I Измерение

Глава 4 Капитан Василий

К вечеру остался лишь узкий круг самых близких. Мать Татьяны ушла отдыхать. Петр, как истинный джентльмен (по его словам), решил показать Ленке город Севастополь, и они ушли гулять. На долю Любаши и Натальи выпала уборка.

- Ну что пойдем и мы прогуляемся, - предложил Василий.

- К пристани, - пожелала новоиспеченная жена.

- Отлично, - поддержала Ольга.

Ольга и Лешка немного отстали.

- Ты ни о чем не жалеешь? – спросила Татьяна у своего мужа.

- Нет. А должен? – удивился Василий.

- Ну, мало ли что, я ведь…

- Так опять! – Василий резко остановился. – Мы это обсуждали уже и не один раз. Сколько можно? Я тебя люблю и это для меня важнее всяких предрассудков.

- Нет, Васенька, это не предрассудки. Я ведь действительно не могу иметь детей.

- Ну, кто тебе это сказал?

- Вася, я врач, я знаю!

-Есть множество решений этой проблемы. Сколько детей-сироток. Мы кого-нибудь усыновим.

- Ты не понимаешь, как для меня это важно!

- Я понимаю только одно, что ты своим мировоззрением привязана к своим сибирским бабкам, где основная задача женщины – рожать, продолжать род.

- Да, разве не так?

- Не можешь рожать, значит, ты мужчина. Ты мужчина? – Василий насмешливо посмотрел на жену.

- Не смешно.

- Так вот, теперь слушай меня. – Василий остановился, взял Татьяну за плечи и заглянул ей в глаза. – Быть женщиной не значит продолжать род человеческий. Не мучайся этим, прошу тебя. Наслаждайся жизнью, просто живи, люби, будь счастлива! Вот это всё, - Василий раскинул руки, поднял лицо к небу, усеянному мириадами звезд с огромной кровавой луной, застывшей над спокойным бескрайним морем. – Это все тебе, любимая!! -прокричал Василий.

Молодая парочка, стоявшая у самой воды, засмеялась. Пожилой человек с собакой на поводке, проходивший как раз мимо, вздрогнул и проворчал:

- Вот надерутся и дебоширят. Как вам не стыдно, а еще военный!! – пристыдил он Василия.

- Я женился сегодня, дорогой ты мой! – Василий обнял старика.

- Хо-хо, - проскрипел прохожий, - нашел чему радоваться.

- Поедем домой, - Татьяна отвлекла Василия от старика.

- Поедем.

Они дождались Лешку и Ольгу. Попрощались с ними и направились в центр Севастополя, где их ждала холостяцкая квартира Василия Бальцерек.

- Слушай, как тебе этот Лешка? – спрашивает Василий, поднимаясь по лестнице в квартиру.

- Ничего так, обаятельный.

- По-моему, скользкий тип. Странный он какой-то. Не люблю таких. Но самое интересное, что я его где-то видел, сталкивался с ним. И это воспоминание, скажу тебе, не из самых приятных.

Они вошли в квартиру.

*   *   *

Васька Бальцерек – воспитанник детского дома. Взят был при облаве на банду батьки Махно и представлял собой страшное зрелище: худой и злой юркий звереныш. В детском доме его отмыли, подстригли, одели, дали крышу над головой и новых товарищей. Учился Василий отлично, вскоре стал примером для подражания, как в школе, так и в детском доме. Когда пришло время, первый вступил в ряды коммунистов. Потом детский дом расформировали, и Василий попал в Одессу. По окончании школы поступил в военное училище, при распределении Василий попал в Севастополь, где не раз пришлось столкнуться с бывшими товарищами из своего беспризорного детства. Это были мальчишки чуть постарше него самого. Как ни странно, но Василий никогда не знал, как их зовут на самом деле. Казалось, они так и родились с этими кличками: Еврей, Косой, Водила. И вот, медленно, но верно, измученная память выдала Василию нужный кадр. Утром он сказал Татьяне:

- Это было бы преступлением, если я тебе не расскажу об этом Лешке.

Татьяну рассказ мужа поразил до глубины души.

- Надо срочно связаться с Ольгой! – Татьяна подскочила к телефону, но тут же раздался звонок. Девушка взяла трубку. Звонила Елизавета Михайловна.

- Здравствуй, Татьяна, - как всегда мягко, но строго начала старушка. – Я надеюсь, не потревожила вас…

- Таня, привет! – застрекотала Моника в трубку, которую бесцеремонно вырвала из рук Елизаветы Михайловны. – Тут твои подруги с ума посходили. Они уже почти собрались, и даже вызвали такси на вокзал. Я не понимаю такой спешки, Елизавета Михайловна тоже. Может, ты объяснишь, в чем дело? Мне кажется, этот Алексей их всех переполошил, где-то бродил всю ночь, пришел в семь утра…

- Хорошо, - перебила Татьяна подругу, - мы сейчас приедем на вокзал. 

- Он меня вспомнил, - кивнул Василий

Когда накануне вечером Татьяна с мужем попрощались с Ольгой и Лешкой. Дегтярев был чем-то озабочен, то и дело не отвечал на вопросы Ольге, останавливался. В конце концов, Лешка схватился за голову со словами: «Ах да!» - потом быстро бросил Ольге:

- Пойдем-ка домой, - и пошел по набережной. Ольга чуть ли не бежала следом за ним, но это были еще не все приключения сегодня. У подъезда они встретили двух людей в плащах и шляпах. У одного сверкали очки от фонарей.

- Можно тебя? – спросил один, повыше, у Лешки

- Ты?! – Лешка был чем-то настолько ошарашен, что даже сделал шаг назад – Вы?!

 Несколько секунд длилось молчание. Ольга, ничего не понимая, не влезала в разговор: он потом сам все расскажет,  обещал.

- Можно тебя? - опять повторил свой вопрос неизвестный.

- Оля, ты поднимись, пожалуйста, одна.

 В ответ Ольга лишь кивнула. Лешка пришел только в семь часов утра и, перебудив всех в доме, коротко приказал: «Собираетесь, нам нужно  срочно уезжать».  Не говоря ни слова, девушки собрали свои вещи и через пол часа уже такси стояло у подъезда. На прощание Елизавета Михайловна сказала очень загадочную фразу, разгадать которую предстояло не Ольге, а её дочери:

 - Прежде чем будешь выходить за него замуж, - она молча указала глазами на Лешку, - навести меня, я попробую тебя отговорить, рассказав про него то, что он и сам, может быть, о себе не знает.