Громова посреди ясного неба

Глава 4. Василиса

Я сидела за столом, и мне казалось, что от монитора сейчас пойдет дым. Эти бумаги... Максим явно вытащил их из какого-то пыльного архива времен постройки пирамид. Мелкий шрифт, путаница в цифрах и таблицы, которые не сходились. Он явно хотел, чтобы я сдалась.

— Ну уж нет, неандерталец, не на ту напал, — прошептала я, яростно вбивая данные в Excel.

К одиннадцати часам утра я чувствовала себя как выжатый лимон, но три четверти списка были готовы. Внутри росло чувство триумфа. Я представляла его лицо, когда скину отчет за десять минут до дедлайна. Но была одна проблема: я так увлеклась, что забыла про его кофе.

«Принесите мне еще один кофе через час», — прозвучало в голове его бархатистым, раздражающим голосом.

Прошло уже два. Черт!

Я вскочила, бросилась к кофемашине в приемной. Руки дрожали от напряжения. Пока аппарат шипел и плевался пеной, я пыталась на ходу привести в порядок прическу. Одна прядь выбилась из пучка и никак не хотела укладываться.

Схватив чашку, я рванула к его кабинету. В голове крутилась только одна мысль: «Успеть, пока он не вылез из своей берлоги с очередной порцией сарказма».

Я толкнула дверь бедром, потому что руки были заняты горячим напитком и планшетом, который я зачем-то прихватила с собой.

— Ваш кофе, Максим Александро... — начала я и тут же замерла.

Максим стоял посреди кабинета. Без пиджака, в одной рубашке с закатанными по локоть рукавами. И он был не один. Рядом с ним стояла высокая, эффектная блондинка в таком узком красном платье, что я невольно задалась вопросом: а дышит ли она вообще? Она что-то шептала ему, положив ладонь на его галстук.

От неожиданности и — ладно, признаю — укола какой-то непонятной ревности, я споткнулась о край ковра.

Того самого ковра, который, видимо, был заговорен на мои падения.

— Ой! — только и успела выдохнуть я.

Чашка в моих руках совершила эффектное сальто. Я зажмурилась, ожидая обжигающего душа, но вместо этого почувствовала, как чьи-то сильные руки обхватили меня за талию, буквально вырывая из падения.

Открыв один глаз, я обнаружила, что уткнулась носом в ту самую белоснежную рубашку Максима. Запах кедра стал просто оглушительным. А вот кофе... кофе не повезло.

Он не попал на него. И на меня тоже. Чашка приземлилась аккурат на туфли «красной девицы».

— О боже! Мои «Маноло Бланик»! — взвизгнула блондинка, отскакивая назад. — Максим, это что, твоя новая сотрудница? Она же... она же невменяемая!

Максим не спешил меня отпускать. Его ладони, горячие даже через ткань моего костюма, продолжали крепко сжимать мою талию. Я подняла взгляд и увидела, что он смотрит не на испорченную обувь гостьи, а прямо на меня. И в его глазах, кроме привычной насмешки, горело что-то еще. Темное. Опасное.

— Громова, — низким голосом произнес он, и я почувствовала, как его грудная клетка вибрирует под моей щекой. — Вы решили истребить всех моих посетителей в первый же день?

— Я... я просто несла кофе, как вы просили, — пролепетала я, пытаясь отстраниться, но он удержал меня еще на секунду дольше, чем того требовали приличия.

— Алиса, дорогая, — Максим наконец повернул голову к блондинке, но руки с моих бедер убрал неохотно. — Иди в приемную, Лена даст тебе адрес ближайшего бутика. Купи себе новые туфли за счет фирмы. А нам с Василисой нужно... обсудить технику безопасности.

Когда дверь за разъяренной красоткой захлопнулась, в кабинете стало подозрительно тихо.

— Я вычту это из вашей зарплаты, — сказал он, делая шаг ко мне. — Хотя нет. Платья и туфли обходятся мне слишком дорого. Лучше я придумаю вам другое наказание.

Он наклонился к самому моему уху, так что я ощутила его дыхание.

— Вы закончили отчет, Громова? Или мне стоит проверить вашу «вменяемость» лично?

Я сглотнула. Работа, война, кофе... кажется, я влипла во что-то гораздо более серьезное, чем просто испытательный срок.