Гроза и Штиль

Глава 13

До ресторана они ехали молча.

Друзья Арсения ждали их уже за столиком. Мужчина поднялся, женщина улыбнулась и поздоровалась.

– Мои друзья – Вадим Потёмкин и его сестра Марина. А это, дорогие мои, моя невеста Екатерина Штилева, прошу любить и жаловать.

Палантин Катя скинула только после того, как Арсений уселся в своё кресло. На удивление быстро для себя Катя нашла общий язык с сестрой Вадима, и уже через короткое время они разговаривали как давние приятельницы.

– Катя, вы позволите вас пригласить?

– Конечно, Вадим, если ваш друг не станет возражать.

Друг не возражал, и Потёмкин вывел её из-за стола.

– Катенька, а скажите мне, пожалуйста, ваш жених видел вас со спины или ваш тыл для него – полная неожиданность?

– Судя по вашему вопросу, с сюрпризом я переборщила?

Потёмкин засмеялся и закружил её в танце.

– Будем надеяться, что к нашему возвращению Моревне удастся привести Арсения в чувство.

– Вадим, а я бы ещё потанцевала.

– Что, страшно возвращаться?

– Да, как-то, знаете ли, боязно.

– Не бойтесь, моя сестра вас точно в обиду не даст, вы ей понравились.

Сидящая за столиком Марина с трудом сдерживала смех.

– Катенька, вы не хотите попудрить носик? – предложила она.

– С превеликим удовольствием, Мариночка.

Женщины взялись под руки, переглянулись и не спеша отправились в дамскую комнату. Оказавшись в ней, Марина захохотала:

– Катя, зачем же ты с Грозовым жестоко-то так? Вчера начала, а сегодня уже решила добить окончательно?

– А ты откуда про вчера знаешь?

– Я у Менглет на показе была, так что видела реакцию Арсения на тебя. Бедный Грозов! От кого, от кого, но от него я подобной реакции не ожидала. Это надо же умудриться так мужика зацепить! Как тебе удалось? Молодец, достойного мужчину в мужья выбрала!

– Марина, не собираюсь я за него замуж, это он на мне жениться решил.

– Как это не собираешься?

– Не хочу я замуж.

– Подожди, а как же Арсений, он-то об этом знает?

– Я ему об этом сразу сказала, а он как будто не слышит, так что мы с ним как слепой с глухим разговариваем.

– Очень интересно, – протянула Марина и недоумённо покачала головой. – Катя, ты конечно, можешь меня не послушать, но не пори горячку, присмотрись к Арсению внимательно.

– Мариночка, дорогая, это не у меня горячка – это у него горячка: виданное ли дело, в первый день знакомства решить жениться, на второй – кольцо подарить. Я до сих пор думаю, что всё происходящее мне снится. Марина, – Катя на несколько секунд замолчала подбирая слова, – мне кажется, что Арсений – хороший человек, и я, честно говоря, в затруднительном положении. Давай встретимся, когда он уедет, если ты, конечно, не против. Я тебе сейчас визитку свою дам.

– И я тебе свою дам. Сейчас, подожди, где-то у меня была… – Марина полезла в сумочку и протянула Кате карточку.

К возвращению женщин настроение у Арсения улучшилось, он даже начал улыбаться.

– Девчонки, вы что, прежде чем попудриться, весь Невский в поисках пудры обошли? – поинтересовался Вадим.

– Да, там очередь была.

– Где? – удивился Потёмкин.

– Там, – Марина махнула рукой в неопределённом направлении.

Вадим покачал головой и переключил своё внимание на Катю:

– А мы вот, Катенька, думали, что наш друг никогда не женится.

– Так он ещё и не женится, он только собирается, а это, господин адвокат, разные вещи.

Катя улыбнулась и посмотрела на Арсения.

– А вот с этим я не соглашусь, – продолжал Вадим. – Если Грозов сказал «а», то он обязательно дойдёт и до «я». Так что, когда свадьба?

После своих последних слов он сморщился и сразу сменил тему. По всей вероятности, получил от сестрицы ногой под столом – догадалась Катя.

По направлению к её столику одновременно подошли двое мужчин, одного из которых она хорошо знала.

– Добрый вечер, господа, вы позволите пригласить ваших дам на танец?

Вадим приветливо кивнул, Арсений промолчал, скрипнув зубами.

– Вы позволите, прекрасная Екатерина Эдуардовна, пригласить вас на танец?

– С превеликим удовольствием, Гранд Арташесович.

– Как вы отпраздновали день рождения Милочки?

– Как всегда, замечательно.

– В тот день в ресторане был мой брат, он сказал, что вы были неотразимы, впрочем, как всегда.

– Умеете вы, Гранд Арташесович, бальзама девушке на сердце налить.

– Мой язык, прекрасная Екатерина, говорит о том, что видят мои глаза. К тому же ваше платье будоражит воображение.