Грехи моего мужа

Глава 11

Глава 11

Соревнования оказываются спасением. Настоящим спасением от мыслей, которые не дают покоя ни днем, ни ночью. От всего этого кошмара, в который превратилась моя жизнь за последнюю неделю.

Я полностью погружаюсь в работу. Поправляю прически, подбадриваю перед выходом на сцену, обнимаю после. Делаю все, что должен делать хороший тренер.

Дети танцуют великолепно. Я смотрю на них со стороны и чувствую гордость. Такую сильную, что на мгновение вытесняет всю боль. Мои ученики. Мои дети, можно сказать. Я вложила в них столько сил, времени, любви. И вот они здесь, на этой сцене, показывают все, чему я их учила.

Мы проходим в финал, который пройдет через неделю. Обратная дорога проходит в приятной усталости и обсуждении выступлений. Дети болтают на заднем сиденье, делятся впечатлениями. Я слушаю вполуха, улыбаюсь в нужных местах, отвечаю на вопросы. Но мысли уже где-то далеко. Возвращаются туда, откуда я так старательно их гнала весь день.

Высаживаю детей у студии и прощаюсь с родителями. Обещаю прислать фотографии с конкурса. Улыбаюсь, машу рукой. А потом еду домой. В эту квартиру, которая должна была быть временным убежищем, а стала чем-то вроде тюрьмы.

Паркуюсь. Поднимаюсь в лифте. Открываю дверь и щелкаю выключателем.

Назар еще ни разу не пытался со мной связаться. Он либо держит дистанцию, либо так зол на меня, что решил пока не беспокоить, чтобы не усугубить ситуацию. А, возможно, он занят новыми обязанностями отца.

Чайник закипает. Наливаю воду в чашку. Кофе растворяется, окрашивая воду в темно-коричневый цвет. Я подхожу к панорамному окну и смотрю на город за стеклом. Еще не стемнело окончательно. Вид из окон и в самом деле красивый.

Делаю глоток кофе и скольжу взглядом по двору. Замираю. Сердце пропускает удар и начинает биться с удвоенной силой. Внизу, на парковке перед домом, стоит машина. Черный Бентли. Знакомый до боли. Его машину невозможно перепутать с другими. Слишком броская.

Смотрю вниз не отрываясь. Из-за темных тонированных стек не видно, есть ли кто-то внутри.

Почему он не поднимается? Почему просто сидит там?

Стою у окна. Смотрю вниз. Жду. Не знаю чего именно. Может, того, что он выйдет из машины. Подойдет к двери, позвонит в домофон. От этой мысли страшно становится.

Но машина стоит на месте и из нее никто не выходит. На целых пятнадцать минут я прилипаю к окну. Что он делает? О чем думает? Знает ли он, что я дома?

Наконец, Бентли резко трогается с места, выезжает с парковки. Поворачивает за угол и исчезает. Я остаюсь стоять у окна. Смотрю на пустое место, где только что стояла машина Назара.

Он был здесь. Совсем рядом. В нескольких метрах от меня. Но не поднялся. Не постучал в дверь. Не попытался поговорить.

Почему? Потому что все кончено?

Это какое-то наказание. Моя личная карма, расплата. За то, что обманула его в самом начале. Соврала о беременности, хоть и не специально. Может, за то, что не смогла родить ему ребенка. Дать то, чего он так хотел.

Или может, это просто жизнь. Жестокая. Несправедливая. Которая дает тебе все, а потом отбирает в один момент.

В этот момент я остро понимаю, что несмотря на всю боль, на всю злость, на все слезы я безумно скучаю по нему. Скучаю так сильно, что иногда не могу дышать.

На следующий день он снова приезжает. А потом снова и снова. Но ни разу не выходит из машины. Я же жду его, прилипнув к окну и злюсь на себя за это. Гадаю как он там. Кто присматривает за Лидой? Он ведь на работе. Его родители? Как они приняли эту девочку? Рады ли они? Глупый вопрос, конечно рады. Они столько лет мечтали об этом.

Молчание между нами нарушается через две недели. Когда мне звонят из школы и называют меня мамой Лиды.