I Измерение

Глава 5 К чему приехали

Сергей был очень раздражен и зол на Наташку:

-Бросила детей! уехала! - орал он, и Ольга не верила глазам: как изменился ее одноклассник. - Я был вынужден сидеть все эти дни дома!!

- А где Лиза?

- Лиза?! - Сергей задохнулся от злости – Лиза заболела и заразила детей!

- Мы, пожалуй, поедем, - сказала Ольга и начала собираться.

- Ты как будешь добираться? – спросила Ленка у Любаши.

- За мной приедет сегодня Андрей, - Любаша как всегда была в прекрасном настроении, - не беспокойтесь, Сергей давно привык, что я так часто у них бываю. А к вечеру приедет Андрюша с нашим мальчиком и заберет меня.

- Ну, пока, Любонька, - подруги попрощались.

- И все-таки Танька молодец, - Ленка тащила за собой большую, но уже пустую сумку. – Интересно, что там дома. Я думаю, отец не запил, пока я путешествовала по всему советскому союзу, - Ленка все говорила и говорила. Ольга молчала и почти что не слушала соседку, а все думала, думала. Лешка из Москвы поехал в Ленинград, девушки в Енисейц.

 Подруги сошли на станции в Назимовске и медленно направились к Енисейцу. Видимо осенние дожди не щадили местных жителей. Назимовские говорили, что связь с Енисейцем оборвалась: размыло дамбы, не проедешь, не пройдешь. Осталась только одна дорога, говорили селяне и молча, с суеверным страхом кивали на едва заметную, уже порядком заросшую, старую дорогу. Ольга и Ленка переглянулись:

- Что, пойдем? - Ленка так же, как Назимовцы, сделала огромные страшные глаза и кивнула на старую дорогу. Это вышло так комично, что Ольга невольно рассмеялась, хотя ей было не по себе, и от мысли, что все-таки придется идти старым маршрутом, ее пробирал озноб.

- Пойдем, - Ольга съежилась, и подруги под неодобрительные взгляды Назимовцев вступили в холодный, мокрый от дождя бурьян старой дороги.

 Но не прошли они и первого поворота, как их кто-то окликнул. Ольга обернулась, к ним подходил Димка Емельянов, главный бухгалтер Енисейца. Впервые Ольга была ему искренне рада.

- А, Дмитрий Иванович, здравствуйте.

- Здравствуйте, Ольга Дмитриевна, здравствуйте, Лена, - он энергично потряс руки девушкам. Вид у Димки был неважный, какой-то побитый.

- А вы похудели, - высказала Ольгины мысли Ленка.

- Да, застрял тут, ужас! Живу уже третий день в Назимовске. Ехал с командировки, а тут такое, - он махнул на подступавшие к мощеной дороге полыньи. – Спрашиваю, как добраться? Они мне на старую дорогу кивают с благоговейным ужасом в глазах. А я этой дороги не знаю, просил меня проводить, какой там! - и Димка в бессильной злобе махнул рукой - Ну до сегодняшнего дня хоть телефон работал. А вчера к ночи  такая буря разыгралась, крышу с сельсовета унесло, естественно, что телефон сегодня замолчал, а у меня хоть и ничего срочного, но я там больше не могу.

- Да, в гостях хорошо, а дома лучше, - подытожила монолог Ленка.

    - Вот-вот, а нынче слышу, что кто-то старой дорогой в Енисейц пошел. Вот я ноги в зубы и за вами.

 Несколько минут шли молча. Димка тяготился вопросами, одолевавшими его, и он спросил:

- Как поездка?

- Спасибо, хорошо, - механично ответила Ольга.

- Вы в Москву ездили?

- Нет, мы ездили в Севастополь, к Татьяне Даниловой, помните такую? - застрекотала Ленка

- Да, что-то припоминаю, - и тут он обратился к Ольге. - Это та, которую вы на станцию провожали?

 Ольга посмотрела на него, как будто из другого мира, и так и не поняв вопроса, молча кивнула. «О Лешке думает» - пронеслось в голове главбуха, и он обиженно замолчал. Но Ленка и не думала молчать, она рассказывала о Севастополе, Петька Дегтярев не сходил с ее языка. Димка рассеянно слушал девушку. Ольга чему-то молча улыбалась.

С тех пор как Лебедева отвергла Димку, он разработал иную тактику, чтобы добиться взаимной любви от этой девушки. Он слышал многое о ней от Мишки Мейдзи, который поначалу набивался к Димке в друзья, но вскоре Емельянов понял, что Мишка сам не прочь, чтоб Ольга обратила на него внимание. Мейдзи говорил, что практически каждый енисеец влюблен в Ольгу. Так, например, в классе за ней ухаживали все мальчишки не исключая и его, Мишку, но она отдала предпочтение лишь немногим, да и то, как друзьям. Вскоре Андрей Адрианчук и Сергей Долгов поняли, что на большее им рассчитывать нечего, и они, осмотревшись вокруг, нашли себе новых девчонок для симпатии. Поэтому Димка с большим интересом отнесся к свадьбе своей подруги Верочки Алмаз, которая, так же как и Емельянов, попала в Енисейц по распределению из Москвы в личные секретари председателя. Верочка выходила замуж за Адрианчука-младшего, так его называли в Енисейце, на их свадьбу приехал Адрианчук-старший, о котором рассказывал рыжий Мейдзи. Но как был поражен Димка, когда увидел жену Адрианчука-старшего Любашу: тот же овал лица, те же удивленно вскинутые тонкие брови, те же широко распахнутые синие глаза. Только в Ольге было что-то утонченное, говорили, что её мать Марья Тихоновна принадлежала к старинному дворянскому роду. Это было очень заметно в Ольге: прямая спина, немного вскинутая голова, в ней было что-то утонченно сибирское. В Любаше было больше славянского, она была хохотушка. Ольга напротив - серьезная где-то даже с иронией, сарказмом, который так привлекал и в то же время наводил страх на молодых енисейцев. Всю жизнь прожив в Енисейце, Ольга была не похожа на селян ни внешностью, ни образом жизни. Когда появился Лешка Дегтярев, он как-то сказал про неё: «Ну, просто древнерусская княгиня Хельга».

И сейчас Димка думал как загадочна и как любима эта девушка. А Ленка все говорила-говорила и вдруг… замолчала. Ольга тоже остановилась.

- Что такое? – Димка ничего не понимал.

- Усадьба, - тихо прошептала побледневшая Ленка.

- Где? – Димка развел руками.

- Там, - Ольга медленно кивнула головой.

- Что за усадьба? Почему я о ней никогда не слышал? – Емельянов пошел по дороге к усадьбе.