И империя в придачу

15.07

И снова жители  деревеньки собрались  в центре селения у одного на всех колодца. Стояли хмурые,  настороженные, скрестив взгляды на пришлом человеке, у ног которого жалобно поскуливала совсем ещё маленькая огнёвка. Майлину хватило минуты, чтобы разглядеть на её  шее  тонкую кожаную полоску, сродни той, что несколько дней назад он снял с Рыжика. 

- Ловец, значит?- зло процедил Онур.

На него зашикали, окружили, не подпуская к презрительно усмехающемуся чужаку.

- И долго мне ждать?- негромкий холодный голос  услышали все. – Решите уже поскорей, кого даёте мне в провожатые. А то, я и сам могу выбрать.

Угроза, сдобренная насмешкой, очень не понравилась Майлину. Решительно  отодвинув впередистоящего, Май  выбрался из толпы. Взгляд сиятельного, а то,  что пришлый был магом,  Онур понял сразу, словно споткнулся об него.

 -Ты!- надменная усмешка  искривила брезгливо поджатые  губы.

И  ловец ткнул кривоватым пальцем в сторону стоящего напротив него  Майлина.

- Я выбираю его,- сообщил маг притихшим людям.-  Выходим на рассвете,- добавил, обращаясь к  Онуру. - А сейчас, мне нужен  ужин и кровать,- потребовал у  склонившегося перед ним старосты.

  Майлин не сдвинулся с места. Стоял и смотрел на припавшего к земле лисёнка, тихий скулёж которого рвал  Онуру душу.

- Что стоишь?- в голосе  сиятельного отчётливо слышалось недовольство. – Позаботься о нём,- носок сапога не сильно ткнул  лисёныша в бок. – Теперь  он твоя единственная забота. И помни, если огнёвка сдохнет, тебе всё равно не жить. Так что, увиливать не советую. И покорми его. Мы с ним уже третий  день в пути.

   Спорить с напыщенным магом Майлин не стал. Ему поручили детёныша огнёвки, беспомощного, слабого. И только это сейчас волновало Онура. А научить вежливости  ловца, вознёсшегося в своём высокомерии до небес, он  ещё успеет. Главное разобраться  в происходящем. Совсем же ничего не понятно. Почему так всполошились местные жители? Перспектива  пойти с ловцом вызвала у  них  очевидный страх. Май  был в этом  абсолютно уверен. Как и в том, что ему они сочувствовали, виновато отводя взгляд.

 Отогнав тревожные мысли, Онур склонился над лисёнком, осторожно беря его на руки. Огнёвка не сопротивлялась. Потянулась мордочкой к шее Майлина, лизнула шершавым языком  и уткнулась мокрым носом в  его сонную артерию.

  А потом Май почувствовал, что детёныш  огнёвки  тянет из него жизненные силы. «Покорми его», так вот о чём говорил ловец!  Теперь  стал понятен страх людей и потребность в сопровождающем.

- Ты ещё слишком мал,- ласково гладя лисёнка по пушистой спинке, говорил Майлин, не мешая  огнёвке подпитываться своей силой.- Тебя слишком рано забрали у мамы, а сам ты не можешь поддерживать необходимый тебе энергетический уровень. Ничего, моей силы хватит на двоих. Я позабочусь о тебе. А потом сниму эту гадость, и ты сможешь вернуться домой. Ведь сможешь?

    Маленькая огнёвка доверчиво прижалась к  человеку. Лисёныш поверил Майлину. И на короткий миг  в голове Онура  возник образ взрослой огнёвки.

- У тебя очень красивая мама. И я обязательно тебя ей верну,- пообещал Май, занося малыша к себе в дом.

Осторожно опустив  лисенка на кровать, Майлин подогрел для него молоко.

-Знаешь,  силу можно почерпнуть и  таким вот образом, - подсовывая огнёвке  мисочку и  настойчиво мокая в  молоко  острую мордочку лисёныша, убеждал малыша Май. – Правда же, вкусно?

     Лис фыркнул, отплевываясь. А потом осторожно  лизнул предложенное угощение.

Когда мисочка опустела, Майлин снова  уложил своего питомца на кровать.

-Спи,- велел он, подкрепляя свои слова толикой силы.

Сейчас Онур собирался навестить местную травницу, и  хотел быть уверен, что с детёнышем огнёвки в его отсутствие  ничего не случится.

   Навесив на дверь охранку, Майлин шагнул в сгущающуюся темноту.  На разговор с Яриной у него оставалось совсем мало времени, а расспросить требовалось очень о многом.

-Кто такие огнёвки?

Онур задал самый важный  вопрос сразу. Не стал ходить вокруг да около.

-Так, оборотни же,- с показным равнодушием ответила старуха.

Встретила она Майлина не слишком гостеприимно. Была хмурой, издёрганной. Зло сверкала глазами. Но не прогнала. В дом пустила.

-Нет,- Май отрицательно качнул головой.- Вторая ипостась не главное в вашей сущности. Так кто?

-Понял, что ль? И что же тогда главное?-  голос  Ярины  звучал насмешливо.

А в глазах стыла тоска. И от этой тоски Майлину стало больно.

-Прости.

-Ты-то в чём виноват?- вздохнула старуха.- Так, что понял-то, говори?

- Неиссякаемый источник магии?

-Иссякаемый, милок. Ещё как иссякаемый. Увы. Во мне огненной благодати уже нет.

Точно, подумал Майлин, вот что в   Ярине  странного, неправильного. Он почти не почувствовал в ней магии, тогда как в Рыжике её  оказалось столько, что  аж дух захватывало. 

- Ладно. Слушай.

Травница  села за стол напротив Майя. Ненадолго задумалась, подбирая, видно, слова.

-Огнёвки, душа этого мира. Вот скажи, можно ли порабощать душу? Есть ли страшней преступление?

Воспоминания обрушились на Онура удушливой, тяжелой волной. Лишь на миг он прикрыл глаза, пряча  нахлынувшие чувства. Но Ярина заметила.

- Неужто, и  у вас так? -  потрясённо выдохнула она.- Вижу, не понаслышке знаком с подобным. На себе испытал?

-Полной мерой,- не стал таиться Майлин.- Люди, они везде люди. Жадность и стремление поработить  даётся нам свыше, как искус, во испытание. Противостоять им не просто, слабый поддаётся, не задумываясь о последствиях.

Старуха кивнула, соглашаясь.

- Пожалуй, так и есть. Маги этого испытания не выдержали. И расплата не за горами.  Ты же  заметил, сила вокруг щедро разлита? Бери, сколько сможешь унести. Но не больше. А жадность требует  ещё и ещё, хочет запастись впрок. В городах,  с наполнением резерва, у  сиятельных давно начались проблемы. Наш мир пронизан магией, но бездумно её использовать нельзя. Вот Боги и  угомонили  не в меру заигравшихся с силой людишек. Да только, не захотели сиятельные с тем смириться.