I Измерение

Глава 5 Забытое

Разбудил Ольгу дождь, барабанивший по стеклу. На улице был настоящий потоп. Вода подступала прямо к крыльцу. Енисей взломал лед, и теперь с бешеным ревом несли освободившееся воды здоровые льдины. Ольга в огромных резиновых сапогах вышла к реке посмотреть на стихию. Дождь перестал и теперь холодный ветер стремительно нес рваные клочья туч по течению Енисея. Картина была действительно монументальной: небо, река, берега - все смешалось в один сплошной поток, уносимый ветром в небытие.

- Решили полюбоваться на родные места, Ольга Дмитриевна? - раздался до боли знакомый голос. Веденеева вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Лешка Дегтярев и не приятно улыбался. Было что-то искусственное в его натянутом непринужденном тоне и беспечном выражении лица. - Ну что вы, Ольга Дмитриевна, смотрите на меня, как на привидение.

 Ольга стояла не в силах двинуться с места, не в силах отвернуться, отвести глаза. Он шагнул навстречу и встал рядом.

- Ну как живешь, Оля?

 Ольга закусила задрожавшую губу и отвернулась.

- Что ты хочешь от меня услышать? Стандартное «хорошо»?

- Ну-у, я слышал, что ты замуж вышла весьма удачно. Живешь теперь в кремле. Несешь высокий статус офицерской супруги, видела самого товарища Сталина. Что же плохого… - голос Лешки сорвался. Он замолчал, начал прикуривать. Ольга молчала тоже, стараясь справиться с комком, подступившим к горлу. А вокруг все ревело, рвалось, металось и бурлило.

- Он у тебя военный, да? - снова заговорил Лешка. Ольга кивнула. - А помнишь ты гадала вместе с Ленкой. У тебя вылился из воска военный, - Лешка ухмыльнулся, вспоминая свое отношение к этим бабьим россказням, - Ты еще боялась, что тебя ждет судьба Татьяны Лариной. Любила одного, замуж вышла за другого.

- Судьбу не обманешь, - сухо сказала Ольга и пошла вдоль берега.

- А что Емельянова-то не позвала? Ленка тут рвала и метала, что ты его не осчастливила…

- Это мое дело! - резко бросила Ольга, ускоряя шаг.

- От кого бежишь? - Лешка зашел вперед. - От меня? - он улыбался все той же натянутой улыбкой.

- От себя, - выдохнула Ольга и, оттолкнув Лешку с дороги, пошла к деревне. Сердце бешено колотилось, слезы душили ее. Она забежала в дом, заложила двери и жадно приникла к кружке с водой. Зубы стучали, вода проливалась. Всю ее трясло, как в лихорадке. Ольга отшвырнула кружку, прошлась по кухне, оставляя на полу мокрые следы сапог. «Надо уйти подальше», - думала Ольга, быстро шагая по кухне. Вдруг перед ней всплыла усадьба. Вот туда Ольга и пойдет! Прямо туда - и ничего не испугается! Она открыла дверь и устремилась в лес по бездорожью, утопая в глубоких сугробах, преодолевая полыньи, перелески. Веденеева вспоминала летние дни в заброшенной усадьбе. Как они таскали оттуда французские романы. Всплыл образ старухи, которую они так испугались и убежали. Сейчас Ольга никого не испугается, даже того мальчишку, что встретила Ленка с отцом за усадьбой.

Ольга шла. Все свои силы отдавая на преодоление препятствий, которые вставали у нее на пути. С каким-то неимоверным ожесточением она прорвалась к усадьбе и стала у высокого каменного забора.

Ворота были закрыты. Но Ольга знает, где тут можно пройти. Вот тут она привязывала Бегунка. А вот тут был лаз. Ольга двинула кирпичи, и часть стены рассыпалась. Раньше они проходили, чуть пригибаясь, теперь Ольге пришлось встать на четвереньки и с трудом протиснуться внутрь.

Огромный дом в два этажа смотрел на Ольгу холодными черными окнами. Над домом висела свинцовое небо. Темнело. Ольга двинулась к дому, поднялась на мокрое скользкое крыльцо хватаясь за перила. Вошла в тьму комнат. Поднялась на второй этаж. По скрипучей рассохшейся лестнице вышла на балкончик заднего двора. Страшная картина предстала перед Ольгой: заросший почерневший дикий сад сливался с черной зловещей тайгой, уходившей вдаль, и не было ей конца. «Вот она – жизнь! - горько усмехнулась Ольга. - Сначала огонек, а потом дебри – дебри… Стоп! А что это за огонек?» Ольга вгляделась. Действительно, где-то, недалеко за пределами усадьбы, горел огонь, похожий на свет в оконце. Все сливалось в сплошное темное пятно, лишь этот огонек так и манил к себе.

Ольга пробралась через сад. Задние ворота были приоткрыты. Тут начиналась узенькая тропка. Ольга пошла быстрее по этой тропке, которая вскоре вывела ее к маленькому скиту. От неожиданности она остановилась. Потом решительно двинулась к церквушке. Дверь была открыта. Ольга вошла. Со стены на нее смотрел строгий лик Христа, в углу теплилась лампада. Какой-то старец лежал на полу и что-то шептал. Ольга решила подождать и, прикрыв за собой дверь, встала за молящимся.

 Старик, видимо, почувствовал чье-то присутствие, обернулся. Ольга кивнула:

- Здравствуйте.

- Кто ты? - старик поднялся с колен. - Зачем тревожишь безумного старца на краю жизни?

- Простите, что помешала вам. Но я заблудилась. Вы  не могли бы показать мне дорогу к Енисейцу. Я иду из Назимовск, дорогу размыло, и я решила пойти по другой. Вот уже ночь на дворе, а я все блуждаю.

- Что ж, хоть ты лжешь, женщина, я помогу тебе, - старик надел на голову капюшон и вышел. Ольга пошла за ним. Но обратно ее ожиданиям, монах повел ее в другую сторону от Енисейца. Ольга делала вид, что ничего не боится и полностью доверяет божьему слуге. Хотя в голове так и стучало: «Сейчас заведет в глухую глушь и убьет!» Показалось деревянная стена дома. Ольга остановилась.

- Куда вы меня ведете?

- Я же обещал тебе помочь, - не оглядываясь и не останавливаясь, пробубнил старец.

 Ольге ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Старец вошел в низенькую дверь. Ольга нырнула следом. И сразу же остановилась. Навстречу поднялась пожилая женщина с перекинутой на грудь косой. Зеленые холодные глаза ее вцепились в Ольгу, так, что она невольно поежилась, вспоминая такой же взгляд у Лешки Дегтярева.

- Кто это? - глухо спросила женщина старика.