Гувернантка в драконьем поместье

Глава 5

Трейсил

Я влетела в свою каморку, едва не сбив горничную, которая успела отшатнуться в последний момент и таки не пролила воду из кувшина. Видя, что я вовсе не в настроении любезничать, она оставила свою ношу возле таза и спешно удалилась.

Все еще вне себя от гнева я умыла лицо в попытке хоть немного успокоиться, и, пару раз глубоко вдохнув, почувствовала, что наконец начинаю приходить в себя и соображать.

Нет, но каков подлец! Так напасть на беззащитную женщину! Конечно, я не леди, а безродные по меркам драконов мало стоят, но я все-таки обучаю его младшую сестру. Подумал бы хоть о том, как объяснит ей мой обгоревший труп.

Вспомнив еще раз хорошенько все, что произошло на поляне, я в шоке опустилась на кровать.

Чугун! Я управляла чугуном! Но почему? В годы, когда магия выходила из-под контроля, я много с ней экспериментировала — очень уж было любопытно, да и чего уж — приятно осознавать, что я на что-то способна. И пусть серебро, созданное мной, начинало исчезать, как только лишалось магической подпитки, но вещи из реального металла, форму которых мне удавалось изменить, оставались такими, какими их сделала я. Это работало только с мягкими сплавами, чугунную решетку я пыталась погнуть лишь раз — безуспешно. Я даже не почувствовала ее, как ощущала более легкие металлы. Что же произошло? Не могла ведь моя магия выйти из-под контроля?

А даже если и так, то Келбер наверняка решил, будто я скрываю от него свои способности. Час от часу не легче, и как ему объяснить, что я ни в чем не виновата?! Не поверит же, что бы я ни говорила.

Осознав, что мне здесь надолго не задержаться, я спрятала лицо в ладони, стараясь не зареветь. В этот момент вспомнилось внимательное лицо Райана, подпаленный воротник его рубашки… Подпаленный! Неужели в тот момент он тоже перестал контролировать свои силы? Но тогда я совершенно ничего не понимаю. Ни разу не слышала, чтобы взрослые обученные маги не справлялись с родной стихией.

Немного подумав, я решила, что можно попытаться воспользоваться библиотекой Келбера — если здесь, конечно, есть хоть какие-то книги. По крайней мере, читать он мне не запрещал. Даже хотела разыскать горничную и спросить, перевозил ли герцог что-нибудь из печатных изданий — желательно новых, но служанка сама постучалась в дверь.

— Что случилось? — по ее встревоженному лицу я сразу поняла, что что-то не в порядке.

— Горничная леди Луизы просила вас прийти, — будничную, казалось бы, новость она сообщала с таким видом, будто мне предстоит подняться на эшафот. Заметив, что я все еще смотрю на нее в недоумении, ожидая разъяснений, она шагнула ко мне ближе и шепотом добавила. — Юная госпожа отказывается разговаривать, не реагирует ни на кого и ни на что, не хочет переодеваться, только смотрит на свою куклу и все. Если Его Светлость увидит ее в таком состоянии, нам всем несдобровать. Сделайте что-нибудь, пожалуйста!

Я от удивления и легкого испуга не нашлась, что ответить, и только кивнула.

— Веди, — попросила на всякий случай, так как еще не слишком хорошо запомнила местные коридоры.

Вместе мы быстро добрались до комнаты Луизы, личная служанка которой встретила меня с таким же испуганным взглядом.

— Прошу вас, мисс, — дрожащими губами сказала она, и судя по тому, как от слез блестели глаза, пугал ее вовсе не гнев хозяина, а состояние самой малышки. — Я не понимаю, что произошло. После того, как вы отправились с Его Светлостью на задний двор, она вернулась в комнату и вот…

Служанка указала в дальний угол. Луиза сидела там, вжавшись спиной в разбросанные подушки, прижимала к груди свою маленькой подругу Лили и смотрела в одну точку пустыми глазами.

— Луиза, — тихо позвала я, медленно подходя ближе.

Малышка даже головы не повернула. Растрепанные волосы болтались перед самым лицом, нависали на нос. Я бы уже чихнула на ее месте, но девочка будто и вовсе не замечала неудобств. Ни съехавшее платье, ни задранный рукав, резинка на котором, должно быть, слишком сильно впивалась в кожу, ни неудобная поза не могли заставить ее даже пошевелиться.

На мгновение меня парализовал испуг, но в следующее я уже сидела на полу рядом с малышкой. В отличие от драконов, магической фон и действие заклинаний я считывать не умела, но, проведя рукой по щеке Луизы, не почувствовала ничего необычного.

— Мы пытались ее и уговаривать, и силой поднять, и сладости приносили, — служанка указала на пастилу под клубничным джемом, которая стояла на комоде. — И ничего.

— Приведите герцога, — тихо, без суеты и паники в голосе, велела я.

Боялась, что прислуга не станет меня слушать — кто я им, в конце концов? Даже не гостья, считай, тоже служанка. Но то ли мой уверенный голос, то ли момент — что-то на них подействовало, и они обе ринулись к дверям.

Я же вновь повернулась к Луизе. Как только шаги служанок затихли в глубине коридора, она обратила на меня невидящий взгляд, в котором отражалась такая боль, что у меня перехватило дыхание.

— Она сгорела, — просипела Луиза одними губами.

— Кто сгорел, милая? — касаясь руки малышки, спросила я и придвинулась еще ближе.

— Мама.

Одно короткое слово, но в груди все будто оборвалось, слезы сами собой навернулись на глаза. Бедная малышка!

Я притянула Луизу к себе, аккуратно обняла. Она уткнулась носом в мое плечо и начала мелко вздрагивать. Я поглаживала маленькую леди по волосам и спине, шептала что-то успокаивающее, но мысли мои занимали все новые и новые вопросы.

Луиза как будто вспомнила о смерти матери только сейчас, но Келбер взял над ней опеку около полугода назад. Почему так? Связаны ли попытки малышки блокировать выброс своих сил с той давней историей? И если да, то как? И почему печаль охватила ее именно сегодня?

Я очнулась, когда чья-то сильная рука схватила меня за плечо и отбросила назад. Я откатилась по ковру, больно ударившись о стенку комода. Когда подняла глаза, от Луизы меня отгораживала широкая спина Келбера.