Грядущий Апокалипсис. Пробуждение Царевен

Подвалы тайн

Подвалы Тайн

Илья Суров, студент последнего курса биологического университета Московского университета, работал в Академическом институте по своему профилю. Нельзя сказать, что ездить на работу было удобно, ведь ездить с Вешняковской улицу на Хорошевское шоссе не просто. Ну а что делать? Сердцу не прикажешь, ездил. Каждый день на автобусе, до метро «Выхино», мимо жилых домов, скверика, и нескольких дорог. Чего хорошего, а машин здесь полно. Зато, на «Полежаевской» их Институт, «Медико- Биологических проблем» стоял на самом углу, и пройти от метро до работы было нетрудно. Вот и сейчас Илья быстро шёл по тротуару, и перед ним, словно из ниоткуда, возник забор любимого учреждения. Поднялся по высокой лестнице, показал пропуск охране, и вызвав лифт магнитным пропуском, стал опускаться на седьмой подземный этаж. На стене лифта мелькали лампочки 1-2-3-4-5-6-7, и вот, дверь открылась, привычный пол из мраморной брекчии, алюминиевый потолок, и модные в двадцатом веке люстры из нержавеющей стали.

- Доброе утро, Илья, - поздоровался с ним охранник.

Олег Дмитриевич, это был он, во всегдашней чёрной чоповке, и с резиновой дубинкой, достигавшей пола. Не оттого, что палка была громадная, а потому что охранник был маленького роста. Сам Илья привычно нагнулся, выходя из лифта. С ростом в два метра всегда надо нагибаться, что бы голову не разбить. Маленьким, да и не только, Илья часто задевал головой то за косяк, то за дверь, то за потолок, хоть каску одевай, что бы шишек не было. Но здесь, слава строителям и академикам, потолки были высокие, в четыре метра, больше, чем у него дома, в квартире рядом с парком, где он жил рядом с матерью.

Он прошёл по коридору, с полом, из старого и уже скрипящего букового паркета, и привычным движением карточки сверху вниз открыл дверь комнаты.

- Здравствуйте! - поздоровался, уважая старшинство других сотрудников, Суров.

- Привет, молодая смена, - прогудел завлаб Юрий Сергеевич Ярошко.

Юрий Сергеевич это был полный мужчина шестидесяти трёх лет, с пышной седой шевелюрой, академической бородкой, и очками в стиле «Девять дней одного года». Одевался он просто- вельветовые штаны и клетчатую рубашку, а вельветовый пиджак обычно ждал своего часа в шкафчике.

Еще двое сотрудников трудились под началом кандидата наук Ярошко. Это старший научный сотрудник Голованов Геннадий Сергеевич, мужчина лет пятидесяти, суховатый, если не сказать тощий, и сутулый к тому же. Толковый дядька, как и все здесь, собственно. Еще один был полной противоположностью Голованову, старший научный сотрудник Хлебнов. Он был полным человеком, но весьма энергичным, кстати. Но звали его также, как и Голованова, Геннадием, только отчество было Кириллович. Но звали их так зачастую просто- «Два Гены», или говорили просто по отчествам «Сергеевич» или «Кириллович» И , иногда к ним приходил и ветеран института, Вельтищев Вадим Григорьевич. Вадим Григорьевич был особенно рад Илье, и именовал обычно только «внучком». Ветерану было уже 75 лет, но держался он бодрячком, был энергичен и всегда весел.

Вот и сейчас дед сидел у стола, изучая образец в микроскоп. Но, надо сказать это сейчас зарплаты стали неплохими, раньше же научные сотрудники перебивались подрабатывая в моргах, обрабатывая тела умерших. Тут уж их знания были просто незаменимы, и хоть там им были рады. Теперь заботы было много, выполняли исследования и для РОСКОСМОСа, и для армии и флота. Недавно выезжали в командировку на Север, изучать борьбу с обморожениями. Но, надо сказать, деда вызывали, когда предстояла работа в режимной зоне, куда его вызывали по звонку, и приходил за ним, что бы проводить, охранник не в чёрной чоповке, а в строгом костюме.

Щелкнул закипевший электрочайник, и Кириллович встал посмотреть.

- Стахановцы, пора кофе пить.

- У нас завелась кофемашина, - пошутил Голованов, он же «Сергеевич»

- Скорее пачка Nescafe, - добавил Кириллович.

Илья тоже достал кружку из стола, и сел со всеми рядом. На столе появилось и артельное печенье, часть платы за подработки и халтуры.

- Илья, здесь работенка подвернулась, хочешь, с собой возьмём, - предложил шеф.

Работёнкой обычно называли восстановление лица умершего, получившего тяжёлые травмы. Родственники хотели красивое лицо, а посредник за 20% комиссионных предлагал работу специалистам.

Тут раздался звонок рабочего телефона Ярошко, и завлаб медленно и важно поднял трубку. Не сказал ни слова, лишь кивнул деду. Старик степенно поднялся, допил кофе.

- Ну, я пошёл... Внучок, привет! Нам с тобой поговорить надо будет, - сказал уходя, Вельтищев.

-Чего дед тебе хотел сказать? - спросил Кирилыч.

- Не знаю, - только пожал плечами юноша, начиная подбираться к печенюшкам.

Печенье столь соблазнительно пахло, что даже спортсмену совершенно невозможно было удержаться. Так что студент взял две.

К обеду дед вернулся, помахивая пакетом, и сел напротив стола внучка.

- Пошли, поговорить надо, - сказал Вадим Григорьевич Илье, - ты, часом, не женился ещё?

Голованов закрыл лицо руками, а Ярошко быстро присел на табурет. Хлебнов же приложил холодный стакан ко лбу. Собственно, это речь была любимой для деда.

- Трудно по росту найти, дед.

- Так я тебе нашёл! - и старик засмеялся ещё сильнее.

Юноша пожал плечами, и пошёл к выходу из лаборатории вслед Вельтищеву. Они дошли к коридору , и дед положил документы на широкий подоконник.

- Прочти, и подпиши, если согласен.

Суров перебирал документы о неразглашении, о своих новых служебных обязанностях. Дело было весьма серьёзным, но деньги предлагали неплохие за два дня работы в неделю- около сорока тысяч. Но и перспективы складывались такие радужные, глядишь и карьера пойдёт вперед. И не то что семимильными, а прямо томительными шагами. Илья стал подписывать.

- Ты внимательней смотри, - вздохнув, быстро проговорил дед, - со мной будешь работать. И там написано, что должен удалить все аккаунты в Фейсбуке, ВК, ИНСТАГРАММ. Проход простой в особую зону- все вещи в шкафчик, проходишь через душ, голый, понятно, что бы шмотки не мочить и одеваешь белые штаны, рубаху, халат и ... белые тапки, - и дед хитро усмехнулся, - ну чего? Согласен?