И королевство в придачу 1

Глава 5

— Я по объявлению... Говорят, медведь в округе шалит? Могу решить проблему? Уточним условия контракта? А то в объявлении, как-то невнятно.

— Ух, ты! — восхитился корчмарь. — Полгода никого не было, а сегодня аж трое объявилось.

— Трое?

— Ну, да... Вон те новобранцы готовы рискнуть головами. Поскольку подъемные деньги, полученные от вербовщика, закончились, а покутить парням хочется, — объяснил здоровяк. — И амазонка... — голова повернулась в сторону блондинки. — Вот только не пойму, зачем это ей?

— Наверное, большое вознаграждение? — предположил я.

— От крестьян? — вытаращился корчмарь. — Шутить изволите, сударь? Знаете, что они предлагают? Мешок ячменя, пять куриц, две головки сыра и три дюжины яиц! А, чуть не забыл... и воз сена в придачу. Правда, чистого клевера. Если убивший медведя оставит им шкуру.

— Солидно... — я с трудом скрыл разочарование. — Даже не знаю, что сказать... Честно говоря, рассчитывал деньгами получить.

— Можно и деньгами, — успокоил меня хозяин корчмы. — Я товар заберу и расплачусь. Но больше чем на пять талеров не рассчитывайте... — подумал и прибавил. — Ладно, так и быть — ужином накормлю. Если шкуру не сильно попортите. Ну, так как? Беретесь? А то на горлопанов этих... надежды нет. Да и на девицу, если честно.

— Это почему же?!

Какой отменный слух у блондинки. Да и все остальное тоже... А как двигается! Какая грация, какая походка, какие ножки... Все, домой больше не хочу! Мне здесь определенно нравится. Вот только в глаза смотреть не стоит. В мире хищников такой взгляд воспринимается как вызов. Ну, так мне и нафиг не нужны ее глаза, и без них есть на что взгляду опереться. И даже вольготно разлечься… Обалдеть... Памятник надо ставить тому, кто придумал бронелифчики и юбочки из бахромы.

На самом деле, на амазонке был не металлический вариант купальника бикини, а любимый доспех римлян — лори́ка мускула́та [лат., — lorica musculata, «мускулистый панцир»]. Только женский вариант. И мастера бронники, с помощью тиснения, постарались придать выдубленной бычьей коже такого анатомического совершенства, что любая Венера или Артемида позеленели бы от зависти.

— Прошу прощения, госпожа. Ничего обидного я не имел в виду, — здоровяк слегка побледнел и заюлил глазами. — Просто, показалось, что вы подумаете и не станете на такую мелочь время тратить. Ведь любой купец, не торгуясь, развяжет мошну — только бы заполучить в охрану деву-воительницу.

— Верно говоришь... — блондинка скривила обалденные губки в презрительной усмешке. — Вот только одна беда... Почему-то эти жирдяи всегда уверенны, что купив мою саблю, ножны… — пальцы амазонки коснулись совсем другого места, более интимного, — получат бесплатно... Так что, выбирая между потными толстяками и диким зверем, я предпочитаю медведя. Этого хоть можно убить, не опасаясь правосудия. И я не собираюсь уступать, даже такому красавчику. Это понятно?

Я мог бы и сам ответить, но корчмарь опередил:

— Еще раз прошу прощения, госпожа, но каждый имеет право принять заказ. В контракте не ограничивается число охотников, а только размер вознаграждения.

— Да, именно он и имеет значение, — блондинка поглядела на меня более пристально. — Ну так что, красавчик? Будем договариваться или сразу скрестим клинки?

— Может, познакомимся... для начала?

— Зачем?

— Чтобы знать, что выцарапать на могильном камне, — проворчал я. Терпеть ненавижу, когда красивые девушки ведут себя как последние стервы.

— Гм... А ты мне нравишься... красавчик.

Улыбка неожиданно оказалась милой и приятной.

— Ты мне тоже... красотка... — я поднял кружку, как бы делая глоток в ее честь. — Я — Николаис.

— Леонидия... — воительница еще разок бесцеремонно оглядела меня от макушки до пят. — Ну, так что ты выбрал?

— Спор...

Краснорожий корчмарь аж встрепенулся, как боевой конь, услышав звуки горна. Блондинка тоже заинтересовалась. Не зря же опытные товарищи советуют — хочешь привлечь внимание девушки, удиви.

— Объясни.

— Да просто все. В лес идем вместе. Там расходимся. Кто медведя убьет, тот и победил.

— Это понятно, — Леонидия наморщила лобик, пытаясь сообразить, где подвох. — А на что спорить будем?

— На желание.

— Какое?

— Ну, так в этом и весь смысл. Побежденный обязан выполнить одно желание победителя. Только одно! Но — любое...

Лобик разгладился, зато бровки сошлись к переносице.

— Гм... Никогда о подобном не слышала. Даже любопытно стало. Любое, говоришь? Гм... А если ты потребуешь, чтобы я бросилась на меч?

— Я что, так плохо выгляжу? — с озабоченным видом провел ладонью по лицу. — Ну, зарос немного. Но на идиота, надеюсь, не похож? Могу поклясться, что способен найти тебе более интересное применение, чем приносить в жертву... — демонстративно погладил взглядом впечатляющие выпуклости бронелифчика.

— Кто бы сомневался!.. — фыркнула насмешливо блондинка. — Ладно... Тогда и я... что-нибудь придумаю. Позамысловатее... Эй, трактирщик! Ты слышал наш уговор?