И это всё... любовь

45.

В то время, когда он строил планы в своей голове, к особняку тихо подъехала Настя, и незаметно вошла в дом. Баринов не ожидал, что она приедет раньше, чем обещала, и был приятно удивлён. Прямо с порога Настя стала спрашивать мужа, как дела у Тони и Ильи, и когда он думает лететь в Норвегию. Валерий Баринов рассказал о последнем разговоре с Тоней, и сказал, что ему осталось перевести деньги на банковский счёт клиники в Барселоне. Он практически собрался, а вылет санитарно-транспортного самолёта с бригадой медиков назначен на завтра на пять часов утра, а в девять часов Тоня привезёт Илью на машине скорой помощи в аэропорт Осло, откуда они сразу же полетят в Испанию.

До ужина оставалось пару часов, и Баринов позвал Настю в кабинет, чтобы обсудить некоторые вопросы, и дать ей указания на случай, когда ему понадобится её помощь. В присутствии жены Баринов сделал банковский перевод на счёт клиники в Барселоне, и параллельно рассказывал Насте, как пользоваться его личным кабинетом, и написал на бумажке пароль для входа. Настя кивала головой, так как для неё это не составляло большого труда, ибо она давно пользовалась платёжной системой интернет-банкинга.

Завершив финансовые операции, Баринов дал Насте реквизиты своего банковского счёта в Испании, на что она ответила, что и так их знает, так как он сообщил ей об этом сразу же после рождения Оленьки. Кроме того, она два раза отдыхала на его вилле под Барселоной, где ей очень понравилось, и Настя сказала, что летом они должны обязательно поехать туда на отдых. А учитывая то, что Илье предстоит долгое лечение, они смогут к нему часто приезжать в клинику, так как Антонине будет уже тяжело ухаживать за ним. Баринов сначала не понял, что сказала жена, и переспросил:

– Настенька, а что ты имеешь в виду? Есть что-то, чего я не знаю? А ну-ка, рассказывай мне быстро, что там у вас за секреты?

– Господи, я совсем забыла тебе сказать, что Тоня ждёт ребёнка. Она мне сообщила по телефону, когда прилетела в Норвегию, так как сама узнала об этом накануне. Она была у матери в перинатальном центре, где подтвердилась её беременность, – объяснила Настя.

– Какая прекрасная новость! Опять племянничек меня обскакал, ну это и понятно, молодость она такая штука, что ты это осознаешь уже в определённом возрасте, – посетовал Баринов.

– Прекрати, Валера, какие наши годы! Ты в превосходной форме, неизвестно, каким будет Илья в твоём возрасте. Что бы я больше от тебя этого не слышала, ты что-то в последнее время стал часто об этом говорить, смотри мне, а то я и вправду поверю. Это, конечно, шутка, но я тебя не променяю ни на кого бы то ни было, – игриво заявила Настя.

– Какая ты у меня лисичка, но я никогда не был так счастлив, как сейчас! Я даже мечтать не смел, что ты будешь со мной, нет, вру, я очень хотел этого с той самой минуты, как впервые увидел тебя. Признаюсь, мне нелегко с тобой, но я тебя так люблю, что готов терпеть все твои капризы, хоть это и не просто, - разоткровенничался Баринов.

– Боже мой, как ты красиво говоришь! Слушала бы тебя вечно! Говори мне чаще такие слова, ты же знаешь, что женщины любят ушами, мне очень приятно, дорогой муженёк, – страстно произнесла Настя.

– Так, довольно лирики! Пошли ужинать, а потом мне нужно раньше лечь, чтобы поспать хотя бы пару часов, так как я должен быть в аэропорту за два часа до вылета, – сказал Баринов, нежно обняв жену.

Когда они вошли в столовую, Оленька с няней уже сидели за столом. Малышка почувствовала, что её папа должен был уезжать, и попросилась к нему на колени. Удивительно, как маленькие дети интуитивно предугадывают некоторые вещи, о которых взрослым нужно говорить вслух, а на удивленье, Оленька обладала такой же тонкой интуицией, как и её отец.

Во время ужина Баринов не спускал дочь с колен, а она всё время обнимала и целовала его, пока Настя не сделала Оленьке замечание, что за столом так вести себя неприлично. Малышка обиженно посмотрела на мать, и сказала, что не хочет есть, и выбежала из столовой. Няня направилась вслед за девочкой, а Баринов пожурил Настю, и назидательно произнёс:

– Видишь, дорогая, к чему приводят твои неуместные «приличия», разве можно так воспитывать ребёнка? Оленьке нужна ласка, а ты испортила ей аппетит. Надеюсь, что Тамаре удастся вернуть дочку, и покормить её.

– Извини, я забыла, что ты всё позволяешь дочери, но должны же быть хоть какие-то рамки, а тебе не кажется, что Оленька пытается нами манипулировать? Я обратила на это внимание сразу же, когда вернулась из Парижа. Это твоя работа, папочка? – с упрёком заявила Настя.

– Не преувеличивай, наша дочка – чудесная куколка, умница и красавица, как и мама. Будь с ней ласковой и терпимой, и она ответит тебе своей безграничной любовью, – деликатно посоветовал Баринов жене.

– Хорошо, Валера, давай не будем спорить, я сдаю свои позиции, ты прав! – сказала Настя, погладив мужа по руке.

В этом момент в столовую вошла Тамара, которая держала Оленьку на руках. Малышка попросила прощения у родителей, и сказала, что больше так делать не будет. Супруги переглянулись, и поняли, что лучшим педагогом и воспитателем оказалась няня, профессионально подготовленная и как нельзя лучше подходившая на эту роль. Они сказали, что прощают её, что всё нормально, и тут же лицо Оленьки расплылось в улыбке, и она по очереди поцеловалась с матерью и отцом.

Остальная часть ужина прошла в непринуждённой семейной обстановке, а потом Баринов сказал, что сегодня сам будет укладывать спать дочку. Он взял ребёнка на руки, и по дороге в детскую стал нашёптывать ей ласковые слова, а потом, когда она была уже в кроватке, спел ей колыбельную.

Из детской Баринов направился в спальню, где его ждала жена. Ему очень хотелось близости, так как он понимал, что надолго расстаётся с любимой, но Настя удержала его от этого шага, объяснив, что она это делает для его же блага, поскольку ему предстоит ранний выезд, и почти целый день он должен будет провести в самолёте. Валерий нехотя согласился, и поблагодарил жену за заботу. Он сказал, что постарается тихонько встать, чтобы не разбудить её, а вещи он уже отнёс в холл, то есть, всё было готово к отъезду.