Гульба осенних полнолуний (роман)

Клятву надо исполнять

Настала суббота после второго осеннего полнолуния. Кровать Шарлотты стояла пустой и застеленной идеально ровно. Из суеверного страха соседки по комнате не садились на нее, не ложились и не клали вещи с тех пор, как Лотти исчезла.

Франческа сказала, что у нее болит голова, и легла спать пораньше. Вивьен в пижаме зубрила естествознание. Чтоб не мешать подруге светом ночника, она открыла платяной шкаф, сдвинула в сторону вешалки с одеждой, положила на дно шкафа мягкую подушку, накрыла ее пледом и уселась на нее с учебником. Двери шкафа остались нараспашку, чтобы лучи от стоящей на полу лампы не проникали в комнату. В пансионате воцарилась безупречная тишина, ее лишь изредка нарушал шелест страниц.

Вдруг Франческа заворочалась под одеялом, чтобы повернуться на другой бок. С кровати что-то с легким шорохом соскользнуло на пол. Ческа открыла глаза, посмотрела вниз и зашипела:

– Не смешно совсем ни разу!!!

– Что не смешно? – искренне удивилась Вивьен.

– Что ты положила на меня школьную форму!

Вив отложила учебник и на четвереньках выползла из шкафа. На коврике у кровати подруги и впрямь валялась свежая, выглаженная форма. Она лежала поверх одеяла и соскользнула с тела девушки, когда та повернулась в постели.

– Клянусь, я не… – оторопела Вивьен.

– Да ладно, не ври! Я своими руками убрала форму перед сном. Я каждый день так делаю.

– У тебя сегодня голова болит, могла и напутать. Я после больницы до сих пор все ужасно путаю…

– Больная голова еще не значит, что я сошла с ума! – Франческа неожиданно потупилась. Вивьен сообразила, что подруга выдумала мигрень, чтобы не идти на гульбу, не говорить о ней, спрятаться от нее.

– Слушай, давай обсудим это завтра, – дипломатично предложила Вив. Сделала шаг назад и наступила на что-то, чего несколько секунд назад там совершенно точно не было. Этим предметом оказались… ее собственные туфли из школьной формы! Которые она убрала в тумбу как только вернулась с занятий. Оцепенев, девушка на цыпочках вернулась в шкаф и собиралась сесть обратно на подушку… Но там лежали ее школьные блузка, юбка и пиджак! Ровно на том месте, на котором она сидела минуту назад и которое еще не успело остыть от ее тела! Вещи были тщательно сложенными и невероятно свежими, словно только что из химчистки.

– Смотри, это правда не я! Вот доказательство! – пролепетала Вивьен. Однако подруга перебила ее, и в ее голосе звучал подлинный ужас:

– Что происходит? Как это, кто это?

Франческа забарахталась в одеяле, как пойманная в сачок птичка, и свалилась на пол. Вивьен подала ей руку и помогла встать. Франческа прижалась к подруге и прошептала, заикаясь:

– Мою просты-ты-ню из-из-изнутри щекочут ледя-дя-дя-ные гладкие пальцы-цы.

– Да ладно! Врешь! – Вивьен потыкала в простыню Чески мизинцем. Села на краешек – и тут же вскочила, с огромными перепуганными глазами:

– И правда пальцы! Холоднющие, ужас! Как у ожившего утопленника!

С этой секунды заторможенность слетела с Вивьен. Как по мановению волшебной палочки, к ней вернулась острота чувств и мыслей.

Девушки замерли посреди комнаты плечом к плечу. Дзынь-дзынь-дзынь! – постучали в окно снаружи.

– Это за нами, – Франческа полумертвым голосом сообщила очевидное.

– Но мы не пойдем, – всхлипнула Вивьен. Ее светлые нежные глаза наполнились слезами.

– Пойдем к медсестре! Скажем, что тебе или мне стало плохо. Отсидимся в медицинском кабинете.

– Давай. Пусть, например, у меня болит живот… Пока дойдем, это станет правдой, он вот-вот заболит от нервов.

Дзынь-дзынь-дзынь! Тук! Последний глухой удар пришелся не на стекло, а на деревянную раму.

Подруги на цыпочках выбрались в коридор, в тапочках и пижамах. Вокруг ни души и такая тишь, словно на часах четыре утра и все спят. Обычно же в это-то время воспитанницы еще сновали по этажам, ходили друг к другу в гости, болтали на лестничных клетках. Франческа и Вивьен рука об руку пошли по длинному коридору, застланному бежевым паласом. В середине этажа располагалась дверь на лестницу, идти до нее меньше минуты.

– Извольте отведать пирожков! Сладкие, пышные, с пылу с жару! – раздался знакомый голос сзади.

Подруги синхронно обернулись. Их догонял невесть откуда взявшийся карлик с поросячьим пятачком и деревянным подносом, который нес на трех пальцах.

– Мы не хотим! – Вивьен выставила вперед руки заградительным жестом.

– Спасибо, мы не голодны! – в тон ей протараторила Франческа.

Карлик всхрапнул и на бегу топнул ногой. Из пола полетел сноп искр. Подруги испугались, что пансионат загорится – но искры растаяли в воздухе, обдав их жаром издалека.

– Пустите нас! Помогите! – Франческа заколотила руками и ногами в дверь ближайшей спальни.

– Помогите! Откройте! – Вивьен набросилась на дверь с противоположной стороны коридора.

Никакого ответа. Можно подумать, все прочие обитатели пансионата уехали на пикник… или того хуже, умерли.

Карлик топнул другой ногой. Вместе с искрами из паласа полетели темные ягоды, утыканные шипами – совсем как на мышиных бегах. Несколько ягод долетели до подруг и лопнули рядом с ними. По коже хлестанули болезненные брызги.

– Бежим! – Вивьен схватила Ческу за руку и потащила к лестнице. Медпункт находился на первом этаже. Беглянки не успели преодолеть и половины пролета, как снизу зазвучало:

– Сладкие, пышные, с пылу с жару!

Через секунду официант с пятачком стоял перед ним, тыча в лицо угощением. Законы обычной человеческой физики не были над ним властны.

Не сговариваясь, подруги развернулись и понеслись наверх, на четвертый этаж. Но и там преследователь преградил им путь.

– Спасибо, мы не голодны, – попыталась в последний раз отказаться Вивьен, поняв, что сбежать не удастся.

– Извольте отведать пирожков! – громче и злее повторил карлик.

– Благодарю вас, но… – Франческа не успела договорить фразу, как в ногу вонзилась боль. Карлик наступил обеим девушкам на тапочки. Оказалось, что вместо ботинок у него острые копыта. Они впились подругам в плоть. От стоп по ногам и выше к животу побежали тонкие ледяные потоки. Внутренние органы Вивьен и Франчески словно кто-то по очереди сжимал металлическими пальцами.