Губитель Нежити

Глава 9

Медведь даже не пытался скрываться или тихо подобраться. От него разило магией, но в отличии от рыцаря смерти, зверь источал дикую и первобытную ману. Огромная гора мышц, покрытая толстым слоем шерсти. По взгляду медведя вижу, что он удивлён, ведь я не пытаюсь от него сбежать, лишь покрепче сжал рукоять меча. Сил почти не осталось, а злость едва придаёт сил. Мне удастся нанести один, максимум два удара, вложившись в них по крупному. Ошибусь и стану его закуской. Преуспею -- и мяса мне хватит чтобы более-менее восстановиться.

Медведь поднялся на задние лапы и издал оглушительный рёв. На мгновение мне показалось, что меня просто снесёт. Пришлось приложить усилия чтобы просто устоять на месте. Да, пожалуй, это славный противник. Медведь внимательно на меня посмотрел, удивляясь, почему я не убегаю в страхе. Если у него и есть некое подобие ауры смерти, что-то, что способно подавлять волю жертвы, то оно работает много слабей. Да и не стоит списывать со счетов близость к смерти. Пусть я не чувствую её дыхание, но она где-то рядом, ожидает своей минуты.

Медведь шагнул мне на встречу и вновь зарычал, топнув своей лапищей по земле. Ощутимо тряхнуло и чтобы не упасть, пришлось самому сдвинуться, я шагнул на встречу зверю, чем ещё больше его насторожил. Я видел в его глазах замешательство. Похоже, у этого медведя мозги работают лучше, чем у иных людей... ему ж хуже. В таких ситуациях разум больше мешает, чем помогает. Медведь, обладающим большей силой, ещё не дошедший до своего предела, сомневается, глядя на меня, того, кто уже стоит на пороге своей погибели. Как это смешно.

-- Хватит уже смотреть, просто нападай. Не хочу тратить силы чтобы идти к тебя... просто нападай, -- сказал я медведю.

Медведь сомневался, ему было сложно решится атаковать меня, вероятно, он чувствовал нечто неладное. Не должен человек так стоять перед ним, не испытывая страха. Но, судя по всем, опыт взял верх на предчувствием и медведь рванул ко мне с завидной скоростью. Как пушечное ядро, полетел ко мне и приготовился откусить мою голову. Вместо этого получил двуручником по ключице. Удар вышел на зависть сильным, в руках что-то хрустнуло, но я не придал этому значения, растворяя в крови ярость. Испорчу связки и сухожилия. Впрочем, иначе не переживу этот бой. Медведь заревел от боли и попытался меня достать. Я вновь не рассчитал силы и порвал сухожилие, теперь под коленом, но остался жив. От когтей медведя отделились магические лезвия, пропоровшие грудные мышцы и сломавшие пару рёбер. Окажись чуть ближе и уже был бы мёртв.

-- Ха! Не плохо! -- кашляя кровью, прошептал я. На лице застыла лихорадочная ухмылка, давно такого не случалось.

Я заранее заметил, как эта груда мышц пришла в движение. Медведь не собирался хитрить, он был в ярости и теперь стал неотличим от взбесившейся собаки. Ожидать от него хитрого или подлого поступка была теперь бессмысленно. С трудом подняв двуручник дрожащими руками, собрался с остатками сил и приготовился к последнему удару. Теперь всё просто, либо я его убью, либо сдохну сам. Я решил вложиться в этот последний удар по полной, боюсь, правда, что даже в случае победы долго не протяну. Вот только сейчас нет времени для сомнений. На секунду другую руки перестают дрожать, а я чувствую, как сердце ускоряет свой бег, едва не разрываясь на части. На меня неслась махина в десятки раз больше весом, а я стоял на месте и не единый мускул не дрогнул. Вот что называется выдержкой.

Спустя доли секунд почти передо мной была распахнутая пасть. Именно тогда я и пришёл в движение, совершив не самый умелый рывок, используя остатки сил. Я навалился на меч, по рукоять загоняя его в пасть дикому зверю. По инерции эту тушу протащило ещё метров десять. Я оказался подмят под пастью, которая была едва ли не с меня размером. Сил выбраться не было и я просто пытался придумать, как выбраться из этой ситуации. Совсем скоро окончательно стемнеет, станет холодней. Если не справлюсь, то так тут и умру.

Мне на лоб закапала горячая кровь. Я тихо засмеялся, радуясь своей удаче. Мне повезло, что из пасти медведя нaчaла стекать кровь. Всё что я мог, жадно пить пропитанную маной кровь. Немного переведя дух, приложил усилия и чуть сместил медвежью голову в сторону. Кажется, я потянул на руках мышцы. По-немногу превращаю своё тело в одну большую ноющую болячку.

Мне кое-как удалось выбраться. Спустя десяток минут, я прорезал шкуру на бочине зверя и впился зубами в ещё горячую плоть. Мясо оказалось жестковатым, я его почти не жевал. Желудок и сам справится, главное подкинуть в него топливо. А топлива у меня, теперь, в изобилии. Главное не отключиться, прежде чем наемся.

Спустя минут пятнадцать я почувствовал приближение магических зверей, пока они были далеко, не обращал на них внимание и продолжал набивать живот ещё не остывшим мясом. Один только Свет знает, сколько могло бы у меня быть проблем с паразитами, после подобного ужина... но мой желудок не оставит им и шанса. Я чувствовал, как еда растворяется, как она превращается в энергию и восполняет мне силы. Это было далеко не простое мясо, и его хватало чтобы более активно восстанавливаться.

После я почувствовал чужие взгляды. Оглянувшись, увидел волчьи морды, они внимательно за мной следили, продолжая окружать. Я ещё был в чертовски плохом состоянии, но сделал то немного, что мог. Подошёл к морде медведя и вырвал из его пасти двуручник. Привязать левую руку к рукояти не было времени, а потому приготовился махать этой громадиной используя только правую руку. Та ещё задача. Вслед за этим забрался на труп медведя. Я будто бы оказался на небольшом холме, а вокруг меня больше десятка опасных хищников, которые, судя по всему, ещё были и магическими.

-- Мне нравится этот мир, -- сказал я, утирая со рта и свою, и медвежью кровь. -- Добыча сама идёт ко мне в руки. И некогда скучать!

Волки вначале посмотрели на убитого медведя и красный от крови снег. После на меня. Они не верили, что слабый человек был способен убить хозяина леса, считали меня простым падальщиком, что пришёл раньше них. Похоже, и у этих зверей есть свой разум, вот только едва ли он им поможет. Всё-таки в первую очередь они звери и полагаются на инстинкты. Помогут ли они им, когда они начнут терять сородичей?