотрела на него.

На мужчину, которого любила шесть лет.

С которым снимала эту квартиру.

С которым мечтала о ребёнке.

С которым проходила через долги, безденежье и его бесконечные «у меня скоро всё получится».

А сейчас он стоял передо мной почти голый после секса с моей сестрой и раздражался, что я мешаю.

— Ты любишь её? — тихо спросила я.

Максим отвёл взгляд.

Не сразу.

Всего на секунду.

Но этого хватило.

— Всё сложно.

Я закрыла глаза.

Боже.

Ну конечно.

«Всё сложно».

Мужчины, которые изменяют, видимо, получают эту фразу вместе с паспортом.

— Да пошёл ты, — прошептала я.

— Ева

— Нет, серьёзно. Просто заткнись.

Лера внезапно встала с кровати.

На ней была моя футболка.

Моя.

Любимая.

Старая, растянутая, домашняя.

И именно это почему-то добило меня окончательно.

— Ты сама виновата, — сказала она.

Я медленно повернулась.

— Что?..

Она сложила руки на груди.

— Ты не замечала его. Ты жила своей работой, своими переводами, своими вечными проблемами.

Я уставилась на неё.

— Поэтому ты решила помочь? Как заботливая сестра?

Лера скривила губы:

— Ему рядом с тобой было скучно.

О….. Вот оно.

Я почувствовала, как внутри поднимается что-то горячее.

Ярость.

Чистая.

Ослепляющая.

— А тебе, значит, весело спать с мужем сестры?

— Не строй святую. Мужчин не уводят, если они сами не хотят уйти.

Максим резко сказал:

— Лера, хватит.

Но поздно.

Слишком поздно.

Я подошла ближе.

Так близко, что чувствовала её сладкие духи.

Мои любимые, между прочим.

Я сама их ей подарила на день рождения.

Как символично.

— Знаешь, что самое мерзкое? — тихо сказала я. — Даже не ты. А то, что я вас обоих любила.

Лера отвела взгляд первой.

Максим тяжело выдохнул:

— Ева, мы не хотели, чтобы всё вышло так.

— А как хотели? Торжественно объявить за семейным ужином?

Я вдруг почувствовала страшную усталость.

Будто за эти несколько минут прожила лет десять.

Ни кричать.

Ни плакать уже не хотелось.

Только уйти.

Я схватила сумку с кресла.

Максим шагнул ко мне:

— Ты куда?

— Подальше от вас.

— Давай нормально всё обсудим.

Я коротко усмехнулась:

— Нормально вы уже всё обсудили без меня.

Он попытался взять меня за руку.

Я дёрнулась так резко, будто меня обожгло.

— Не трогай.

На секунду в его глазах мелькнуло раздражение.

И именно в этот момент я окончательно поняла:

он не жалеет.

Ни капли.

Ему просто неудобно.

Я вышла из квартиры.

Быстро.

Пока не разревелась прямо там.

Лифт ехал бесконечно долго.

Слёзы уже душили горло.

Только бы не сейчас.

Только не здесь.

Двери открылись.

Я вылетела на улицу.

Дождь ударил в лицо мгновенно.

Холодный.

Мелкий.

Противный.

Апрель в Москве был таким же мерзким, как моя жизнь.

Я шла вперёд, почти ничего не видя.

Телефон разрывался в сумке.

Максим.

Потом снова Максим.

Потом Лера.

Да вы издеваетесь.

Я вытащила телефон и выключила звук.

Руки дрожали.

В груди болело так сильно, что становилось трудно дышать.