И. о. принцессы демонов в академии Самых Опасных Существ

Глава 1. Когда в академии вдруг появляется труп

Полную версию текста можно приобрести по ссылке в эпиграфе.

 

– П-п-по-моему, она умерла, – инкуб Дианор стиснул платок длинными оранжевыми ногтями, в округлившихся ярко-голубых глазах был ужас.

Выглянувшая луна осветила центр аудитории: там лежала юная демонесса в алом длинном платье. Между грудей, пронзив вышитый чёрными бриллиантами лиф, торчал кинжал с голубым камнем в навершии. На красивом лице мёртвой застыло изумление, из-за расширившихся зрачков глаза казались чёрными. Красные волосы утопали в луже маслянисто блестевшей крови, она подтекала под сжатые кулаки.

– Конечно, мертва, – широкоплечий волколак Нольфтан Ародэ в зелёной тунике до сгиба нижних лап нервно вильнул хвостом. – С кинжалом воды в сердце ни один огненный демон не выживет, даже принцесса.

За их спинами архивампир – ректор академии СОС – громко шлёпнулся в обморок. Впервые за последние две сотни лет никто не побежал ему на помощь, и телу в чёрной мантии пришлось лежать без должного внимания.

Пока ректор валялся на холодном полу, рискуя подхватить воспаление лёгких или безвременно скончаться от переохлаждения, остальные – громадный каменный голем Уюр ви Ориб, красноволосый дракон с обнажённым торсом Еран Фра-Еригар, рыжеватый кудрявый инкуб Дианор Саросс Хиери в длинном балахоне с прорезями на спине для выпуска перепончатых крыльев и белоглазая зомби Джиса Гар-Ихар со светло-голубыми волосами – приблизились к трупу студентки, по совместительству – принцессы огненных демонов, за жизнь которой отвечали головами.

Все, как один, протрезвели, хотя полчаса назад казалось, что от выпитого, съеденного и абсорбированного они никогда не проспятся.

– Нас всех убьют мучительной и долгой смертью, – обречённо заключила Джиса. – Пойду писать завещание.

Глянула на открытое окно, в которое они неблагоразумно влезли, затем на дверь, направилась к ней, но мохнатая лапа Нольфтана легла на её худое плечо, ноготь зацепился за цепочку подвески с глазом.

– Стой, – проклацал волколак. – Надо подумать.

Он стянул с морды очки в золотой оправе и сунул за пояс. Дракон Еран вскинул мощные руки с очень длинными указательными пальцами и провёл им по алым волосам, магией сбрасывая остатки алкогольного дурмана:

– Да. Надо подумать.

Распластанный на полу архивампир распахнул большие печальные глаза аметистового цвета и трагично вопросил:

– Мне никто не собирается помогать? А если я умру?

– Все мы умрём, – философски заметила немёртвая Джиса.

– Помоги ему, – коротко тявкнул Нольфтан. – Всем остальным – замереть на месте.

Промокнув платочком блестевший от пота лоб, Дианор нервно протёр едва выступавшие над кудрями рожки.

Джиса, подтянув багряный подол, опустилась перед ректором на колени и взяла его холодную руку голубовато-зелёного оттенка. Сама она была с лёгким фиолетовым отливом.

Оглядев комнату, Нольфтан поднял чуткий длинный нос и жадно втянул воздух. Еран медленно сжимал и разжимал пальцы, напоминавшие по строению уменьшенные крылья летучей мыши. Уюр спокойно застыл каменной большеголовой глыбой, оранжевые глаза почти погасли.

– У меня сейчас остановится сердце, – уверил ректор Эрмэро Садакатри, прижимая ладонь к своей архивампирской груди.

– Да, полагаю, вам пора писать завещание, – покивала Джиса.

Застонав, Эрмэро накрыл глаза рукой и жалобно вздохнул.

Нольфтан коснулся передними когтистыми лапами пола и снова принюхался, дёргая ушами, вытягивая хвост.

В тишине отчётливо тяжко вздыхал Эрмэро. Джиса подколупывала чёрный лак на указательном пальце, мысленно делая пометку, что после написания завещания надо обновить краску на ногтях.

Осторожно переступая мощными лапами, Нольфтан обнюхал принцессу, почти ткнулся в неё носом.

– Никогда больше не буду с вами пить, – пискнул Дианор и промокнул лоб.

– Конечно, ведь нас убьют, – Эрмэро схватился за сердце. – Моя академия, мой юбилей…

– Молчите, – через плечо рыкнул Нольфтан. – Всё и так вами провоняло, не мешайте.

Его чуткий тёмный нос влажно блестел в лунном свете. Джиса продолжала расковыривать лак, и он тихо пощёлкивал. Эрмэро беззвучно причитал.

Все шестеро недурно провели последние несколько часов, выпивая в таверне и обсуждая нюансы организации фестиваля для первокурсников. Именно нетрезвое состояние вынудило лезть в академию в обход защитных заклятий, а единственная безопасная подспространственная тропа завершалась на карнизе под окнами этого класса на четвёртом этаже.

В открытое окно мягко втекал прохладный ночной воздух. Академический городок спал так тихо, что казалось, будто за пределами аудитории все вымерли.

 

 



Анна Замосковная

Отредактировано: 25.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться