Herz in Flammen

Глава 4. Загадок становится всё больше

Утренний туман обволакивал Суну. Только-только вышедшее из-за горизонта солнце ещё не успело достаточно согреть землю, а потому воздух был по-ночному холодный.

Но в доме Казекаге уже кипела работа. Пятый как всегда встал раньше всех в деревне, несмотря на то, что сегодня был единственный его выходной — воскресенье. Да и его воспитанники, несмотря на ночные приключения проснулись также, и теперь каждый занимались своими делами. Режим есть режим, и нарушать его никто был не намерен.

Коноховскую компанию добудиться удалось с трудом. И если Химавари, пусть и неохотно, но встала, то Боруто не получалось даже растрясти, настолько у того был крепкий сон. Шинки какое-то время даже хотел, пока Узумаки в отключке попрактиковать на нем мягкий захват, но увидев реакцию сокомандников на эту идею, решил так не поступать.

Химавари чувствовала себя ещё более разбитой, глядя на бодро что-то делающих суновцев. И как они только умудрились выспаться?

Голова у девушки гудела, а разум был такой мутный, будто пил не Боруто, а она. Но она сразу же очнулась, как только услышала тихое обращение к себе Пятого Казекаге:

— Доброе утро, Химавари.

— Доброе, Гаара-сама… — неуверенно поздоровалась в ответ девушка.

— Я хотел поговорить о цели твоего визита в Суну. Когда бы ты хотела начать тренировки? Тебе было бы удобно сегодня вечером?

— Да, удобно. А что будет? — Химавари нервно сжала край футболки. Почему-то её очень напрягала подобная неизвестность. Тем более, от Пятого можно было ожидать чего-то необычного.

— Узнаешь, Химавари. Думаю, это тебя удивит. — и Гаара тепло улыбнулся, глядя прямо в пронзительные синие глаза девушки. — И да, оденься полегче. Можешь даже не в форму.

— Хорошо. — тихо произнесла Химавари, глядя на то, как Гаара вежливо прощается и уходит.

И девушка, решив, что завтракать ей уже не хочется, отправилась осматривать дом. Первый этаж она уже видела, а потому без сомнений отправилась на второй, больше используемый как кладовая этаж. Тут была лишь одна жилая комната, которую с гордостью забрал себе Боруто. А ещё здесь вроде как раньше обитал Шинки, потом переселившийся поближе к Арае.

Химавари про себя отметила, что даже более незначительный, нежели первый второй этаж сделан как следует. И покрашен тоже хорошо, в приятный такой голубоватый оттенок, в котором прошаренная в цветах девушка быстро узнала кобальтовый.

А потом Химавари заметила около одной из дверей, ныне кладовой какой-то орнамент. Девушка наклонилась, пристально вглядываясь в узор, так и пляшущий по стене. Но он не сильно привлекал внимание из-за своего синего цвета, сливающегося со стеной.

Интересно, кто это нарисовал. — задумалась Химавари, проводя пальчиком прямо по линии узора. — Вроде как, никто из воспитанников Гаары-самы творчеством не занимается. А уж взрослые — тем более.

— Хима!

Девушка резко обернулась на зов. Тихий голос Боруто не узнать было невозможно, ведь по ее предположениям, в Конохе только брат умел так орать шепотом. Вот и теперь взывал он еле слышно, но довольно истошно.

Химавари заметила, что из комнаты Нары высовываются брат и его лучший друг, и оба старательно жестами пытаются приманить ее к себе. Решив, что к их странностям ей не привыкать, девушка зашла.

И тут же оказалась втянута в такое расследование, о котором и подумать не могла. Боруто вместе с Шикадаем сидели на полу, пригласив опуститься и Химавари. Оба выглядели довольно помотанными, но с горящими энтузиазмом глазами.

Такой задор появлялся каждый раз, когда друзья выдумывали какую-нибудь новую, по их мнению гениальную идею. И тут же, несмотря на вялые возражения Шикарная бросались ее выполнять. Обычно, конечно, Иноджин тоже таскался с ними. И Боруто, не желая терять третьего в их дружбе уже довольно расторопно хотел отправить Яманаке письмо с приглашением. Да и Сараде тоже, чего уж ей торчать там.

Разве что Пятый вряд ли бы согласился на такое. Ему и трёх шебутных коноховцев хватало выше крыши, куда ещё.

В общем, Химавари уже подозревала, что в тандеме Узумаки и Нары зародилась новая идея. И она не прогадала.

Шикадай начал вводить ее в курс дела сразу же:

— Химавари, ты наверное знаешь, почему я тут. — дождавшись утвердительного кивка девушки он продолжил. — Так вот, а подробностей никто не знает. Что за миссия там…

— Да че ты тянешь! — и Боруто, перебив Шикадая, зататароторил сам. — Хим, помоги, а! Надо узнать, что там скрывают. Все ж в курсе кроме нас, вот гадство-то!

— А как я в этом помогу? — совсем оторопела от такого напора Химавари.

— Письмо перехватить надо, скажи, Шикадай! — и Боруто ткнул пальцем в сторону друга для пущего авторитета. — А нас Пятый же не подпустит, он теперь нам вообще не доверяет.

— Нет, — слишком резко, даже для себя отрезала Химавари. — я одна не буду. А вдруг поймают?

Идея эта сразу же вызвала у девушки довольно противоречивые чувства. Да, любопытство брало вверх, и она бы с радостью присоединилась к такому приключению. Все же интересно, по какой такой причине Шикадай теперь вынужден сидеть в Песке.

Но с другой стороны — в Суне другие порядки и законы. И снова разочаровывать Пятого в коноховском воспитании Химавари отчаянно не хотелось. Ещё доложит в Лист, что они тут всяким бредом занимаются.

Но да, одна бы письма она перехватывать не стала. Поймают — и не поверят ведь, что не ее это идея. И накажут ни кого-нибудь, а Химавари. Да ещё и доверие Пятого по отношению к ней окончательно начнет трещать по швам.

— Ох, ну тогда вместе. Давайте, что ли? — взял слово молчавший до этого Шикадай. — Примерный план у меня есть.

И только после возгласа Боруто «Так выкладывай!» Нара начал свой рассказ. А план его заключался вот в чём:

Химавари должна была выполнять небольшую, но важную роль наблюдателя и помощника. Ведь ей, по словам Шикадая, доверяли больше всего.

А потом девушка должна была проследить, когда Пятый пошлет свое письмо родителям Шикадая. И подать сигнал ждущим где-нибудь неподалёку друзьям.