И через три тысячи лет они будут поклоняться кошкам

Часть 6. Финал

Мерси проснулась на рассвете от странных звуков. Кричал петух. Блеяли овцы. Орала ослица. Именно ослица, она всегда орет по утрам. Мозг воспринимал звуки, как знакомые, но и непривычные одновременно, хотя с расшифровкой и пониманием того, кому они принадлежали, не были проблем. 

Девушка села на кровати. Жестко. Тело болело. Кажется, она спала на чем-то вроде соломы, похожим на стебли бамбука. Узкая маленькая комната, стены из камней, обмазанные изнутри чем-то белым, вроде извести. В комнате только кровать, на полу стоит какая-то утрварь, вроде тарелок и кружек. Больше ничего. Рядом дверной проем без двери. 

Мерси встала, разгладила на себе тонкую тунику, решила, что выглядит достаточно прилично, чтобы выйти из помещения. С трудом заставляя тело передвигаться и держать баланс, чтобы не упасть, держась за стену, девушка вышла через дверной проем во двор.

Занимался рассвет. На улице было прохладно, но той особенной прохладой южного климата, которая обещает скорую жару с приходом солнца. Утренний бриз нёс влажность с вод Нила к морю, делая воздух насыщенным и ароматным. Щебетали птицы. Орал домашний скот (Сэт бы побрал эту вздорную ослицу!), квохтали куры и шумела другая домашняя птица в сарае. Где-то мяукала кошка своим котятам, совсем близко, судя по звуку…

Мяуканье резко вывело Мерси из блаженного созерцания живой природы. Девушка ощупала тело. Жива. В сознании. Одна. Где?? Неужели это… Древний Египет??

-Мерт! Слава Богине, ты встала!

Мерси повернулась на голос и узнала говорящую - одна из младших жриц. Значит, она сейчас на территории храма.  Бытовые навыки, личные воспоминания, язык - всё это полностью отобразилось в сознании Мерси, как будто вошло из памяти тела и мозга в новую личность. 

-Мы нашли тебя грязную, с ожогами и без сознания. Половину лунного цикла ты не приходила в себя, Великая Жрица уже боялась, ты не вернёшься. Слава Бастет, ты жива! Я скорее побегу за Великой Жрицей, а ты пока присядь, попей воды, я только что принесла свежей!

Добрая девушка убежала. Мерси, так и не вспомнила её имени. Присела прямо на землю. Не столько от телесной немощи (хотя и она тоже имелась), сколько под тяжестью новых ощущений и впечатлений. 

Значит, у Мерит всё-таки получилось. Это её шаманство, молитва или как его там. Жалко, не успели попрощаться, да и узнать друг друга получше за эти две недели. Хотя, куда уж лучше - сперва делили одно тело, а теперь Мерси досталось тело Мерит. Кстати, молодое, крепкое, сильное, несмотря на пережитый травматический опыт, словно налитое жизнью. Мерси пошевелила пальцами на руках и на ногах. Да, необычное ощущение. Это тебе не новая одежда. Девушка встала, с наслаждением  ощущая босыми ногами землю, холодную после ночи, но такую по-живому упругую, неровную. Да и тело Мерит, немного суховатое, подтянутое, жилистое, словно пружинило: несмотря на две недели без движения, укреплённые постоянной работой на свежем воздухе мышцы не успели сильно ослабеть. «Неделька пилатеса и йоги - и тонус вернётся окончательно», - подумала Мерси и спохватилась. Память и навыки из будущего тоже сохранились, это хорошо. Но вряд ли здесь знают, что такое йога, надо быть аккуратнее. 

Почему-то Мерси ощущала, что в теле эту Мерит эту жизнь здесь, в Египте, она теперь проживёт до конца. Обратной дороги нет. Впрочем, не сильно-то она и хотела бы обратную дорогу. Скажем прямо, возвращаться в Космосис не хотелось совсем. Жизнь в Древнем Египте уже казалась Мерси намного желаннее, ярче, натуральнее и ощущалась гораздо теплее, ближе и роднее, чем в высокотехнологичном, якобы безопасном, но на самом деле полном отчуждения и ограничений Космосисе. «Интересно только, как там дела у Мерит? Надеюсь, у неё всё хорошо и она также наслаждается своим выбором, как я - своим. Не знаю, как то, что произошло с нами, вообще возможно, но это, воистину, лучшее, что я могла бы себе пожелать. Слава Бастет! Ну или кто там у них в пантеоне всё это замутил».

-Асенат! Мерит! Банафрит! - услышала Мерси. «Точно! Теперь надо привыкнуть к своему новому имени!» - отметила про себя девушка и обернулась. Через весь двор к ней торопливо шла Великая Жрица.

-Моя девочка, встань, я обниму тебя! Я так волновалась! Бастет хранит тебя! - Мерси послушно встала и позволила зрелой женщине себя обнять, отмечая про себя, как приятны объятия человека, который тебя любит. Почти как социальная няня в детстве, давно забытое, тёплое чувство. Даже теплее. Поскольку Мерси никогда не знала родной матери, вкус родительской любви был ей не знаком. Как и в целом телесные контакты, помимо сексуальных. Но память тела Мерит подсказывала, как это здорово, когда тебя обнимает любящий человек, отправляя эндорфины в мозг и заставляя сознание Мерси замирать от новых потрясающих ощущений. «Вот она какая - настоящая жизнь, - думала девушка, - что же будет, когда меня обнимут собственные дети? Только ради одного этого уже стоит жить, дорожить и восхищаться собственной жизнью».

А Жрица тем временем говорила:

-Рахотепа убили. Убили бы и тебя, если бы не Рашида. Но и она смогла лишь развязать твои узлы и бросить к тебе кошку, чтобы помогла найти тайный выход. Рашиду тоже убили, она умерла на моих руках. Жрецы Ра готовили переворот, Рахотеп успел предупредить нас посланием. Но мы прибыли слишком поздно. Они успели убить всех жриц и жрецов, кто служил тогда в храме. Я боялась, что и тебя. Всех моих воспитанниц убили. А ты исчезла на весь кровавый день, потом, перед ночью, внезапно вышла на скотный двор, упала без сознания. Душа твоя ушла куда-то, заблудилась. Я боялась, тело умрет, не дождавшись твоего возвращения. Но ты вернулась! Слава Бастет! Богиня Хранит тебя!

Мерси слушала Великую Жрицу и на глазах у неё выступали слёзы:

-Теперь всё хорошо. Теперь я вернулась. Как дети? Как чёрная Бастет? Как её котята?