Гульба осенних полнолуний (роман)

Без результатов

Не только с помощью чар пытались вернуть пропавших детей. Армин поехал в ближайший город вечером того же дня, когда колдунья с коробом растворилась в воздухе у него на глазах. Явился в полицейский участок. Под диктовку инспектора написал стандартное заявление о том, как кто-то похитил двоих несовершеннолетних, пробежал с ними по полю, а потом скрылся в неизвестном направлении.

– Есть ли у вас подозреваемые? Ссорились ли вы с кем-то в последнее время? – равнодушно спрашивал инспектор.

Будущий лаборант долго колебался. Сказать или не сказать про Проклятую деревню? С одной стороны, его могли записать в сумасшедшие и не принять заявление. С другой стороны, надо было использовать любую возможность помочь следствию. Вдруг Армина осенило, и он придумал приемлемую в официальной среде формулировку:

– Я подозреваю, что в деле замешаны лица, верящие в так называемую черную магию и практикующие ее, – еле слышно вымолвил он.

– Одну минуту! – инспектор вытянулся в струнку. – Вам придется подождать пару часов. Я вызову сюда представителей особого отдела “Эсхато”.

Юноша позеленел и решил, что за ним пришлют санитаров. Кабы не решетка на окне, он бы с подоконника на улицу сиганул и был таков. Но инспектор дал ему подписать соглашение о неразглашении, в котором были четко прописаны полномочия “Эсхато” и обязательства потерпевших. Документ был составлен серьезно и убедительно, что отчасти успокоило юношу. Армин никогда раньше не слыхал об “Эсхато” и не знал, насколько можно этому верить. Однако шанс спасти малышей нельзя было упустить, поэтому он не стал сбегать.

Через полтора часа в отделение влетел представительный мужчина с профессорской внешностью и квадратным лицом. Представился следователем отдела “Эсхато”. Увел Армина в отдельную комнату и велел рассказать все заново, хоть инспектор и предоставил ему протокол допроса.

– Почему вы примчались так быстро, а инспектор даже не задал мне дополнительных вопросов про магию? – обратился к следователю Армин, когда закончил давать показания.

– Потому что мы с вами находимся на территории, которая входит в зону повышенного риска. И я, и я инспектор были обязаны отреагировать именно так. Если вы еще когда-то столкнетесь с мистическим, вы обязуетесь без промедления вызвать нас, не делясь информацией больше ни с кем. Это прописано в соглашении, которое вы подписали – и я еще раз подчеркиваю важность этого пункта.

– Как вы думаете, каковы шансы найти и вернуть детей?

Следователь отвел глаза.

– Что вы для этого предпримете?

– Скажу откровенно, оперативно-сыскные мероприятия будут недолгими, – следователь сжал и разжал кулак. – Если они не принесут результата в течение трех суток, начиная с сегодняшней полуночи, мы сконцентрируем усилия на другом. Постараемся поставить блокаду, которая не позволит обитателям Проклятой деревни еще раз потревожить вас. Насколько я могу предположить, они сумели воспользоваться местом явления глубоко в чаще. Надо заткнуть его, как нору, из которой выползают змеи.

– И вы уверены, что сможете это сделать?

– Да, но… неокончательно. Ненадолго. Рано или поздно они найдут новый способ прорвать плотину. Чтобы раз навсегда перерезать ту пуповину, которая еще связывает Проклятую деревню с нашим миром, надо довести до конца незавершенный ритуал. Тот самый, с бубном и просом. Мы готовы сделать это в любой момент. Но для этого надо проникнуть в Проклятую деревню. Мы будем думать, как сделать это наилучшим образом, в течение тех недель, что будет действовать наша блокада.

Армин пытался выудить из следователя подробности о магических навыках и арсенале “Эсхато”. Но тот с сухой улыбкой отвечал, что не уполномочен раскрывать эти сведения.

– Вы подписали соглашение о неразглашении, – на прощанье напомнил следователь. – В нем говорится, что кара за нарушение соглашения будет быстрой, суровой, соразмерной вашему прегрешению и сообразной сфере деятельности “Эсхато”. Давайте уточним, насколько хорошо вы поняли это условие.

– Я никогда, никому и ни при каких обстоятельствах не должен упоминать о существовании отдела “Эсхато” и о нашем сегодняшнем разговоре, – потер переносицу Армин.

– Верно. А как вы трактуете посул соразмерной и сообразной кары?

– М-м-м… Вероятно, меня накажут магическим способом? – удивительно равнодушно предположил юноша. Его эмоции атрофировались, мысли стали циничными и чрезвычайно точными.

– Верно. Давайте приведу примеры, чтоб стало понятнее. Предположим, вы признаетесь кому-то, что в полицейском участке общались с человеком, который специализируется на раскрытии преступлений, связанных со сверхъестественными явлениями. За это можно навсегда утратить дар речи. Другой пример – вы подробно расскажете кому-то, как у вас украли брата и сестру и что говорил вам я во время этой нашей встречи. За такое нарушение условий соглашения можно лишиться жизни, причем очень быстро.

– Понял, – Армин смотрел в окно, как будто речь шла не о нем, а о крайне занудных, малозначимых материях.

– На случай если вы столкнетесь с другим человеком, также подписавшим соглашение о неразглашении для “Эсхато”, вы сможете узнать друг друга по паролю.

Тут Армина наконец проняло. Он понял, что отдел подходит к своим задачам очень серьезно.

– Что за пароль?

– Заговорите о красном ветре.

– Красном ветре?!

– Да. Это слишком неожиданное сочетание, чтобы кто-то упомянул его случайно. Если собеседник поймет, о чем вы, он ответит вам отзывом, в котором упомянет поющих лисиц. Вы, если услышите от кого-то о красном ветре, можете действовать так же. Но это не обязательно, вы имеете право хранить молчание.

Армин горько засмеялся:

– И что потом?

– С этим и только с этим человеком вы сможете обсуждать безо всяких ограничений подробности вашего взаимодействия с отделом “Эсхато” и со сверхъестественными силами. Если вам когда-то вновь потребуется помощь отдела “Эсхато” как потерпевшему, просто сообщите об этом любому сотруднику полиции. Они будут обязаны немедленно вызвать на место представителей отдела и держать этот факт в строжайшей тайне.