И этим все сказано!..

Часть 2. Техникум. Глава 3.

Инга.

Но на втором курсе, с самых же первых дней учебы, все, казалось бы, давно уже позабытые и даже похороненные в глубинах памяти чувства возвратились вновь. Да еще и сторицей.

Этот учебный год стал для меня практически полным повторением предыдущего. Снова вернулась та же беготня по этажам и коридорам в компании еще какой-нибудь тайно влюбленной девчонки, тоже не находящей в себе сил во всем признаться своему избраннику. Чаще всего это была все та же Таня, с которой нас объединяли общие интересы, - но иногда я для разнообразия - и в наивной попытке не слишком примелькаться - прихватывала с собой кого-нибудь другого. Опять стали актуальны те же прогулки на переменах с независимым видом около кабинетов, в которых занимались понравившиеся нам мальчики. Опять проснулись все те же надежды… По-прежнему несбыточные надежды, как ни печально было это осознавать…

За прошедшее лето Анатолий почти не изменился. Только чуть повзрослел, возмужал и с виду стал еще больше похож на Тимура. Признаюсь, я боялась даже самой себе до конца признаться в том, что он так сильно нравится мне именно по этой причине. Но, в то же время, я прекрасно осознавала в душе, что влюблена вовсе даже и не в Анатолия, как такового. Я любила Тимура в нем.

Поскольку оригинал был мне недоступен, я желала получить хотя бы его копию. Но даже это мне пока никак не удавалось.

Да, я прекрасно понимала, насколько все это глупо и нелепо. Но ничего не могла с собой поделать. Да и не хотела, - если уж говорить начистоту.

В техникуме я, кстати, пользовалась успехом. А почему бы и нет?.. Без ложной скромности можно было сказать, что меня считали красивой девушкой, - к тому же, неглупой и остроумной. А много ли надо, чтобы привлечь внимание мальчиков?.. При этом я не отдавала явного предпочтения ни одному из ребят, - поскольку о моем увлечении Анатолием не догадывался никто. Кроме, возможно, его самого, - да и то, вряд ли… Многие мальчики пытались ухаживать за мной, но любые знаки внимания с их стороны я принимала вежливо и совершенно равнодушно. Хотя эти другие ребята были, зачастую, гораздо привлекательнее Анатолия даже чисто внешне… Но я тогда была буквально одержима только им одним и не желала видеть вокруг никого другого.

Целыми днями, - неделями, месяцами, - я строила совершенно невероятные планы относительно того, как мне с ним познакомиться. Это стало просто моей идеей фикс. Но все эти мои планы один за другим весьма успешно проваливались. Они были, следовало признать, совершенно нежизнеспособны.

Для начала я решилась снова позвонить Славе, одногруппнику Анатолия, и, стараясь говорить басом, попросила его передать Федотову мой телефон и просьбу позвонить на него в течение следующего дня. Я почему-то была на все сто процентов уверена в том, что он перезвонит мне, хотя бы просто из любопытства, - ведь мало ли, кто может тебя разыскивать, и по какой причине… Я даже сочинила целую невероятную легенду, объясняющую, почему на тот момент у телефона оказалась именно я… И вот так, слово за слово, - мы с ним, глядишь, и начали бы общаться…

Но я переоценила любопытство Анатолия. Очевидно, я просто судила по себе в данном вопросе. А его совершенно даже и не заинтересовало, кто может его разыскивать…

И абсолютно напрасно я просидела целый день, чуть ли не в обнимку с телефоном, шарахаясь от каждого звонка. Тот, кого я ждала, так и не позвонил…

Признаться честно, мое разочарование по этому поводу было настолько велико, что это даже на какое-то время выбило меня из колеи и напрочь отбило у меня охоту к новым авантюрам. К тому же, у меня появилось очень неприятное и весьма устойчивое ощущение того, что Анатолий прекрасно понимает, что это именно я его преследую. И специально никак не реагирует на мои домогательства, в тщетной надежде на то, что я со временем сама угомонюсь и оставлю его в покое. Разумом я понимала, что он никак не может знать о том, что это именно я стою за этим звонком, - никто не знал об этом, ни одна живая душа!.. Это просто мой неудачный опыт с Тимуром теперь аукнулся мне таким вот причудливым образом, изначально выбивая почву из-под ног и окончательно лишая меня какой бы то ни было уверенности. И, тем не менее, это ощущение было настолько неприятным, что на некоторое время я прекратила все свои попытки.

В середине семестра по техникуму прошел слух о том, что с этого года будет отменена отсрочка от службы в армии для учащихся техникумов. А это означало, что те четверокурсники, которым уже исполнилось восемнадцать, будут призваны на срочную службу, не успев защитить диплом.

К счастью, администрация нашего техникума решила пойти навстречу своим студентам, большинство из которых, будучи призванными в армию сейчас, едва ли по возвращении захотят снова отправляться в учебное заведение и, в результате, так и останутся без дипломов. Поэтому в оставшиеся до окончания семестра несколько недель им ежедневно ставили в расписании по шесть - семь пар, чтобы, таким образом, хотя бы успеть предоставить им полную программу обучения.

Наверное, им, бедолагам, было очень тяжело с таким графиком учебы. Но это все же было лучше, чем замаячившая вдруг перед ними не слишком радужная альтернатива, вообще делавшая окончание их обучения призрачным и недоступным.

Я тогда от всех этих волнений и переживаний совсем потеряла голову. Мы все прекрасно понимали, с чем была связана отмена отсрочки, - война в Чечне как раз была на тот момент в самом разгаре, и нашей стране было просто позарез необходимо свежее пушечное мясо. Надежда на то, что Анатолия не призовут, конечно, тешила мне душу, но она была, глядя правде в глаза, совершенно ничтожной. Крепкий спортивный парень, - он вряд ли имел какие-то особые проблемы со здоровьем, которые позволили бы ему не служить… Хотя на сто процентов в этом нельзя было быть уверенным…