Группа "Феникс". Лалибела

Глава 6

Первые лучи солнца уже окрасили вершины скал в кроваво-красный цвет, когда тишину лагеря нарушил резкий голос Шорохова. — Подъем! Всем выйти из палаток! — Влад стоял у самого края площадки, ориентируясь на ночные показания приборов и сбивчивый, но точный рассказ Арины. Шорохов один за другим вгонял в каменистую почву красные сигнальные флажки, фиксируя границу аномалии именно в тех точках, которые она описывала.

— Эти метки — край аномальной зоны, — отрезал Шорохов, когда команда сбилась в кучу. — За них не заходить пока не изучим природу случившейся аномалии. Сворачиваем спальные места и переносим лагерь на десять метров назад, к восточному склону, за скальный выступ.

Десять метров в обычных условиях — это пара секунд, но здесь, на каменистом склоне под гнетом тревоги, они казались полосой препятствий. Группа действовала слаженно: тяжелые станины и открытые кейсы с оборудованием перетаскивали вдвоем, даже не тратя время на демонтаж кабелей и полную упаковку. Арина придерживала связки проводов, стараясь не запутаться в них на ходу, пока рюкзак с серверами привычно тянул плечи вниз. Страх, холодный и липкий, гнал ее вперед быстрее любого приказа, заставляя забыть о ноющей щиколотке.

– Давай помогу, пока ты окончательно не зарылась носом в эфиопскую землю, – раздался рядом вкрадчивый голос Аверина.

Он перехватил одну из лямок ее рюкзака, облегчая ношу, но Арина лишь дернула плечом, стараясь сохранить дистанцию.

– Справлюсь, Кирилл Павлович, лучше следите, чтобы ваши драгоценные датчики не рассыпались по дороге.

– Какая колючая, – хмыкнул физик, но рюкзак не отпустил.

Всего через пятнадцать минут лагерь был вновь развернут на новом пятачке. Только когда последняя палатка была закреплена, Шорохов дал отмашку техникам. Арина, тяжело дыша, опустилась на складной стул и откинула крышку ноутбука. Ее пальцы, все еще дрожащие от напряжения, привычно забегали по клавиатуре, восстанавливая сеть мониторинга.

– Арина, подключай внешние модули, выводи камеры на основной экран, – приказал Влад, подходя к ней со спины.

– В процессе. Кирилл, начинайте расстановку сенсоров, – она мельком взглянула на физика, который как раз доставал из ящика тяжелые треноги.

– Сейчас сделаю. Нужно поставить два инфракрасных порта на той стороне арки, – ответил Аверин, взваливая оборудование на плечо. – И если они ничего не зарегистрируют, я лично подам рапорт о массовых галлюцинациях.

– Сначала доживи до момента написания рапорта, – буркнул Шорохов и отошел к Петрову.

Арина Волкова сосредоточенно настраивала удаленный доступ, пока на экране один за другим всплывали серые окна видеотрансляций. Кирилл Аверин, несмотря на свой невыносимый характер, работал быстро: датчики движения начали подавать сигналы, выстраивая на карте защитный контур. Между ними висело тяжелое молчание, пропитанное взаимным недоверием. Арина чувствовала, как Аверин периодически бросает на нее изучающие взгляды, словно пытается прочесть код ее мыслей, и это заставляло ее еще глубже уходить в работу.

– Система активна, – наконец произнесла она, нарушая тишину.

– Посмотрим, что эта «живая архитектура» покажет нам в темноте, – Аверин подошел ближе, заглядывая в монитор.

– Надеюсь, ваши фильтры отсекают помехи от летучих мышей, Арина Александровна.

– Мои фильтры отсекают только мусор, Кирилл, – холодно парировала она, не глядя на него.

Система была запущена в рекордные сроки, но тягучие часы ожидания не приносили результатов. Приборы хранили молчание, фиксируя лишь стандартный радиационный фон и редкие порывы ветра. Это затишье действовало на нервы сильнее, чем ночная буря.

Тем временем Иван Петров и Анастасия Грошева методично обследовали внешние стены Бет Медхане Алем, но часы кропотливой работы не приносили результатов. Несмотря на все усилия Петрова найти следы высокотехнологичных инструментов или необычную кладку, камни казались обычным древним туфом, обработанным средневековыми мастерами. Анастасия тоже не фиксировала никаких температурных отклонений — датчики показывали лишь стандартное остывание камня после жаркого дня. К вечеру, когда их комбинезоны покрылись толстым слоем красной пыли, а надежда найти хоть какую-то зацепку таяла вместе с дневным светом, Петров разочарованно коснулся стены, чтобы опереться, и вдруг замер.

К обеду, когда солнце встало в зените и раскалило красные скалы до предела, Шорохов собрал всех у полевой кухни. — Короткий отчет от каждого, — бросил он, прислонившись к станине генератора. — Что мы имеем по факту за шесть часов работы на новом месте?

— Ровным счетом ничего, — Петров разочарованно развел руками, вытирая пот со лба. — Камень за вешками — это просто камень. Никаких следов температурного воздействия или изменения структуры. С точки зрения материальной культуры там не произошло ничего экстраординарного со времен царя Лалибелы.

— Мои приборы подтверждают слова историка, — Аверин скрестил руки на груди, в его голосе сквозило плохо скрываемое превосходство. — Фон в норме, электромагнитных всплесков ноль. Скорее всего, ночью мы столкнулись с редким атмосферным явлением, вызвавшим коллективную галлюцинацию. Возможно, выброс газа из подземных пустот. Нам нечего изучать, кроме собственных страхов.

Арина резко подняла голову: — Газ не меняет геометрию пространства, Кирилл. И он не заставляет код синхронизироваться с вибрацией камня. — Она посмотрела на Шорохова, ища поддержки. — Приборы могли ничего не зафиксировать, потому что они не настроены на *такой* тип взаимодействия. Мы ищем радиоволны там, где работает что-то другое. Грошева лишь пожала плечами, соглашаясь с тем, что химических аномалий в воздухе тоже нет. — Раз приборы молчат, — Кирилл небрежно отбросил в сторону пустую банку из-под рациона, — не вижу смысла палить ресурсы и греть датчики на пустом месте. Пора заходить внутрь Бет Медхане Алем. Если мы не начнем осмотр сейчас, миссия просто застрянет.