Грехи моего мужа

Глава 7

— Может, сходим к семейному психологу? — первое, что произносит Назар, за то время, что мы вместе находимся в его машине.

Фыркаю. Смотрю в окно авто, наблюдая, как мелькают за стеклом дома и деревья.

— Мне не психолог нужен, — отвечаю холодно. — Мне нужно, чтобы ты перестал меня беспокоить. Я и сама могла прекрасно добраться до ресторана.

— Рая, мы едем на день рождения моей матери. Вместе. Как семья.

— Как лжецы, ты хотел сказать, — поправляю прическу, поворачивая голову к нему.

Назар сжимает руль крепче. Челюсть напряжена. Он одет в строгий темно-синий костюм, белую рубашку. Выглядит безупречно, как всегда. А я в изумрудном платье, которое купила специально для этого вечера еще месяц назад. Тогда, когда еще не знала, что мой муж — предатель.

— Моя мать ничего не знает, — говорит он тихо. — И я прошу тебя не говорить ей сегодня.

Честно говоря, то, что Оксана Рудольфовна на протяжении этих лет не знала о существовании внучки меня немного успокаивает. Не хотелось бы быть единственной, кто был не в курсе происходящего. Обманутой всеми, кто был мне так дорог.

— Конечно, — усмехаюсь. — Продолжим играть в счастливую пару.

— Рая...

— Что «Рая»? — поворачиваюсь к нему резко. — Ты правда думаешь, что я хочу устраивать сцену на дне рождения твоей матери? Я не настолько бесчувственная, Айдаров. В отличие от некоторых.

Назар молчит. Мы подъезжаем к светофору, машина останавливается. Он заехал за мной десять минут назад, заранее предупредив, что поедем вместе. Интересно, с кем свою дочь оставил? Раздражает, что в доме, который я на протяжении десяти лет обустраивала для нашей семьи, находится посторонний человек. Что я теперь не могу там жить. Не могу даже приехать. Мне пришлось Назара просить отправить курьером мое платье.

— Я еду с тобой только потому, что люблю твою маму, а не потому, что смягчилась к тебе, — продолжаю, глядя прямо перед собой. — Она всегда была ко мне добра. Заботилась, поддерживала. Не ее вина, что ее сын оказался подонком.

— Хватит, — голос звучит жестче. — Я понял. Я лжец, предатель, негодяй. Слышу это уже в десятый раз.

Его злят мои слова, злит то, что я не смирилась быстро с его словами, не приняла ситуацию, не отнеслась к его дочери с теплотой.

— Десятый раз? Бедняжка. А я буду жить с этим всю оставшуюся жизнь.

Светофор переключается на зеленый. Назар трогается с места.

— Я предложил психолога не просто так, — говорит он через некоторое время. — Нам нужна помощь, Рая. Мы не справляемся сами.

— Нет, — качаю головой. — Не справляешься ты. Я прекрасно справляюсь. Я уже смирилась с тем, что наш брак кончен.

Чувствую, как Назар резко поворачивает голову в мою сторону. Мне больно произносить эти слова, но разве есть другие варианты? Как бы я его не любила, но простить такое не могу. Понятия не имею как буду жить без него. Эта ночь была ужасной. Я привыкла к тому, что он рядом со мной в постели. Привыкла слышать его дыхание, привыкла, что его крепкие руки прижимают меня к его горячему телу.

— Не говори так, — голос звучит хрипло.

— Почему? Это же правда, — пожимаю плечами. — Ты изменил мне. Завел ребенка с другой женщиной. Скрывал. О каком браке может идти речь?

— О том, который мы строили десять лет! — повышает он голос. — О том, в который мы вложили столько сил, времени, любви!

— Любви? — поворачиваюсь к нему. — Какой любви, Назар? Твоей лживой любви?

Он сжимает руль так сильно, что костяшки пальцев белеют.

— Я люблю тебя, — произносит сквозь зубы. — Всегда любил. Одну тебя. Даже когда все вокруг твердили, что ты соврала о беременности для того, чтобы меня на себе женить — я в это не верил. Злился, что раньше не сказала, да, наговорил лишнего в нашу первую брачную ночь — тоже каюсь, но после ни разу не упрекнул тебя и не вспомнил об этом. Так почему ты не можешь простить мне одну чертову ошибку?

— Кто такое говорил? — переспрашиваю, внутри все холодеет. Настроение портится окончательно. Вот, значит, какого мнения обо мне были его друзья.

Назар молчит. Смотрит на дорогу. Я вижу, как он жалеет о сказанном.

— Назар, кто говорил, что я соврала о беременности ради брака? — повторяю жестче.

Он вздыхает.

— Неважно. Это было давно.

— Для меня важно, — настаиваю. — Кто?

Пауза. Долгая. Тяжелая.

— Стас, Лика, Олег. Все, — признается он наконец. — Они все выспрашивали, когда ты должна родить, пришлось рассказать, что случилась ошибка. Они решили, что ты специально соврала, чтобы заполучить меня..

— Ну конечно. Я же охотница за богатыми мужьями. Забыла совсем.

— Рая, я же сказал, что не верил в это...

— Но они говорили, — перебиваю. — Твои друзья. Те самые, которые каждый раз при встрече улыбались мне, делали комплименты. А за спиной считали меня лгуньей.

— Это было давно… — тяжело вздыхает он. — Ты хорошо выглядишь сегодня. Этот цвет тебе идет, — он резко меняет тему, я в ответ молчу. Снова отворачиваюсь к окну. Он тоже хорошо выглядит, но вслух я этого, конечно же, не произношу.