Гульба осенних полнолуний (роман)

Пусть родители гордятся

В участке для Чески уже подготовили спортивный костюм по размеру, а также горячую еду и восхитительный кофе.

– Ой. По-моему, раньше плащ колдуньи был мне широк, – не поверила своим глаза девушка, стаскивая с себя украденное одеяние.

– Он подстроился под тебя, потому что почуял в тебе силу управлять магией, – Гвидо поднял большой палец. – Если бы ты не была к этому склонна, плащ бы колол и царапал тебя, твои ноги в нем бы путались, он бы тебе всячески мешал. Мы потому и взяли тебя с собой без раздумий, когда увидели, как комфортно тебе в нем.

– У твоих родителей дома есть телефон? – спросила Айрис

– Нет, – помотала головой Франческа с набитым ртом. Как же давно она не ела спагетти со сливочным соусом, салат из свежих овощей и шоколадные кексы!

– Может, у соседей?

– Нет, ни у кого нет.

Это была не совсем правда, но кто ж проверит.

– Ничего страшного. Сейчас доешь, и мы отвезем тебя к ним.

Ну да, ну да. Как будто после всего прожитого самым страшным была необходимость ехать целый час в комфортном полицейском седане без возможности прямо сейчас набрать номер и услышать голос мамы.

– Это обязательно? – Франческа отложила вилку и промокнула губы салфеткой, хоть еще не доела макароны и была страшно голодна.

Инспектор уставилась на нее с величайшим удивлением.

– Можно мне остаться с вами, пожалуйста? – взмолилась Ческа, вложив в эту просьбу все те эмоции, что не могла выразить за месяцы, прожитые в роли скотницы. – Я очень хочу стать частью отдела “Эсхато”! Очень, очень, правда!

По ее глазам было видно, что это продуманное, выстраданное решение. И что оно очень важно для девушки.

– Ты совсем не хочешь видеть родителей?

– Нисколько. Думаю, их вполне устраивает та версия моего исчезновения, которую им озвучили представители пансионата, – ответила седовласая юница холодно и корректно.

– Ну хорошо, – неожиданно быстро согласился Гвидо. – На самом деле, мы по ряду признаков уже предполагали, что ты примешь именно такое решение. Прямо сейчас нам надо отчитаться перед начальством о завершенной операции. Тебя с собой взять не сможем. Но мы можем оставить тебя в квартире, которую используем для командировок.

– Там можно будет принять душ? – Франческа при всем желании не могла вспомнить, мылась ли она хоть раз в Проклятой деревне. Наверное, да, потому что ее тело не смердело. Но и свежим тоже не было…

– Там есть ванная! – подмигнула Айрис. – С мылом, шампунем и даже пеной! Мы разрешаем тебе пользоваться всем, что найдешь в квартире. Но только при одном условии.

– При каком?

– Ты позвонишь родителям и что-нибудь им расскажешь. Только не правду. Пусть думают, что ты уехала куда-нибудь учиться или работать, или волонтерствуешь на секретном проекте, или… Да что угодно. Так как ты несовершеннолетняя, нам нужно в том или ином виде получить согласие твоих родителей или опекунов на твою будущую деятельность.

– Да что ж такое! – простонала Франческа. – Опять я слишком маленькая, чтобы принимать самостоятельные решения! Ладно, я это сделаю. Но как вы узнаете, что мои родители дали добро?

– Все разговоры с телефона той квартиры прослушиваются и записываются, – как только Айрис это сказала, Ческа окончательно поняла, что ввязывается в крайне серьезное предприятие. По спине забегали мурашки восхищения. Она просияла и с удвоенным рвением набросилась на остатки спагетти.

Рабочая квартира оказалась однокомнатной, чистой и уютной. Находиться в такой одно удовольствие! Даже не подумаешь, что тут никто не живет постоянно.

– Не боишься остаться часа на три одна? – полюбопытствовала Айрис, запуская Ческу в жилье. – Мы будем совсем рядом, через один квартал.

– Вовсе нет, – дернула плечиком та. – Я уже давно привыкла к тому, что даже если вокруг толпа, никто не поможет против черной магии.

Инспектор отбыла на совещание. Франческа первым делом завела патефон и поставила модный фокстрот. Залезла в горячую ванну и взбила целую гору пены. Посидела в воде час с лишним, вытерлась толстым махровым полотенцем и послушала страстное танго. Почитала названия на книжных корешках – на стеллаже стояла в основном классика. Полазила по шкафам на кухне, полюбовалась упаковками круп и макарон. Как же приятно находиться среди обычных современных вещей! Она уж думала, никогда больше не увидит знакомые с детства банки с цикорием и кругляши с зубным порошком…

Телефон стоял на кухне в углу, на широком деревянном подлокотнике кресла. Франческа не помнила, какой сегодня день и дома ли ее родители. Ей повезло, мать взяла трубку после трех гудков.

– Ал-л-л-о?

– Ал-л-ло, – в тон ответила Франческа.

– Ческа? Это ты? – мать закашлялась. Не от неожиданности, а так, как кашляют при бронхите. – Прости, я приболела… Я безумно рада тебя слышать!

Безумно рада? С каких это пор сдержанная адвокат употребляет такие выражения? Ческа вытаращила глаза и порадовалась, что беседует с родительницей не при личной встрече.

– Ты… Ты уже в курсе о недавних событиях моей жизни? – девушка скрестила пальцы на свободной руке. У нее не было ни малейшего представления о том, что представители пансионата – или колдунов – наврали ее родственникам.

– Да, да! И мы очень тобой гордимся! – мать готова была захлебнуться от счастья. – Нам звонила ваша ректорша. Она сообщила, что ты успешно прошла отбор на засекреченный военный проект. Подробностей по понятным причинам разгласить не смогла. Папа сначала не поверил, что ты потянешь военную службу – а потом решил, что все-таки справишься. Так ты теперь там, да? Наверное, тебе нельзя делиться подробностями?

– Да, именно так, – отлегло у Чески. – Звоню просто сказать, что у меня все очень хорошо, я всем довольна. Мне все нравится, проект очень увлекательный и перспективный.

– Были б у меня ладоши свободны, я б зааплодировала! Знаешь, мы с папой сильно позже поняла, что ты имела в виду, когда звонила с рассказом насчет бешеной птицы.