Грехи и Прощения

Глава 12

В комнате было тихо но она была наполнена густой, почти осязаемой тишиной. Воздух стоял тяжёлый, как перед грозой, и Ариана чувствовала, как напряжение пробегает по коже мурашками.

Только их дыхание и напряжённая тишинамежду ними.

Ариана стояла, скрестив руки на груди, словно ставила между ними преграду. Как будто это могло её защитить.

— Ты опоздал, — её голос был твёрдым, но дыхание чуть сбилось.

Киллиан видел это.

Он сжал челюсть, разрываясь между желанием не давить на неё и схватить, удержать, не отпускать.

— Ты двигаешься дальше? — его голос был хрипловатым, тихим. Он сделал шаг ближе.

Она не отступила.

— Да.

Ложь.

Киллиан склонил голову, пристально изучая её лицо

Он знал, что делает с ней. Видел, как она дышит чаще, как напрягаются её плечи, как взгляд мечется, не зная, где остановиться — на его глазах или на губах.

Ему хотелось коснуться её. До боли.

Он был слишком близко, но всё ещё не настолько, как хотелось.

Ариана — его слабость и его наказание. И сейчас она смотрела на него так, будто он был чем-то запретным. Тем, чего нельзя хотеть

— Ты врёшь.

Ариана резко выдохнула, но не отступила. Она чувствовала, как жар от его тела пробирается под кожу.

Она не видела его столько лет, а теперь он снова здесь — в её комнате, в её мире, в темноте, которая скрывала, но не могла заглушить ни дыхание, ни взгляд.

— Ты не имеешь права вот так просто возвращаться, Киллиан. Ты... ты сломал всё.

Он шагнул ещё ближе.

Ариана затаила дыхание.

Слишком близко.

— А ты не даёшь мне всё исправить, — его голос стал ниже, глубже.

Она сглотнула, но продолжала стоять на своём

— Уже поздно.

Киллиан смотрел на неё, изучал каждую черту лица, замечая, как дрожит её нижняя губа,как грудь едва заметно поднимается быстрее выдавая сбитое дыхание.

Она его хочет.

— Ты правда хочешь, чтобы я ушёл? — он наклонился ближе,его тёплое дыхание коснулось её шеи.

Ариана закрыла глаза, её тело выдало её прежде, чем она успела взять себя в руки — по коже пробежали мурашки.

Киллиан заметил

Он почувствовал её борьбу.

Он знал, что не должен искушать её.

Но, чёрт возьми, он сам едва справлялся с собой.

Ему стало чёртовски трудно сдерживаться

Он прижался ближе, но не касался.

Почти...

Ариана замерла

Киллиан опустил голову ниже, чтобы сказать тихо, самым низким и опасным голосом

— Тогда скажи это. Скажи мне, чтобы я ушёл.

Она открыла рот... но слов не было.

Она не могла.

Она не хотела.

Её пальцы сжались в кулаки, сердце яростно колотилось в груди.

Киллиан знал ответ.

Он почти коснулся губами её виска не удержавшись.

— Я скучал, — признался он хрипло. — А ты?

Ариана не ответила. Но её дыхание сорвалось.

Внутри всё сжалось, сердце ударилось в рёбра так сильно, что казалось, он мог услышать. Она должна была сказать это. Должна была выдавить из себя эти слова, прогнать его, закрыть дверь... Но язык словно прирос к нёбу, а горло стянуло так, что стало трудно дышать.

Она не могла.

Не хотела.

Он был слишком близко, его тёплое дыхание скользнуло по виску, и от этого простого, едва ощутимого движения по телу пробежала дрожь. Внутри поднялась волна — пугающая, сильная, та, которую она не могла контролировать.

Киллиан почувствовал, что больше не хочет играть в осторожность.

Она чувствует его тёплое дыхание у виска, ощущает, как жар от его тела окутывает её

Её руки всё ещё скрещены, но пальцы уже не так крепко сжимают локти — напряжение сменяется чем-то другим.

Чем-то запретным.

Киллиан движется ближе, не касаясь, но её тело тянется к нему само.

Воспоминания прорываются сквозь стены, которые она выстраивала так долго.

Его прикосновения.

Как он гладил её спину, когда она засыпала у него на груди.

Как его горячие пальцы скользили по её коже, оставляя след, который не исчезнет никогда.

Она сжимает губы ,пытаясь подавить дрожь, но... он чувствует это.

Он знает, что она проигрывает эту битву.

Он слышит её сбивчивый вдох словно безмолвная мольба и этого достаточно, чтобы его самоконтроль дал трещину

***

Ариана чувствовала, как рушатся её запреты.

Как будто все годы, что она строила стены между собой и этим мужчиной, вдруг потеряли смысл.

Его пальцы скользнули по её запястью — медленно, осторожно, но от этого касания её сердце стукнуло сильнее.

Она должна оттолкнуть его.

Должна остановить.

Но вместо этого... она подалась ближе.

Глаза Киллиана вспыхнули.

Он не торопился

Просто стоял перед ней, позволяя ей самой сделать этот выбор. Дать понять что она сама этого хочет ,что она противоречит себе

Ариана дрожащими пальцами коснулась его груди— будто проверяя, настоящий ли он.

В комнате было тихо, но от Киллиана веяло чем-то тёмным, тяжёлым, давящим. Он не спешил, но его взгляд был непоколебимым, как у хищника, загоняющего добычу в угол.

Когда он наклонился, она затаила дыхание. Это был не первый их поцелуй, но сейчас он казался другим — насыщенным прожитыми моментами, болью, страстью и тем, что между ними невозможно было разорвать.

Киллиан не выдержал.

Его рука нашла её щёку, большие пальцы осторожно скользнули к виску, зарываясь в пряди. Нежно. Ласково. Почти благоговейно.

Он не просто целует её — он забирает её, оставляя на губах вкус себя, тёмный и пряный, как ром с шоколадом. Ариана тянется ближе, чувствуя, как холодный металл его кольца царапает её кожу, и ей становится всё равно, где они, когда это закончится и закончится ли вообще.