Гувернантка на взводе, или Магия воспитания от попаданки

Глава 2

Я снова ошарашенно уставилась на свои ладони. Именно в таком положении меня и нашла мачеха

– Эли, ты идешь? Если поторопимся, то возможно сумеем получить несколько пар для тебя! Это же прекрасно! Ты перестанешь хромать! Мы найдем тебе замечательного жениха, и эти противные бальные кумушки перестанут трепаться своими ядовитыми языками! – она что-то продолжала щебетать, пока мы спускались по витой лестнице вниз. А я изучала особняк.

Красивый, изысканно украшенный панелями, резьбой, картинами, вазонами, коврами, благодаря которым наши каблуки не цокали и не раздражали слух. Все здесь дышало достатком и даже роскошью. Той непоказной дороговизной, что не бросается вроде в глаза, достаточно сдержанна, но сразу видно, единичный экземпляр, сделанный мастером и стоящий каждой потраченной монеты. И почему-то мне кажется, что особняк обставляла не Виэтта. Она ни как не ассоциируется у меня вот с этой строгостью, элегантностью и выдержанностью. Мачеха прекрасна, но легкомысленна, она выбрала бы что-то более броское.

Дворецкий, стройный темноволосый мужчина лет пятидесяти, открыл перед нами дверь, склонив голову. Я успела ему улыбнуться… И посчитала это важным. Будто сработала память тела, словно оно всегда так делало. А потом застыла, увидев открывшуюся передо мной картину.

Вдоль дорожки, неширокой – метра три в ширину, вымощенной плиточным камнем, тянулись ровно постриженные кусты роз. За ними по обе стороны рос также ровно постриженный газон, кое-где спрятавшийся в тени деревьев. А шагах в пятидесяти дорожка упиралась в кованую калитку. За ней нас уже ожидало самое настоящее ландо, запряженное парой гнедых коней.

До своего транспорта я еле доковыляла. Мысленно ругая непутевого сапожника, родителя и хозяйку тела, не додумавшихся до такой элементарной приспособы, как платформа. Кучер моментально спрыгнул со своего места и подал каждой из нас руку, помогая забраться в ландо. А потом вернулся на свое место, вскинул, как дирижер, руками, и мы тронулись с места.

К моему удивлению, дороги оказались относительно ровными, а достаточно мягкая сидушка компенсировала большинство кочек. И до обувной мастерской я доехала без желания освободить желудок.

Спуститься на мостовую нам с Ви тоже помог кучер и, сказав, что будет ждать на площади чуть дальше, отъехал. А мы зашли в здание с небольшой вывеской «Мастерская де Шуза» и нарисованной туфелькой.

Светлое помещение с разнообразными вариантами обуви, нарисованными или уже готовыми, размещенными на стенах, вперемешку с образцами кожи и ткани, меня покорило. По сути, очень удобно сделано. Можно сразу выбрать модель и из чего она будет сделана. Но сейчас я держала в руках большую сумку, в которой лежало три моих собственных пары. Шить новые – долго, а вот скорректировать старые… Возможно намного быстрее.

– Леди Дэлвейн, доброго дня! Чем я могу вам помочь? – к нам навстречу вышел мужчина, годящийся мне в прадедушки. Я на секунду даже задумалась, как он вообще держится на ногах.

– Господин де Шуз! Приветствую, – слово сразу взяла Ви. Вероятно, предыдущая Ирэлин предпочитала молчать и не отсвечивать. – Моей падчерице нужно справить обувь. Но не как обычно, а с платформой для одной ноги!

– Что сделать? – прищурился старик и с сомнением посмотрел на меня. – Платформа нынче не в моде, засмеют девицу, – фыркнул он. И тогда я решила взять дело в свои руки.

– Господин, вы, кажется, не поняли. Мне нужно исправить обувь так, чтобы она мне подходила. Мы же всегда заказываем ее у вас? – я взяла интонацию, которую обычно использовала при детях, чтобы поставить на место старшеклассников, любящих «поприкалывать малышню».

– Да, леди, ваш батюшка никому ваши ноги кроме меня не доверял, – гордо произнес обувщик.

– И, видимо, зря, – сбила я с него спесь одной фразой. – Если вы не удосужились сделать эту обувь для меня удобной, значит, со своей работой вы не справились.

– Но позвольте, я же не лекарь, чтобы исправить ваш дефект! – воскликнул он и резко осекся, понимая, что сказал нечто неприличное. Такое в глаза здесь упоминать не принято. Перешептываться за спиной… Да. А вот сказать в лицо… Да вы что, как можно. – Простите меня, леди, – тут из подсобки вышел парень лет восемнадцати, он держал в руках туфлю и явно имел вопрос к владельцу лавки, но постеснялся спросить.

– Ваш подмастерье? – уточнила я. И получила подтверждающий кивок в ответ. – Молодой человек, есть три пары обуви, в каждой нужно добавить платформу на левую ногу. За сколько времени справитесь?

– Марк, леди, к вашим услугам, – парень поклонился. – Замер высоты платформы займет пару мгновений, выточка нужного размера платформ минут тридцать, плюс склейка, еще час.

– Приступай, – царственно кивнула я, присела на диванчик, сняла ботиночки и взошла на небольшой подиум перед зеркалом. А потом совершила, наверное, немыслимое по местным меркам… Приподняла подол почти по колено. Старик отвернулся, а парень закрыл глаза. – Марк, вот так ты точно ничего измерить не сможешь. Давай уже, обувщик что лекарь, ему и женские ноги видеть не зазорно.

– Как скажете, леди, – он вдруг широко улыбнулся, а потом схватил какой-то толстый, но мягкий материал, положил его в поддон, и подсунул мне под левую ногу. – Вставайте ровно, так, чтобы вам было комфортно, а вес распределялся на обе ноги равномерно, – какой воспитанный и умный парень. – Прекрасно, – а теперь позвольте, – он помог мне перебраться на диванчик и, подхватив уже четыре пары обуви, скрылся в подсобке. Оставив при этом босой, и с недовольным и мной, и его действиями, стариком. Правда, тот старался свое недовольство скрыть и пообещал, что за переделку он не потребует платы. Тут уже возразила я, сказав, что труд Марка должен оплачиваться в любом случае. И в ожидании мы с Ви устроились на диване.

Подмастерье не обманул, через полтора часа я уже бодро шагала по мостовой совершенно не хромая. Вернее, первые метров десять было я то спотыкалась, то прихрамывала. Но после приноровилась, в итоге ходить в такой корректирующей обуви оказалось намного комфортнее, чем ковылять в обычной.