Грешный король

32. РИЧАРД

Я нет-нет да поглядываю на массивные напольные часы из красного дерева, думая о том, что Эмми должна была спуститься вниз уже десять минут назад. Она опаздывает или… передумала?

Святые, все мои бесчисленные интрижки обернулись тем, что я стою и потею, как школьник, из-за девчонки, на которую бы несколько месяцев назад даже не посмотрел. Впервые в жизни мой статус не решает совершенно ничего.

— Ты весь искрутился, — обеспокоенно замечает Алекс. — И если хочешь начистоту, то я вообще тебя в последнее время не узнаю.

— Я сам себя не узнаю, — говорю я, а сам гипнотизирую широкую лестницу, покрытую красным бархатным ковром.

Алекс касается моего лба, проверяя, нет ли у меня горячки.

— Ты уверен, что цыпочка тебя не приворожила? Не пойми неправильно — она вполне себе ничего. Но или это, или моего лучшего друга захватили инопланетяне. Выбирать особо не приходится.

— Да пошел ты.

— Нет, серьезно, Рич, в последний раз ты так убивался по Ванессе, когда она пошла в университет, а ты только перешел в восьмой класс. И то, от прежней болезни не осталось и следа.

Алекс — человек, которому я доверяю больше всего на свете. Именно поэтому я не боюсь показаться ему излишне ранимым, когда спрашиваю:

— Ты правда так думаешь? Правда считаешь, что все пройдет со временем?

Алекс садится на на покрытую жаккардовой тканью тахту и сосредотачивается на грязном пятне на одной из туфель.

— Да хрен, — он едва не высовывает язык от усердия, — его знает. Я с трудом представляю, как в принципе одна женщина может привлечь к себе столько внимания. Есть же гольф, алкоголь и куча всего интересного. Разве не глупо ограничивать свой выбор одной представительницей? Без обид.

— Без обид, — киваю я.

Я тоже раньше такого не понимал, а потом в жизни что-то случилось, и все поменялось настолько, что старый образ жизни теперь кажется далеким воспоминанием.

Алекс хочет сказать что-то еще, но из его рта так и не вылетает ни звука — он остается открытым от удивления. Поняв направление его взгляда, я поворачиваю голову и тоже замираю.

Весь сегодняшний день, сидя на совещании, я представлял себе этот момент. В моей голове он был похож на клишированную сцену из романтического фильма… Эмилия спускается по лестнице, вся такая смущенная и воздушная, в каком-нибудь сногсшибательном платье с открытой спиной. Любуясь, я не могу оторвать от нее глаз и мечтаю о том, чтобы вечер поскорее закончился, чтобы мы наконец-то остались наедине и я сорвал с нее лишнюю ткань.

Но реальность совершенно другая.

Такого глубокого декольте я не видел даже на девушках в клубах. Сверху на Эмми черный корсет, снизу — черно-розовая юбка-пачка такой длины, что нижнее белье моей спутницы завтра будет красоваться на первых полосах всех газет. Завершают образ туфли на платформе и черные нарощенные ногти.

— Да она рехнулась, — бормочу я, пока вся эта красота спускается по ступенькам. 

Когда Эмилия наконец оказывается на одном со мной уровне, она мило улыбается и невинно хлопает ресницами.

— Ричард, Алекс! — Она кивает моему другу, но тот по-прежнему не может вымолвить ни слова. — Как тебе мой наряд? Довольно празднично, не находишь?

С трудом контролируя приступ гнева, я приближаюсь к девушке вплотную и хватаю ее за запястье.

— Эмилия, что ты творишь? Это у тебя шуточки такие? Немедленно поднимись наверх и переоденься.

Но та лишь продолжает по-пустому дуть губки.

— Эмилия? Думала, тебе больше нравится называть меня утенком. И вообще, отпусти, мне больно.

Я понимаю, что действительно сжимаю руку сильнее, чем следует, и тут же высвобождаю ее из своей хватки.

Какого черта здесь происходит? Как невинная серая мышь, которая считала, что годится только мыть тарелки да подавать еду, превратилась в эту властную женщину? И почему, почему в ее глазах столько боли и отчаяния?

— Что ты задумала? — цежу я сквозь зубы.

— Я — ничего. А вот твой план, сэр Ричард Матиас де Виллер, кажется, подбирается к своей кульминации.

— Какой план? Господи, Эмилия…

Но я не успеваю договорить, потому что Эмми разворачивается и направляется в сторону Алекса. Подождав, пока он встанет на ноги, девушка предлагает ему свою руку, и тот, поколебавшись, принимает ее.

— Алекс, не проводишь меня в зал, пожалуйста? Моему жениху, кажется, немного нездоровится — надо подышать свежим воздухом.

Внутри меня все кипит. Я хочу догнать ее, развернуть к себе и добиться ответов на мучившие меня вопросы. Хочу убежать с приема и наконец внести ясность в наши отношения. Потому что, несмотря на наличие договора, именно ясности нам и не хватает.

Одно понятно точно: этим вечером решится все.

В бальном зале уже вовсю кипит жизнь. Разносят шампанское и закуски, дамы и господины в дорогих нарядах чинно обсуждают погоду или бизнес. Отец со своим братом и Лилиан стоят у окна и, кажется, пока не заметили эпатажного наряда моей невесты. Я машинально заговариваю с графом Моулзом, а краем глаза слежу за Эмилией. С удовольствием отмечаю, что на публике ей светить своим нарядом не очень комфортно.