Гроза и Штиль

Глава 17

– Господи, как же у меня болит голова, – простонал Арсений, откинувшись на подушку, после того как страсти улеглись.

– У меня есть таблетки, – предложила Катя, – но они в сумке, а сумка осталась в машине. Я могу за ними сходить.

– И где мне потом тебя искать прикажешь?

– Арсений, я действительно принесу таблетки.

– Не нужно, я сейчас у мамы в аптечке посмотрю.

– Грозов, мне нужно в ванную.

– Пойдём, я тебе покажу, сейчас только полотенце достану. Кстати, Катя, ты можешь не выходить несколько дней на работу?

– Могу.

– Давай съездим куда-нибудь?

– Куда?

– А куда ты хотела от меня сбежать?

– На дачу.

– И где эта самая дача?

Катя замялась и пожала плечами.

– Я спрашиваю, где находится дача?

– В Луге.

– Знакомые места. У родителей Кирилла дом на Псковщине, мы Лугу проезжаем. Катька, возьми меня с собой на дачу, я очень устал, мне нужно прийти в себя.

– Арсений, но там нет ничего особенного: маленький домик и баня.

– Там будешь ты, и это для меня самое главное. Ну что, едем?

– Едем.

И оба вздрогнули от звонка в дверь, переглянулись.

– Грозов, в дверь звонят.

– Я слышу, сейчас открою.

– Арсений! – вскрикнула Катя, глянув на кавалера.

– Ты чего так испугалась?

– Я не испугалась! Оденься!

– О, ё-моё, – он натянул джинсы с футболкой и только после этого открыл дверь.

В квартиру без приглашения, отстранив Грозова рукой, вошла красивая, крупная, колоритная женщина, облачённая в затейливый домашний брючный костюм с кокетливо повязанным платочком на голове.

– Арсенюшка, детка, ты куда пропал? Она притянула его голову к себе и поцеловала.

– Я, крестная, в Москву по делам летал, только что вернулся, – отрапортовал Арсений, изобразив на лице несказанную радость.

– Зал заказал?

– Не волнуйся, всё заказал, банкет будет по полной программе, как полагается.

Женщина разговаривала с Арсением, но при этом, не отрывая взгляда от Кати, разглядывала её с ног до головы.

– Арсений, я долго ещё ждать буду? – не терпящим задержки тоном поинтересовалась женщина.

Грозов настороженно замер.

– Тётя Галя, я должен был тебе что-то привезти или сделать?

– Ты меня с девушкой своей собираешься знакомить?

– А-а-а, – облегчённо вздохнул тот. – Конечно, это моя невеста Катя. Катенька, а это моя крёстная Галина Сергеевна.

– Так, молодёжь, пойдемте-ка, я вас накормлю, а то вид мне ваш не нравится.

– Арсений, ты иди, я тебя в машине подожду, – предложила Катя.

– А вы куда собрались? – поинтересовалась Галина Сергеевна.

– В Лугу, у Кати там дача, – как пионер отрапортовал крёстной Арсений.

– Ну вот на дорожку и поедите. За мной.

– Катенька, может, и правда, поедим, а то пока доедем, пока то да сё?

– Арсений, я не хочу, а ты иди, поешь, а я пока прогуляюсь.

– Ну уж нет, дорогуша, так дело не пойдёт, – Галина Сергеевна подошла к ней и лёгким движением руки подняла со стула, после чего развернула, обняла за талию и подтолкнула к двери.

Сопротивление было бессмысленным, да и попросту невозможным. Катя это поняла и, смирившись со своей участью, побрела в соседнюю квартиру.

– Проходи, Катенька, привыкай.

«К чему привыкать – поселить она меня у себя, что ли, хочет?» – встревожилась Катя.

– К чему, я должна привыкать, простите?

– Как это к чему, ко всем и всему, ко мне, например, к родственникам мужа, к друзьям, знакомым.

– Арсений мне не муж, – Катя предприняла слабую попытку сопротивления.

– Вот и привыкай, пока жених, и не спорь со мной – не люблю я этого. А раз крестник сказал, что женой будешь, значит, так тому и быть. Арсений у нас из той породы мужчин, которые словами не разбрасывается. Садись за стол.

– Спасибо, я не хочу есть.

– Садись, кому говорю, ломаться перед мужем будешь, если позволит, конечно.

– Крёстная, ты мне невесту не пугай, она от меня и так норовит сбежать. А мне её ещё до загса каким-то образом довести нужно.

– Сбежит – другую найдёшь! Какие твои годы?

– Нет, я только на неё согласный: таких, как она, в целом мире не найти.

– Ну, раз так, крестник, то держи крепче.

– Да я пытаюсь, так ведь сопротивляется.

– Арсюша, а посмотри, что у меня сегодня – борщик свеженький, твой любимый.