И это всё... любовь

47.

Когда самолёт набрал высоту, Илья, со слезами на глазах, обратился к Баринову:

– Спасибо тебе большое, дядя! Ты, как всегда, первый приходишь мне на помощь. Мне кажется, что я не заслужил такого внимания с твоей стороны, ведь я вёл себя, как неблагодарная скотина, и ни разу не пришёл к тебе, когда ты сидел в тюрьме. А вот моя Тонечка, всегда была за тебя горой, и говорила мне, что я не прав, и не должен так себя вести, что мы близкие родственники, и что нужно уметь прощать.

– Ну, будет, Илья! Мы же с тобой вроде бы помирились, давай не будем ворошить прошлое! Ты же знаешь, что я тебя люблю, как сына, и готов отдать всё, что у меня есть, чтобы вытащить тебя, и поставить на ноги. Ты обязательно поправишься, знай, что мы с тобой рядом, а Тонечка у тебя – просто «золото», я не раз думал о том, как же тебе повезло с женой. Ты должен это сделать ради неё и ваших деток! Береги своё сокровище, и не вздумай её расстраивать, ей нельзя волноваться, – назидательным тоном произнёс Валерий Владимирович, глядя на Антонину.

– Да, ты и об этом уже знаешь, и, как обычно, абсолютно прав! Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы моя любимая жена не переживала, и, благодаря твоей помощи, буду бороться, чтобы преодолеть последствия этой страшной аварии, – решительно сказал Илья.

– Вот и молодец! Сразу видно, чемпион! Тебе очень понадобятся твои бойцовские качества, мы возвратимся с победой, я верю в тебя! А сейчас постарайся поспать, если получится, – посоветовал дядя Илье.

Медсестра сделала Илье обезболивающий укол, чтобы он смог поспать во время полёта. Илья закрыл глаза и погрузился в сон, а Антонина с благодарностью смотрела на Валерия Баринова, и ничего не говорила. Она была уверена, что присутствие дяди поможет ей справиться с переживаниями, и что на него можно положиться в любой момент.

Через четыре часа самолёт приземлился в аэропорту Прат Барселоны, где их уже ждала карета скорой помощи из Института Гуттманна. Илья проспал почти всё время, и только тогда, когда они были уже на земле, открыл глаза. К самолёту подъехала машина скорой помощи, в которой находились представители таможни и пограничной службы. Они поднялись на борт самолёта, и после проверки документов и багажа, позволили всем спуститься по трапу, кроме Ильи, которого медики вывезли на каталке через специальный выход в виде пандуса, расположенного в хвосте самолёта. Баринов поблагодарил медицинскую бригаду, и искренне пожал всем руку.

Оказавшись в карете скорой помощи, Илья понял, что они уже в Испании. В Барселоне стояла настоящая весна: деревья были в цвету, пальмовая аллея торжественно встречала всех прибывающих в столицу Каталонии, а температура воздуха очень порадовала, так как было +23 градуса, и светило яркое солнце. Баринов оделся по погоде, поскольку заранее поинтересовался температурой воздуха, а кроме того, он знал об особенностях испанского климата. На Тоне же была норковая шубка, и она почувствовала, что одета не по сезону. Ведь норвежский климат, где было -4 градуса, резко отличался от испанского, а она летела в зиму, и не знала, куда потом направится. Эта температурная разница сильно удивила её, но Баринов сказал, чтобы она не волновалась, и они обязательно купят ей подходящую одежду.