Грозовая птица

Глава IV. Навстречу восточному ветру

Пока Эва уверенными шагами двигалась к своей мечте, и сделаю акцент на том, что она очень преуспевала в этом деле, по французской улице уверенно шагал Терри, прямо к поместью мисс Берч. За полтора месяца пребывания в Лондоне, Эванжелина, конечно, не сумела покорить Ковент-Гарден, однако двери прекрасного «Одилиона» уже были перед ней открыты. Конечно, грандиозный успех на первых парах она разделяла поровну со своим напарником, который с удовольствием воплощал идеи мисс Бейкер в жизнь. Они часто прогуливались, нередко посещали театры, и пару раз даже выбрались на конную проулку, после которой Эва придумала новую театральную постановку «Навстречу восточному ветру». Как только Эванжелина начала появляться на сцене с уже известным людям мистером Карлайлом, вокруг них собрался бурный ажиотаж. Кто-то утверждал, что из них получится легендарный дуэт, кто-то был уверен, что таким образом Николас Карлайл решил представить свою будущую жену, ну а кто-то неустанно твердил о брюках. Да, именно о них. Начав работать в театре, Эванжелина твердо заявила, что не намерена показываться в платьях, ибо образ настоящей и воздушной леди ей никогда не был близок, а в брюках она чувствовала себя гораздо увереннее. Николас не стал возражать, напротив, он поддержал идею мисс Бейкер. По ее заказу было сшито несколько костюмов, в которых появлялась Эванжелина, выходя на сцену. По окончании каждого дня, сидя в небольшой комнатке в доме миссис Купер, Эва писала письма родителям и сестре, рассказывая о своей жизни в Лондоне. Они, в свою очередь, тоже не оставляли ее без внимая, снабжая почту по выходным. Диана делилась своими переживаниями по поводу Юджина, который, к ее превеликому сожалению, пока не сделал ей предложение руки и сердца. Мама, рассказав о том, что гостеприимство у Бареттов прошло наилучшим образом, пожелала удачи дочери в ее начинании. Ну а мистер Бейкер, отправляя Эве ответное письмо, подошел к этому делу совершенно с другой стороны. Он использовал силу фантазии и немного воображения. Бумага стала отличным материалом, которую Мэтью Бейкер сложил таким образом, что в итоге некогда простой лист превратился в маленькую птичку, долетевшую до Эванжелины в целости и сохранности. Теперь она красовалась на небольшом столике в комнате девушки.

Конец июня предвещал нечто захватывающее и грандиозное. По крайней мере, так считала Эва, сердце которой подсказывало, что сегодняшний день преподнесет ей удивительную новость. И, конечно, интуиция ее не подвела. Едва девушка успела проснуться и привести себя в порядок, как миссис Купер уведомила ее о том, что прямо на пороге ее ожидает только что прибывший мистер Карлайл.

— Николас? — удивилась Эва, поприветствовав напарника.

— Мне удалось, Эванжелина! Нет, нам удалось! Ты даже не представляешь, где пройдет наша следующая постановка! — с загоревшимися от восторга глазами говорил он, передав девушке свежий впуск лондонской газеты.

— Театр Николаса Карлайла выходит на новый уровень. Вместе со своей напарницей в брюках, они представят «Навстречу восточному ветру» на сцене театра «Одилион» в Париже, — прочитала девушка.

— Собирай вещи, цилиндры, книги, что ты там обычно носишь с собой, брюки! — продолжал перечислять он, обняв девушку.

— «Одилион», не могу поверить, — произнесла Эва, еще раз взглянув на заголовок газеты.

— Это все твои великолепные идеи, Эва Бейкер! Таким темпом и Ковент-Гарден не сумеет перед нами устоять. Я отправлю за тобой экипаж, мы едем покорять французскую столицу, — сняв свой цилиндр, напоследок произнес он, скрываясь за дверями экипажа.

— Миссис Купер! — прокричала Эва, заходя обратно в дом. — Миссис Купер, я отправляюсь в Париж! Мы будем выступать в «Одилионе!» — делилась радостью она, уже решая в голове, в каком из костюмов будет выглядеть лучше.

— Милая, я тебя поздравляю! Но все-таки жаль, что газеты никогда не упоминают твоего имени, — прочитав заголовок, сказала она.

— Я не расстраиваюсь, — умело соврала девушка. — Так или иначе, на сцене появляемся мы вдвоем, — добавила она, примеряя любимый черный цилиндр.

Как и обещал мистер Карлайл, к вечеру мисс Бейкер забрал экипаж. Перед отъездом Эва также послала письмо родителям, в котором рассказала о своем скором дебюте в «Одилионе». Путь предстоял неблизкий, однако Эванжелина была уверена, что Париж встретит ее с улыбкой, а свой любимый цилиндр она сможет наполнить бурными овациями восхищенных зрителей. И пока Эва покидала улицы летнего Лондона, наш дорогой Терри не покидал французского поместья мистера и миссис Берч. Окончив колледж, он не спешил возвращаться домой, послав письмо в Эбботсфорд, в котором сообщил родным о своем желании навестить дорогую Ниццу. Именно там и состоялось его первое знакомство с мисс Лилиан Берч, настоящей французской леди. К слову, узнаваемая фамилия Терри, которая крутилась у каждого на слуху, открывала ему все желаемые двери светского общества. Шикарные балы, торжественные приемы, на которых часто появлялся юный мистер Колтрейн. Иными словами, Терри не жаловался на жизнь. К тому же, с годами он стал еще более привлекательным и даже приобрел собственный узнаваемый стиль в одежде. Его размеренная походка, длинное пальто... Все тот же мечтательный мистер Персиваль с задумчивым взглядом и обаятельной улыбкой. Его голову по-прежнему украшали очаровательные кудри, а выразительный взгляд зеленых глаз Терри пленил каждую девушку, которая заводила с ним разговор. Ему нравилось вести беседы, более того, он всегда был чрезмерно вежлив и учтив, выслушивая каждый раз «интереснейшие истории» о пропаже розового зонтика мисс Клер.

«Да кому вообще будет интересно слушать белокурую болтушку, которая может часами рассказывать о том, как искала любимый зонтик», — проносилось в мыслях мисс Клер, которая видела в глазах Терри действительно неподдельную заинтересованность.