Грумис: Волки у ворот

9 МИЛОШ

Отвага порождает насилие. Именно так Милош описывает характер Матрикея. Но если приложить усилия, то его отвага может породить нечто новое и неопределенное, а может даже и не зловещее. Уверенности Милоша мог бы позавидовать сам Водмор, когда того местные князья призвали с острова Тэнгу править ими. Но уверенность юного князя была не беспочвенной. Матрикей, казалось, доверял Милошу, если позволил ему создавать законы для его государства, а Орлану гулять по его кочевью и вести записи их жизни. И те, и другие знания враг мог бы использовать себе во благо, но Матрикей либо глуп и не думает об этом, либо умен и хочет создать иллюзию доверия и как-то этим воспользоваться. Оба варианта кажутся Милушу весьма реальными, но как бы мог Матрикей воспользоваться подобной ситуацией он пока не знал.

Несколько дней Милош просидел в юрте, обдумывая детали законов, которые он создал для Уриджинского ханства, не видя солнечного света и небесной синевы над головой. Голова плыла от напряжения и ожидание превращалось в пытку, пока Орлан с рассвета до заката бродил по ханству, выискивая для себя новые исторические знания. Пришел черед и Милошу выйти из юрты и изучить его временный новый дом.

Окружающая его картина не славилась своей цивилизованностью. Грязные дети уже учились убивать, женщины беспробудно маячили перед глазами занимаясь сразу несколькими домашними заботами. Мужчины используют охоту, как единственный способ пропитания, а не как развлечение. Определенно жизнь в ханстве отличается от его жизни в Просторе.

Милош вышел из юрты сразу после обеда и не успело солнце приблизиться к горизонту, как юному князю уже надоело слоняться меж юрт, словно бесполезный труженик кабаков ищет, где бы надраться до беспамятства.

Князь уже собирался повернуть назад к своей юрте, как услышал крик девушки. Красивый тонкий голосок молил кого-то не причинять ей боль. Рабыню наказывают? Или кто-то переусердствовал с воспитанием? Именно этот вопрос хотел прояснить Милош, потому он настоящий князь, который должен помогать нуждающимся в беде красавицам.

Направляясь на кричащий голос, Милош бродил меж юрт, пока не пришел к нужной. Огромный мужчина держал в руках хлыст для погона скота и кричал на лежащую на земле девушку, у которой вся рука была в крови. Видимо, один удар хлыстом она уже пережила. Мужчина кричал на девушку не переставая, медленно занося руку с хлыстом для нового замаха.

Слова мужчины были не разборчивы, ибо он говорил очень быстро, шепелявя и плюясь от злости, но девушка его явно понимала, потому что так же быстро она за что-то извинялась. Хотя было похоже, что девушка извинялась за все подряд, даже за то, что она просто существует.

— Прекрати! — закричал Милош. — Чтобы не сделала эта девушка, она не заслуживает такого обращения с собой!

— Ты кто? — зло спросил мужчина. — Ты раб? Одет точно, как раб, захваченный на землях дохликов, что живут за Хвостом.

— Я почетный гость Великого хана, поэтому я приказываю тебе перестать избивать девушку! — Милош пытался взять своей решительностью и статусом, потому что силой он бы точно не справился.

Мужчина рассмеялся и быстрым ударом хлыстом оставил окровавленную ссадину на руке князя. Милош завыл от боли и кинулся на мужчину. Бой был изначально проигран, хотя бы из-за разницы в размерах. А если учесть еще тот факт, что мужчины в ханстве с пяти лет учатся сражаться на саблях и стрелять из лука, то Милошу еще повезло, что он каким-то чудом смог дважды уклониться от летящих в него огромных кулаков. В третий раз везение его покинуло, как, собственно, и его сознание. От сильного удара Милош на время отключился, а когда пришел в себя, то увидел, как мужчина с хлыстом стоит на коленях перед другим, не менее большим воином.

— С каких пор кто-то в нашем ханстве не подчиняется бичигчи? — спрашивал мужчина, который остановил драку.

— Прости, Турдок, — мужчина с хлыстом склонил покорно голову. — Я бы никогда не догадался, что дохлик с земель за Хвостом может быть так сильно близок с Великим князем.

— Свободен пока, — Турдок махнул рукой, чтобы мужчина с хлыстом убирался прочь и подошел помочь подняться Милошу на ноги. — Ты в порядке?

— Не лучший из меня защитник, — Милош рассмеялся, но тут же прекратил это из-за боли в голове.

— Зачем ты вообще полез в драку? Ты же видишь, что шансы не на твоей стороне, — спросил Турдок.

— Я заступился за девушку! — гордо ответил Милош. — Кстати, что с ней? Он ее не убьет теперь?

— Да хоть и убьет, тебе какая разница? — удивился Турдок. — Она его сестра, поэтому он может делать с ней все, что угодно, даже убить.

— Как это так? — Милош не был готов услышать нечто подобное. — Она что, вещь какая-то? Нельзя же так с живым человеком обращаться.

— Ты человек новый в нашем ханстве, поэтому объясняю, — Турдок подал Милошу из ближайшего погреба у чьей-то юрты кусок холодного мяса. — Мужчины у нас рискуют жизнями, воюют, защищают женщин, детей и стариков. А что в это время делают женщины?

— Рожают детей, новых воинов и защитников, готовят еду, следят за всеми припасами, которые есть в ханстве, мастерят одежду, посуду и вообще все, кроме оружия, — ответил Милош, пожав плечами.

— Конечно, они выполняют какую-то полезную работу, но…

— Но почему-то никто не хочет видеть, что женщина для ханства делает не меньше работы, чем мужчина, — Милош перебил Турдока, даже не заметив, как это того задело. — Теперь я лучше понимаю, какие именно нужны законы для ханства, чтобы она стала более цивилизованной.