Грейс-2. Остановить пандемию.

Глава 22. Начало конца.

Фэнг нажал на паузу и видео, которое транслировал один из местных новостных телеканалов, послушно замерло на экране его монитора. Журналисты довольно профессионально и лаконично, без лишних, наигранных эмоций, которыми зачастую грешат представители западных СМИ, сообщали о том, что в городе произошла вспышка какой-то загадочной болезни. В больницах за очень короткое время оказалось уже несколько сотен человек, более двух десятков умерло. Причем, некоторые из погибших падали замертво прямо на улице, на глазах у изумленных прохожих. Другие скончались уже в больнице.

Врачи, в ответ на просьбу журналистов прокомментировать, что же это такое, лишь растерянно разводили руками. С таким они в своей профессиональной карьере сталкивались в первый раз. Новое заболевание мало походило на все то, с чем человечеству приходилось иметь дело ранее. По всему выходило, что это какой-то совершенно новый вирус. Хотя симптомы, вроде бы, отчасти были похожи на те, что бывают при гриппе.

Но именно, что лишь отчасти – у еще пару часов назад абсолютно здорового человека, по крайне мере чувствовавшего себя таковым, внезапно поднималась температура до тридцати девяти, сорока градусов, начиналась резкая боль и першение в горле, возникала сильнейшая одышка и кашель.  Современные противовирусные препараты действовали на него очень слабо или не действовали вообще.

И самое главное, смертность – доктора не особенно хотели говорить об этом на камеру, но даже по самым скромным подсчетам она получалась как минимум на порядок выше той, что бывает от обычного гриппа. А это уже ненамного меньше, чем у знаменитой «испанки» возникшей, словно из ниоткуда в 1918-м и к огромному счастью для человечества ушедшей в никуда уже в 1919-м. Но при этом успевшей убить намного больше людей, чем только что закончившаяся первая мировая война. Даже страшно представить, что было бы, задержись эта самая «испанка» хотя бы еще на несколько лет… Жизни скольких еще мужчин и женщин она успела бы унести – десятки миллионов? Сотни?

Что ж, очень скоро такая возможность у все еще пребывающего в блаженном неведении человечества представится на практике – на самом деле, смертность от этой чумы 21-го века, судя по тем закрытым данным, которыми располагал Фэнг, достигала десяти процентов! Ну, это если человека не лечить. Если лечить, то меньше, но все равно получалось пять, семь процентов. Такими темпами за один лишь только год во всем мире умрет несколько десятков миллионов человек. И это только в самом оптимистичном сценарии! В более пессимистичных число погибших перевалит за сто миллионов. И это только за год!

На самом деле, все даже намного хуже – ведь если только станет известно, что этот «вирус» на самом деле имеет искусственное происхождение… Фэнг буквально похолодел от ужаса. В этом случае реакция мирового сообщества может быть, точнее не может быть, а наверняка будет крайне жесткой – его страна моментально станет изгоем похлеще Северной Кореи. Против нее введут жесточайшие санкции, они окажутся в полной международной изоляции. А то и вообще – все остальное человечество просто объявит им, его нации войну. Ведь для всех остальных это будет выглядеть так, как будто его родина то ли специально, то ли случайно выпустила из своей лаборатории биологическое оружие!

Фэнг застонал вслух.

Нет, надо срочно докладывать наверх, пока еще не слишком поздно! Точнее, на самом деле уже поздно конечно – но сейчас, по крайней мере, еще хоть что-то можно сделать, минимизировать ущерб, попытаться найти способ остановить пандемию – его отдел, его лаборатория в одиночку с этим точно не справится.

Да, для него это конечно конец – хоть его вины тут по большому счету и нет, за исключением того, что он сразу не доложил об утечке, наверняка большие чины не станут разбираться и все благополучно свалят на него. Так что, как минимум он заплатит за все своей карьерой. Как максимум – платить придется уже жизнью.

Но речь-то сейчас не о нем – речь о его народе, его стране. Делать нечего, надо звонить. Фэнг наконец-то отбросил сомнения, поднял трубку и набрал короткий номер, который он помнил наизусть.