Гувернантка на взводе, или Магия воспитания от попаданки

Глава 9

Меня устроили в удобном кресле-троне с пуфиком подножкой возле окна, рядом с небольшим столиком. Напротив располагалось еще одно такое кресло, но сейчас оно пустовало.

Поезд, или как тут его называли, тренотель, тронулся, и я помахала утирающей слезы Виэтте, а потом показала кулак ухмыляющемуся Маркусу и улыбнулась поверенному. Почему-то я верила, что он позаботиться о Ви, приглядит за ней. Эх, за мной бы кто приглядел…

Мой багаж устроился в специальном контейнере, что располагался рядом с креслом. Я вытащила из мешка с едой бутерброд с мясом и бутылку с водой. Интересно, кто из девочек накромсал мне такое количество этих сэндвичей? Не знаю, но безумно приятно. Очень пригодятся, если понадобится использовать дар. Хотя надеюсь… Не понадобится.

Некоторое время я смотрела в окно, но городской пейзаж быстро сменился на лесной. А потом и вовсе небо затянули тучи, и за окном стало мрачно. Здесь же горел яркий свет, и я достала ту самую тетрадь, в которой нашла заклинания облегчения и уменьшения. Пока окончательно не стемнело и мои редкие спутники не задремали, можно почитать.

Мысли с ровных строчек плавно свернули на прошлую жизнь. Стало грустно, что я не увижу, как выпустятся мои ребята, какими они станут. С другой стороны… Я вдруг поняла, что там, максимум, что я могу сделать, так это давать кроху знаний и заполнять бесконечные бумаги. Сколько бы я еще продержалась в школе? Год, два, десять? И что… Что дальше?

Жизнь на Земле неожиданно показалась мне какой-то бесцельной. Словно я и не жила вовсе. А тут… Тут я должна спасти наследство, нести ответственность за Ви… И воспитать чужую девочку, которой сейчас явно непросто. Она потеряла мать. Может поэтому я здесь? Чтобы у моего существования появился смысл?

Я смотрела в тетрадь, и так погрузилась в размышления, что не заметила, как стемнело на улице. А тренотель вдруг остановился. Потерев глаза, я все же оторвалась от записей и поглядела в окно. В свете редких фонарей под навесом прятался от дождя небольшой перрон. Несколько людей прошли мимо, судя по тому, что они были ко мне спиной, это чьи-то провожающие. Ничего интересного больше за окном не было, поэтому я подцепила очередной бутерброд и снова погрузилась в чтение. Уж больно интересные у девочки были выкладки по всяким бытовым вопросам. Так понимаю, даром она реально обладала не великим и потому раскладывала какие-то объемные вещи на много маленьких, благодаря чему делать могла многое, которое, по сути, у нее не совсем должно было получаться. Вот сейчас, например, я утоляла свое любопытство по поводу сушки волос. Да, здесь существовали артефакты, заменяющие фен… Но я же маг, и будет странно, если кто-то обнаружит, что я тем артефактом пользуюсь. А тут еще и есть отдельное, чтобы волосы выпрямлялись, как после утюжка, или завивались, как от бигуди или плойки. Даже для разного диаметра локонов разные заклинания и уровни приложения силы. Единственное, что меня смущало, так это практика. Лысой или с ожогом остаться не хотелось, а тренироваться на ком-то совсем не гуманно. Разве, что этот человек заслужит?

Послышался какой-то шум, и я, на автомате повторяя слова из тетради, подняла голову. В вагон вошла девушка. Если судить по платью и наличествующим скромным, но все же украшениям, не из простых. С другой стороны, дорогие драгоценности в поезд наденет только полная дура, а вряд ли такую бы отправили в поезде одну.

Девушка была красива, как ангел. Она обладала тем же типажом, что и мачеха. Настолько светло-русая, что я бы назвала ее блондинкой, с голубыми глазами, хорошо очерченными пухлыми губами и хорошей фигурой, да, не такой «богатой», как у Ви, но очень приятной взгляду. Ее дорожное платье, как и волосы, было мокрым насквозь, и настроения это девушки явно не поднимало. Причем она не кривила рот от недовольства, а скорее надувала нижнюю губу, как ребенок от обиды.

Пока я ее изучала, девушка утерла воду с лица и направилась к креслу, что стояло напротив меня.

– Добрый вечер, ну и погодка, не правда ли? – она измученно улыбнулась, приветствуя. А я подумала, что ей крайне неприятно сейчас, наверное. И холодно… И мой язык оказался быстрее моего ума…

– Сикум ленитер, – сказала я вместо «здравствуйте», и машинально добавила внутренний посыл. – Твою ж орфограмму…

На несколько секунд попутчицу заволокло густым туманом, и я хотела зажмурить глаза, но почему-то посмотрела на отпавшую челюсть проводника, который вкатывал багаж девушки. А она ойкнула, и туман развеялся так же быстро, как и появился, оставив ее целую и невредимую, а главное, совершенно сухую на месте.

– Ох, как я вам благодарна! – ее глаза смотрели на меня с таким восторгом, что стало неловко. – Клементина Дарренфелл. Леди Клементина Дарренфелл.

– Всегда, пожалуйста, – кивнула я ей. – Леди Дэлвейн, Ирэлин Дэлвейн, – она, обрадованная, грациозно присела на кресло и попросила принести ей горячего чая.

– Как же прекрасно, что у меня в спутницах такая замечательная леди, а не какой-нибудь престарелый лорд, или, упаси стихии, маклер, – легкий смешок стих, не найдя у меня поддержки. А я, если честно, просто не знала, как реагировать на эту светскую болтовню.

– Взаимно, – обижать своего «подопытного кролика» мне показалось бессовестно и, улыбнувшись, я добавила, – две леди всегда найдут общий язык.

– Ах, как точно вы подметили! – глаза девушки загорелись, а у меня проскользнула мысль, не ошиблась ли я? Может, не стоило быть слишком приветливой? – И наконец-то я смогу сказать маменьке, что в моем возрасте путешествовать одной не зазорно. На такие короткие расстояния, да еще и безопасном тренотеле. И что я не одна такая!

– Я бы и рада вас поддержать, но, к сожалению, мое путешествие имеет вынужденный характер. А опасность леди может подстерегать где угодно. Даже в собственном доме, – во мне проснулся ответственный взрослый. Но попутчица понял все немного не правильно.

– Простите, я задела вас за живое… Не хотела, – она сложила ладони лодочкой и подалась вперед. Мне же оставалось лишь тяжело вздохнуть.