Гувернантка на взводе, или Магия воспитания от попаданки

Глава 3

Как я поняла, девушки были знакомы с поверенным. Может быть и не очень близко, но знакомы. Он извинился, что не подошел на самих похоронах, но не хотел беспокоить делами в такой день.

– В вас что-то изменилось, Ваше Сиятельство, – обратился он ко мне. – Благополучны ли вы после срыва?

– Благодарю, – кивнула я. Опираться на его руку оказалось удобно. Все же брусчатка не идеально ровная, а обувь у меня специфическая. – Вы, наверное, заметили уменьшившуюся хромоту. А в остальном я все та же, уверяю вас, – снаружи уж точно. – Единственное, что поведение графа Фаэдри оставляет желать лучшего. И как с таким неприятным человеком кто-то может вести дела? И почему мой батюшка к нему обратился?

– Вы же знаете, контактов с Хоупвеллом мало, слишком долгий путь по громовому морю. Туда плывут лишь отважные моряки, знающие, когда вода успокаивается на каких участках. Таких мало и услуги их дороги. Никто не хотел давать средств его сиятельству, даже зная, что если ему все удастся, то прибыль будет баснословная. И маги в Хоупвелле есть, но в основном среди жрецов, а те считают месторождение айрелиума порождением тьмы, ведь он всегда в темных оттенках. Да и вестник так далеко не каждый одаренный сможет отправить… И оттуда. Фаэдри же предложил свои деньги, и даже больше, но в обмен на земли и никак иначе. Его сиятельство решил рискнуть, хотя я и старался его отговорить. И давайте все же обсудим дела в ресторации, там есть возможность сделать это без лишних ушей.

Ресторация выглядела прилично: большой зал со столиками, отгороженными друг от друга невысокими заборчиками с цветами. Между ними сновали вышколенные официанты в одинаковой форме. В воздухе витал приятный ненавязчивый цветочный аромат. А от огромных окон под потолок и от странных осветительных приборов, висящих в воздухе и не имеющих ни проводов, ни ламп было много света

Нас же проводили на второй этаж в отдельный кабинет и подали меню, уставившись в которое и задумалась сразу о нескольких вещах… Во-первых, я не понимала более половины из написанного, названия блюд мне были не знакомы, а во-вторых, непонятно было, как за все это потом заплатить…

– Эли, милая, – словно поняла мою нерешительность мачеха. – Тебе, наверное, после сегодняшнего инцидента нужно что-нибудь одновременно и легкое, и сытное… Овощи с рыбой? И какой-нибудь творожный десерт? – я, опустив свое меню, посмотрела на нее и кивнула. – Тогда возьми севиче¹, ривель² и творожное суфле, – воскликнула она.

– Спасибо, Ви, за рекомендацию. Это то, что нужно, – я нашла названные блюда в списке, и указала на них пришедшему официанту. А в конце заказа уже сам поверенный добавил несколько напитков, о которых мы совершенно забыли.

Дверь закрылась, и он повернул небольшую фигурку то ли собачки, то ли лиса, к нам хвостом.

– Что же, у нас есть минут пятнадцать до первых блюд. Предлагаю начать разговор, – улыбнулся мужчина. – Мои услуги на ближайший год оплачены вперед, поэтому я считаю своим долгом помочь вам обеим, леди, – что же, это много объясняет. – Если честно, меня несколько смущает история с пропажей кораблей в обоих случаях…

Тут поверенный пустился в пространные объяснения, почему у него не спокойно на сердце, и вообще не нравится ему вся эта ситуация с обеими экспедициями. Причем говорил он так долго, что Ви успела украдкой зевнуть несколько раз, а нам принесли первую смену блюд. Передо мной поставили непрозрачный бульон с курино-картофельным вкусом и небольшой домашней лапшой. Ну как лапшой, я бы назвала это птитимом. Достаточно легко и вкусно, спасибо мачехе за подсказку.

Сама Ви взяла себе что-то явно сливочное, и это очень подходило под ее образ. А наш спутник ел натуральные щи! Со сметаной! И, кажется, был чертовски доволен.

– И как нам разобраться в этом деле? – вернула я его от утоления голода к «нашим баранам».

– Я сам постараюсь найти все концы… А вам остается лишь держаться и не падать духом. И возможно, постараться содержать сейчас себя самостоятельно. Его сиятельство имел немного средств на счетах, как на своих, так и на ваших, но я не знаю, как надолго их хватит… И как быстро разрешиться поиск кораблей, и разрешится ли вовсе, – взгляд у него стал грустный и очень сочувствующий. Так не сыграть, он нас реально жалел.

– Какой кошмар! – всхлипнула Ви. – Хотя… Возможно меня возьмут обратно в театр? Играть уж вряд ли, я не хочу так позорить имя Эдмунда. Но управляющей или помощнице управляющего точно. Все же, я немало спонсировала постановок, это так просто не забывается. Но плата там невысока, а дом наш нужно содержать… Да и Эли, ты же у меня девица на выданье… Тебе нужно приданное!

– Брось, Ви, какое приданное? Кто сейчас возьмет меня замуж? Явно не тот, кем был бы доволен папенька, – я уже поняла, что среди высшего света не считаюсь красавицей, хоть и миловидная, но хромая. А теперь и без родовых земель, так себе партия. – Я бы тоже пошла работать. Но кем?

– У вас прекрасное образование, леди. Да, дар скромный, хотя по силе срыва и не скажешь, вы знатно приложили щиты гостей, и повалили несколько деревьев в «месте покоя», чем немало удивили магистра Тронея. Он едва успел спасти урну вашего батюшки.

– Надеюсь, он простил меня? Я не по злому умыслу и не специально…

– Не беспокойтесь, я все уладил… Только вот отправить прах его сиятельство в родовое поместье не получится теперь… Я оставил его в особняке, вашему дворецкому.

– Спасибо вам, господин Вермон, – мачеха так посмотрела на мужчину, что тот почувствовал себя неловко. Он передернул плечами и опустил глаза. Адвокат, который стесняется, это нонсенс. Причем, моя родственница не имела в виду своим взглядом ничего такого, двусмысленного. Но… Благодарность и восхищение в нем так и сквозили. Она позвонила в колокольчик, и вскоре пришли два официанта, один унес грязную посуду, второй принес следующие блюда и напитки. Передо мной очутилась тарелка с разными морскими гадами, и тонко нарезанной красной рыбой в окружении сладкого перца, помидоров и чего-то сильно напоминающего авокадо. В стакане же, предназначенном для меня, оказалась обычная минеральная вода с парой долек апельсина и ягодками черной смородины.